Добро пожаловать в наш коллектив!

      Жизнь шла своим чередом. Дни сменяли дни, недели – недели. Холодный и пронзающий ветер не давал всем забыть, что в город ворвалась зима, и намерена окутать все вокруг пеленой белого пушистого снега. Именно поэтому, утро вторника выдалось таким заснеженным, что казалось совершенно невероятно. Ведь зима редко радует жителей шумного Нью-Йорка своими красками. Обычно она приходит поздно, и о легком слое белого снега стоить только и мечтать. Поэтому неугомонная детвора, после долгого и ужасно неинтересного дня в школе, тут же помчалась на улицы строить снеговиков, которые так упорно не хотели лепиться, играть в снежки, и просто дышать этим свежим воздухом. Что касается взрослых обитателей этого огромного города, то они совершенно спокойно отнеслись к этому чудо природы. Однако и в их сердцах загорелся небольшой лучик надежды.       Этот самый лучик проник глубоко в душу одной очаровательной брюнетки, которая только что покинула желтую машину такси, и сейчас грациозной походкой направлялась к главному входу больницы. Девушка в белом пальто и в тон ему сапожкам, струсила со своих каштановых локонов снежинки, который упрямо цеплялись за шелковистые пряди. Кэтрин Пирс приходила в это здание каждый день на протяжении двух недель, которые казались целой вечностью. И вот, наконец, ее подругу выписывают, и она сможет забрать блондинку домой.       Кэролайн Форбс в это время покорно ждала Кэтрин в своей палате, которая перестала казаться такой ужасной. Подруга строго настрого запретила покидать приделы больницы без нее, так что у девушки просто не осталась выбора. Блондинка стояла у открытого окна, жадно вдыхая свежий воздух, и наблюдая, как кипит жизнь за приделами этих белых стен. Вид открывался прямо не небольшую детскую площадку, где звонкий смех детей окутывал всю вокруг. Кэролайн невольно сложила руки на еще не заметном животе, и лицо озарила улыбка. Девушка узнала, что беременна, как только попала в эту больницу. Желание рассказать все самой было слишком велико, поэтому уговорив доктора молчать, и не сказав ни слова болтушки-Кэт, блондинка ждала, когда двери этой комнаты откроются, и на пороге появиться отец этого ребенка. Но шли дни, за ними недели, а он так и не приходил. В голове начали закрадываться мысли о правоте Авроры. Поскольку, если подумать, в словах девушки была доля правды: Клаус хотел получить картины Кэролайн – он их получил, мужчина хотел, чтобы Аврору арестовали – она за решеткой. И теперь ему просто не нужна была жена. - Кэролайн Форбс! – из пучины темных мыслей девушку вывел звонкий голос подруги, которая, наконец, пожаловала. – Пошли на свободу, - произнесла Пирс, подходя к кровати блондинке, на которой лежала небольшая сумка с вещами. Брюнетка стащила ее на пол, и возмущенно вздохнула. - Да, иду я, иду, - наконец, окончательно собравшись с мыслями, произнесла Форбс, улыбаясь подруги. Кэтрин в ту же секунду подняла сумку, и направилась к двери. - Давай, там Стефан столько всего наготовил. А нам еще к врачу зайти надо, - выдала подруга, выталкивая девушку за приделы больничной палаты, которую Кэтрин не могла переносить. - Мы едим к Стефану? Почему не домой? – стала задавать вопросы блондинка, но брюнетка всего лишь развела руками, предоставляя возможность девушки осознать, что нет времени объяснять. Кэролайн лишь покорно кивнула, смысла спорить все равно не было, и окончательно решившись, нажала на ручку двери, ударив ею того самого доктора. - О, миссис Майклсон, а я к вам. Вы глядите вы хорошо, надеюсь и чувствуете себя так же, - заботливо произнес мужчина, на что подружке тут же расплылись в улыбки, и в унисон закивали. Уилл Мартин пожелал девушке беречь себя, и не стал задерживать подруг, одна из которых всем видом показывала, что они очень спешат. - Хороший все-таки этот доктор человек, - когда девушки уже сидели в такси, отозвалась радостная Кэтрин, что-то листая в телефоне. – Вот только ради него и приходила к тебе каждый день, - выдала девушка. - А как же Стефан? – понимая, что подруга шутит, но, все же, подыгрывая ей, произнесла Кэролайн, и с ее уст слетела легкая улыбка. - Вот только из-за него, я не закрутила роман с этим Уиллом Мартином, - задумчиво выдала Кэтрин, от чего звонкий смех обеих окутал машину. - Кстати, все время хотела спросить, почему он называет меня миссис Майклсон? – вдруг выдала блондинка, чем заставила приподнятое настроение Пирс тут же улетучиться. Она боялась этого вопроса, потому что прекрасно знала, к чему это приведет. - Кол заполнял твою карточку, вот и получилось, - ответила правду подруга, от чего Форбс разочарована вздохнула. На секунду Кэтрин стало жалко подругу, и она добавила: - Говорю первый и последний раз, с Клаусом все хорошо. Он уволился пару дней назад, и теперь живет себе припеваючи, полной жизнью, в которой нет тебя. Поэтому сделай тоже самое. Забудь его, - на одном дыхание произнесла та, и тут же пожалела о своих словах. - В этом и проблема, Кэтрин. Я не хочу забывать его. Потому что отказываюсь верить, что была лишь игрушкой в его руках, - выдала Кэролайн слова, которые уже долгое время держала в себе, и даже боялась произнести. - Ага, конечно. Поэтому он ни разу не пришел? – выпалила в порыве эмоций Пирс, прекрасно зная, что это не правда. Клаус приходил каждый день, пока находился в этой больнице. Правда, подруга спала, и не знала об этом, а сам Клаус взял с брюнетки слова, что та ничего не скажет. - Все, хватит. Я не хочу продолжать этот разговор, - это было последней каплей для Кэролайн Форбс. Девушка решила просто помолчать, наблюдая, как за окном меняются пейзажи.       Почти весь оставшийся путь они молчали. Кэтрин просила прощение, но подруга отнекивалась, говоря, что все в порядке. Через час, а может больше девушки была на месте. Пирс была абсолютно права, когда сказала, что Стефан приготовил много вкусной еды, половину из которой они были не в состояние осилить, и все это учитывая, что Елена и Деймон так же заглянули на огонек. Ребята неплохо отпраздновали выписку подруги из больницы. Так неплохо, что Стефан и Кэролайн – самые трезвые в этой компании, еще долго не могли уложить спать Кэтрин, требующую банкета, и Деймона, который рвался гулять по городу, и лишь с Еленой не было проблем: девушка сама благополучно уснула на плече своего молодого человека. И когда эта сложная миссия была полностью выполнена, заботливые друг и подруга отправились в магазин, за минералкой и таблетками от головы, которые так понадобятся их друзьям с утра.       На улицы в то время была уже ночь. Легкий ветерок щепал щечки. Наконец, снег перестал падать, от чего стало невероятно уютно. Кэролайн и Стефан гуляли вдоль улиц, разглядывая витрины. Девушка взяла парня под руку, так как под пушистым одеялом белого снега, предательски затаился слой льда. - Стефан, - только начала блондинка, а брюнет тут же понял о ком зайдет речь. – Мне никто так и не сказал, кому принадлежал тот выстрел, - выдала она, в глубине души зная ответ на свой вопрос. - Клаусу. Но с ним все хорошо. Его прооперировали, пуля не задела ничего. И он уже давно дома, - тут же успокоил тот девушку, но легче почему-то ей не стало. - Боже, я тут две недели виню его, что он не приходит, - виновато произнесла девушка, закусывая нижнею губу. - Кэр, только не думай себя винить, хорошо? Ты ничего не знала, и знать не должна была, - выговорил Сальваторе, понимая, что проговорился. Он же обещал Кэтрин, что воздержится от разговоров на эту тему. - Я беременна, Стефан, - произнесла это вслух девушка, сама с трудом понимая зачем. Брюнет слегка опешил, и, не говоря ни слова, подвел девушку к первому же такси, которое остановилось. - Знаешь, что плевать, что эти умники решили. Ты должна кое-что знать. Поезжай к Колу, уверен, он ответит на все твои вопросы, - решительно выдал Стефан, а девушка не стала сопротивляться. Поблагодарив парня, она отправилась к другу, с чувством, что сегодня, наконец, ей станет все известно.