Ну здравствуй, утро

— Доброе утро, — Ситрит разбудила очередную свою возлюбленную нежным поцелуем в лоб. — Доброе… — сонно произнесла девушка, — который час? — Без десяти семь, тебе пора домой, не так ли? — Да… Под тиканье часов промчалось время, унося за собой прошедшую ночь. Девушка стояла на балконе и нервно курила, бледные руки свисали с перил, а дым смешивался с порывом ветра и удалялся все дальше. Звонок. Развернувшись, прошла в большую комнату, темный коридор и отворила дверь, сразу же отойдя от порога. — Привет! Фу…опять куришь, сколько можно убивать себя? — Эми вытянула недокуренную сигарету из губ, потушив ее в тут же лежавшей пепельнице и прошла на кухню, оставив Ситри с еле заметной улыбкой. Она бы никому не позволила так поступать со своими сигаретами, кроме нее. — Как там погодка? — решила-таки поинтересоваться девушка, скрестив руки на груди и облокотившись плечом о стену. Ей нравилось наблюдать за этими проявлениями заботы, за этой золотой феечкой, порхающей по ее квартире каждый день. — Прохладно и свежо, дождь был прекрасен, ты видела? Всю ночь шел, я еле уснула, а небо…несмотря на тучи, можно было увидеть звезды… — со счастливой улыбкой выкладывает продукты из пакета. Ситрит с тоской и иронией вспоминает прошедшую ночь, полную фальшивой страсти и уже вошедшей в привычку однодневной любви, — как воодушевляюще ты говоришь, да, конечно, это было прекрасно, давай помогу, — усмехнувшись, замечает, как Эмили тянется на носках к верхней полке, подойдя почти вплотную, берет пакет с хлопьями и ставит на место, даже не привстав. — Так не честно, ты слишком высокая… — не сумев изобразить обиженное лицо, губы девушки изогнулись в широкой улыбке. — Я не виновата, это гены, все мои родственники высокие, прости уж, это не моя вина, — погладив Эми по голове, девушка убрала оставшиеся продукты в холодильник и налила им чай. — Ты снова растрепанная, давай причешу и соберу их, — она потянулась к ее волосам, встав коленями на стул, что бы хоть чуть-чуть быть повыше и принялась разбираться со спутанным белоснежным гнездом. Ситри покорно стояла, изредка поглядывая в окно. — Готово! — детским, довольным собою тоном, произнесла Эмили, и слезла со стула, протянув подруге зеркало. — Быстро… Ты все это в сумке таскаешь? — Ситри кивнула на зеркало, затем взяла его, делая вид что ей интересно ее отражение, — хвостик? Серьезно? Как мило, спасибо, ты прелесть. — Не за что, главное не мешают, ты же сама говорила, что не любишь всякие там прически, вот я и подумала, что… — Да, я помню, спасибо, — она обняла ее, поцеловав в макушку. — Тебе не холодно в майке и шортах? — Эмили обняла ее за талию, все так же сидя на коленях. — Нет, тут тепло, — погладила ее по золотистым волосам, ниспадавшим на хрупкие плечи и отошла, — чай остывает.