Не умер сегодня

Смерть… Она всегда где-то рядом. Смерть может смотреть на тебя в отражение в зеркале, может преследовать тенью. Бывает, что она поджидает на остановке или в твоём дорогом авто на пассажирском сидении. Смерть может сидеть с тобой за одним столом, бежать на соседней беговой дорожке в спортивном зале, сидеть в твоём рабочем кабинете и никак не показывать своего присутствия. Она всегда ходит за тобой по пятам и просто ждёт подходящего момента. Момента, чтобы показать себя. Но показать не тебе, а окружающим. Ведь ты так и не узнаешь, как она на самом деле выглядела. Ты так и не увидишь её.       Я часто думаю о том, почему я, будучи человеком, который почти каждый день попадает в передряги разного плана, до сих пор жив?       Сейчас я лежу на жёсткой, больничной кровати, меня окружает запах лекарств и серые, хмурые стены. Ужасно ломит всё тело, лицо тоже невероятно болит. Ощущение, что меня вначале полностью разобрали, а теперь собрали, причём неправильно.       Перевожу взгляд, у окна стоит та, благодаря которой на губах невольно появляется улыбка. Её рыжие, светящиеся на солнце локоны спускаются с плеч. На её аккуратной фигуре поверх формы, погоны которой украшают две звезды, прекрасно сидит белый халат. Запах её цветочных духов с цитрусовой ноткой даже перебивает больничный. - Ты меня напугал… – шепчет она, поворачиваясь. – Очень напугал, Стас. - Прости, – скривив губы в подобии усмешки, отвечаю я и не могу отвезти глаз от своей любимой женщины. – Ириша, простишь?       Женщина присаживается на стул, стоящий рядом с моей кроватью. Её тёплая ладошка касается моей щеки. Пальцы Ирины очерчивают контур моих скул и останавливаются на губах. - Дурак, ты, Карпов, – произносит она, а на губах еле заметная улыбка. – Я тебя люблю, а ты… Как это получается? - Я тебя тоже… – сглатываю непонятный комок, застрявший в горле. – Люблю. Я же… - Не виноват, знаю, – кивает в ответ, наклоняется и аккуратно кладёт голову на мою перебинтованную грудь. – Уже шестой раз, Стас. Мне надоело переживать, я боюсь. Боюсь, что в один день потеряю тебя. Останусь одна с ребёнком на руках. И я сейчас не о Сашке. Я беременна…       Я всё же нахожу в себе силы и легко провожу рукой по голове Зиминой. Она сказала, что беременна. Не думал я, что эта новость прозвучит при таких обстоятельствах. Не знаю, как нужно отвечать и реагировать на это известие, поэтому молчу. И она молчит. Наверняка придумывает себя что-то, начинает в это верить и молчит. - Ты станешь папой, Стас. Надеюсь, что тебе это нужно, – она целует меня в губы, разворачивается и уходит. – Поймёшь себя, позвони. Смерть… Она всегда рядом. Во всём мире немало людей, которые кончают самоубийством. Это происходит каждый день, значит, существует нечто, что намного хуже смерти? Потому-то и пробирает до костей, когда читаешь о самоубийстве. Страшен не труп, болтающийся в петле, а то, что происходило в его сердце и голове за мгновение до произошедшего. Лежа в больничной палате, но чувствуя, что кому-то нужен, что есть рядом любимый человек, который нуждается в твоём присутствии, есть маленькая частичка тебя, ещё не рождённая и не видевшая свет, но твоя, понимаешь, что ради таких моментов стоит жить и не думать о смерти. Она непременно придёт, но лучше всё же забыть о её присутствии. И кто знает? – Может, ты не умер сегодня, чтоб понять, зачем ты жив…