Месть - эхо поражения

Если мужчина вешает лапшу на уши, остаётся только наматывать ее ему на рога

— Хорошо. Директор, я решил. Она поедет со мной… — мужчина встал с кресла и, довольный собой, подошел к столу директора, подписывая какую-то бумажку. — Вы уверены? — старикашка суетился рядом, все старался чем-то помочь, ручки пихал почем зря, на меня грозно посматривал, — может, всё же еще посмотрите. Она же вам все нервы высосет! — директор всплеснул руками и, забыв, что держал чернильницу, разбрызгал черную жидкость по любимому ковру. Похлопал глазками, забыв закрыть рот, выдохнул и с надеждой смотрел на странного мужчину. В глазах старикана читалось, что он только рад от меня отделаться. — Я думаю, мы найдём с ней общий язык, — протянув подписанный листок директору, он обернулся ко мне, обнадеживающе улыбаясь. — Не уверен – последний, кто к ней приставал, до сих пор ходит с зелёными волосами, — все не успокаивался противный старик. — Ну… — на меня уставились две пары глаз — одни с усмешкой, другие со злорадством, — это даже стильно, — совершенно неожиданно выдал профессор, вызвав у меня неуверенную улыбку, редко кто одобряет мои пакости. — И всё же, подумайте, нужна ли вам эта катастрофа? — по голосу я поняла – директор сдался. Со спокойной душой он уселся в свое законное место, убирая бумагу о моем, видимо, отчислении в стол. Старческая наивная улыбка озарила его лицо, глубокие морщины залегли на лбу и щеках, придавая старикану вид доброго мирного человека. — Думаю, ей у нас понравится, — словно про себя сказал тихо мужчина, подходя ближе ко мне и тщательно осматривая с ног до головы. Я хоть и привыкла к чему-то подобному, все равно смущенно отвела взгляд, пряча раздражение – осматривает, как новоприобретенную кобылу! — Ну, если что, вы всегда можете отправить ее обратно, — лишь для отчетности сказал дедок, в мыслях, несомненно, уже прощаясь со мной навсегда, гад плешивый. — Конечно, но думаю, это не понадобится, — такой же дежурной фразой ответил незнакомец, прекращая разглядывать меня. В глазах его что-то промелькнуло, но я так и не смогла определить, что именно – голова его была запечатана намного лучше, чем моя, а значит, пробиться сквозь эту защиту для меня не представляло никакой возможности. Я, всё это время сидящая с открытым ртом, ожила: — А теперь быстро и доходчиво объяснили, о чём вы говорите, — то, что меня из школы забирают – я поняла, но куда, когда и зачем – осталось тайной. А вдруг директор меня на органы продал, или на опыты сдал… в аренду?! Я начала закипать, но моя реакция осталась не замечена, так как в следующую секунду мужчина, подойдя к двери, спойным и ровным голосом предложил: — Пойдёмте, я вам по пути всё объясню, — и даже дверь, пару минут назад поставленную обратно лаборантами, начал открывать. — Нет! — пользуясь секундным замешательством темноволосого, закрываю дверь легким толчком магии. — Не угадали. Вы мне расскажете всё здесь и сейчас, а то я же нервная, могу случайно стену вынести и удует меня ветерком. Ищите потом с собаками! — всегда несла всякую ахинею, когда злилась. — Хорошо, — моментально сдался мужчина и вернулся на старое место в кресле. — Я Альберт Кажданов, приятно познакомиться, — он протянул мне руку, после некоторого замешательства я пожала её. — Я – директор Высшей Школы. Как и каждый год, я забираю из девятых классов лучших учеников. Они учатся в моём поместье на боевого мага в течении шести лет. Это очень хорошая перспектива для такого хорошего мага, как вы, — последняя фраза была явно лишней. — Хм, а вы мои оценки и характеристику читали? — уф, а я уж испугалась, — уверена, я не та, кого вы ищете… Это было просто недоразумение, а меня разбудили, сюда притащили. Лапшу о какой-то Высшей школе навешали… И имя такое, блин, знакомое использовал. Видимо, чтобы не догадалась. Вот только что за имя такое, вспомнить никак не могу. И тут до меня дошло! — Альберт Кажданов! — крикнула я, от эмоций даже из кресла выпрыгнув, — Альберт Кажданов, а Вадим Шакалов у вас учится? — от этой догадки меня аж распирало изнутри. — Да, а ты его знаешь? — повеселев, подтвердил мои мысли директор Высшей Школы. — Да… — на моей рожице нарисовалась коварная улыбочка, — если вы не пошутили насчёт школы, я бы с удовольствием поучилась там. Я много слышала о ней и давно мечтала там учиться. Как же я давно ждала этой возможности! Как долго искала лазейку! А тут такая возможность! Ну и пусть меня потом отчислят, все-таки до уровня этой школы я не дотягиваю, хотя и умнее многих моих одноклассников… Да, им бы больше подошла Ларка Самонова, но и отказываться от такой возможности попасть на закрытую территорию частной школы отказываться не буду. Мне должно хватить времени на месть!

***

Ну вот, я стою на пороге старой, любимой школы. Соображаю, стоит ли завалить главный вход булыжниками, заварить железную дверь и все ставни окон, или не заморачиваться и просто наколдовать приманку для зловонных мусов? Хотя, мне же придется вернуться сюда, так что лучше не гневать учащихся. Но это произойдёт лишь тогда, когда верну старый должок. Ну что, братец кролик, скоро увидимся. Профессор подошёл неслышно. — Простите, что заставил ждать, — он улыбнулся мне, — пошлите, нас уже ждут. У ворот нас, действительно, ждали осёдланные лошади. Гнедые резвые с красными попонами. Породистые жеребцы рыли копытом землю, готовые в любую минуту сорваться в галоп. Черные глаза смотрели на меня внимательно, нагоняя страх. Неужели на этом мы будем добираться до школы?! Меня ж съедят! Решила уточнить этот вопрос: — А мы поедем верхом? — и так выразительно посмотрела на директора. Но мужик оказался совсем непробиваемым, так как спокойно, даже не догадываясь, что я холодным потом покрылась, сказал: — Да, — похлопал он одного по спине и добавил, совсем меня убив, — что-то не так? — Вообще-то, да, — ну а что, я молчать, что ли, буду? Нет, конечно! — Я не умею ездить на лошадях, — ну да, соврала, но сказать, что я боюсь эту зверюгу я тоже не смогла, особенно глядя на то, как Альберт Кажданов с легкостью садиться на одного из монстров. На меня посмотрели такими удивленными глазами, что от стыда хотелось в землю зарыться. Знаю-знаю, что не уметь ездить на лошади – признак деревенщины… Хотя нет – деревенские бабы и без седел поля рассекают, а я… Ну и ладно, подумаешь. Зато у меня глаза красивые! — Что ж, придётся ждать карету, — профессору явно это не понравилось, но ругать он меня не собирался, это очевидно. — У меня есть другое предложение, — я выдохнула с облегчением, и ,довольная, что силой заставлять меня не будут, отошла подальше от животины, которая в холке была выше меня на полметра! Я подошла к кромке леса и громко свистнула, неприлично засунув два пальца в рот. С самодовольной улыбкой я повернулась к ждущему меня мужчине и сказала: — Нужно, только подождать чуть-чуть. Не прошло и минуты, как на поляну, на которой мы стояли, выбежал огромный волк. Красный с чёрными лапами. Он сразу направился ко мне, высунув язык наружу. И с такой скоростью набросился на меня, что я не устояла на ногах. Мы по инерции пропахали несколько метров по земле. Издалека я расслышала мат профессора. Волчара уселся мне на живот, выбив из груди сдавленный хрип. А вы представляете как выглядит молодой волколак (а это был именно он)? Нет? Это такая лохматая, слюнявая, визжащая тушка, размером с телёнка. И вот такая моська села на меня. У меня из лёгких вышел весь кислород. На глазах выступили слёзы. Если бы не туева хуча щитов, перелом ребер мне был бы обеспечен. Краем глаза я видела, что профессор пытается его атаковать, но шкура волколака не восприимчива к магии. Придя в себя, заглушив свист в ушах, я убрала слюнявую морду от лица. — А ну, слезь с меня, — сипела я, — я ж задохнусь так, — и я посмотрела ему в глаза, по-человечески живые и эмоциональные, ярко-зеленые с голубыми искорками. Волчара слез с меня, виновато опустив голову и из-под лба глядя на меня. — Ты, чудо, меня чуть не убил. И напугал до одурения, — я отчитывала волка, как могла, но смех сдержать не получилось – я рассмеялась. Волчонок, видя, что я больше не злюсь, решил попробовать облизать меня еще раз, облизать, а может, и по земле повалять… Но я его вовремя остановила, выверенным движением руки. — Перчик, не сейчас. Я тоже соскучилась, — в качестве доказательств я потрепала его по голове, — но сейчас нам нужно ехать, — я показала в сторону офигевшего Альберта Кажданова и присмиревших лошадей, рядом с которыми стояли мои скромные пожитки (всего пара мешков), — поможешь? Перчик — волколак. Считается, что приручить сложно. Но знаете: если девушка поскандалит, потопает ножкой, поплачет, наконец, то всё невозможное будет возможным. Даже дважды два будет шесть. Да хоть восемь. Вот, примерно, так я и подружилась с ним. Перчик посмотрел на меня доверчивыми глазками. И присел, давая понять, что готов ко всему. Я прикрепила к нему свои вещи и села. — Анжелина, этот ваш… как бы это сказать… — Друг, — закончила я за профессора, — он хороший. Не кусается. Вы не будете против, если он поживет в ближнем лесу? — Ну, — недоверчиво посмотрел на животинку, — если не будет нападать на людей и скотину, то ладно. — Не будет, — подтвердила я, уверенная в своем друге, — Ну, поехали? И так много времени потеряли. Перчик двигался плавно, поэтому добралась я с комфортом. Вообще волколаки гораздо выносливее, быстрее и комфортнее лошадей, в пропитании почти не нуждаются, в охране тоже, а какие преданные! Все что нужно это воспитывать с щенячьего возраста. К взрослым понятно дело, я бы не сунулась, если бы не разорвали в клочья, то подрали бы изрядно. К вечеру мы были на месте. Проехав красивые литые ворота, остановились у больших дверей (ну вот и тут великанов в гости ждут), я отпустила волчка гулять (благо тут прямо за «забором» лес), и мы с профессором направились в здание. Он и по размерам напоминало дом великана! Хотя жило в нём всего человек сорок. Ну надеюсь, я не потеряюсь. Мы вошли, было тихо. Никого. Меня это удивило. Профессор показал, где моя комната и сообщил, что обед будет через час. Рассказал, где столовая, и ушёл. Ладно, не паникуем. Зашла в комнату. Что ж обычная комната, ничего выделяющегося, всё просто и незамысловато — стол, стул, кровать, шкаф, окно и пара полок для книг. Но места здесь раза в два больше, чем в старой комнате. А интерьерчик подправим магией. Приняла ванну, дверь в которую оказалась в конце коридора. Выбросила вещи, в которых приехала — всё же перчик мне их сильно подпортил. Людей все еще не встретила. Ладно, всё хорошо. Оделась и вышла. Так, куда же идти? Решила не блудиться, послала поисковую нить. Пару минут и я стою у дверей, запах из-за нее дурманил мой голодный организм. Уже на подкорке заметила, что здесь двери обычного размера. Толкнув дверь, вошла в теплое помещение, по размеру напоминавшее средних размеров класс. Все были на месте — все места, кроме одного, моего, были заняты. Быстро подойдя к столу, извинилась и села на свободное место. — Ребята, это наша новая ученица, Анжелина Вапямина. Прошу любить и жаловать, — привстал директор, представив меня собравшимся магам. — Можно просто «Надж», — не люблю свое полное имя. Я обвела всех не запоминающим взглядом, ища Его. Вот и он, смотрит на меня с интересом, изучая. Неужели не узнал? Наши взгляды встретились, доля секунды и его брови полетели вверх по высокому лбу, теряясь в густых прядях волос. Глаза заблестели, а губы сложивись в льстивую улыбку. — Да, ладно? Какая встреча, безумная Надж, — он продолжал смотреть на меня с этой натянутой улыбкой, которую я когда очень боялась увидеть. — А ты надеялся, что сбежал, Мрачный Джон? — в том же стиле дикого запада ответила, так же осматривая повзрослевшего Вадима. — А ты изменилась, — он прищурил глаза, наклоняя голову немного в бок. — Правда? И в какую же сторону? — почти любезно спросила я, уже и забыв где мы находимся. — Ни в какую, просто стала чуть выше и противней в общении, — он убрал улыбку, сменив ее на усмешку, а взгляд стал какой-то отстраненный, словно парень мыслями вернулся в прошлое. Но меня таким глупым способом не проведешь, я знаю насколько у него черная душа, — Куда делся твой детский голосок? — продолжил он, вернувшись в этот мир. — Ушёл вместе с тобой, — я наигранно покраснела, ища в знакомых глазах хоть капли сочувствия или радости. Впустую, но я и не надеялась… почти не надеялась. — Так значит мне всё же удалось разбить твое сердечко? — Радостно предположил парень, с новым интересом рассматривая меня. — И не надейся, — ага, как же, так я и признаюсь, — Просто в тот день мне вырезали гланды. — Нарываешься, Безумная Надж, — он почернел глазами, улыбка пропала с его лица. Вадима всегда легко было вывести из себя — это его слабая сторона, я это знаю и собираюсь воспользоваться. — Это прозвище устарело, — я демонстративно зевнула, давая понять, что устала от скучного разговора, даже отвернулась, но продолжила, — Так меня уже никто не называет. — «Мрачный Джон» тоже мало кого веселит, — огрызнулся мой собеседник, вызывая в душе бурю ненависти и бороня старую рану. Я резко повернулась в его сторону, собираясь опробовать новое заклинание… Меня тоже легко вывести из равновесия. — Ну что ж, пожалуй, мы всё же пришли сюда поесть, — профессор это сказал вовремя. Ещё чуть-чуть и на месте Вадима образовалась бы кучка пепла. Но, видимо, директор наложил подавляющее заклинание, и буря эмоций и сгусток магии, зависший у меня над головой, начали утихать так же стремительно как и появились. Мы начали ужин. Завтра уроков не будет — начались осенние каникулы. Это хорошо, смогу осмотреться, привыкнуть. Надеюсь недели будет достаточно…