Я тебя очаровала

— Я принес это. Саша бросает на стол стопку увесистых журналов и устало шлепается на диван, откидывая челку в сторону. Чтобы не мешалась. В их — его и Керро — квартире он чувствует себя комфортно, словно внешний мир и это место — две совершенно-разные вселенные. — Что принес? — эстонка, важно восседая в кресле и крася ногти в любимый красный цвет, опускает взгляд на притащенную мужчиной макулатуру. Кисточка замирает в руках. — Что там, Саш? — А почему не встанешь? — Я не мочь, — ведьма вытягивает вперед ноги, демонстрируя окрашенные в алый ногти. Между пальчиками покоятся маленькие кусочки ваты, чтобы не испортить педикюр. — Видеть? Шепс качает головой и встает с места, подходя к девушке. Он улыбается, клонит в голову то в одну, то в другую сторону, будто впервые видит Мэри. — У меня на лицо что-то есть? — рыжая ищет взглядом зеркальце. — Помада размазаться? Ну же, Саш, не молчать! — Нет, ты же красивая, тебя ничем не испортить, — Александр целует Керро в нос, опуская ладони на подлокотники кресла и едва ли не роняя открытую склянку, в которую тут же опускают кисточку. А затем его губы встречаются с ее. — Теперь у тебя точно размазана помада. — Ты дурачиться! — ведьма смеется и тянется вперед, обвивая руками шею парня и оставляя яркий отпечаток своих губ на скуле мага. — Ты такой дитя. — Мне всего двадцать семь, — пожимает плечами некромант, вдыхая приятный женский аромат духов Мэри. — Ты собирать те ужасные статуэтки и не разрешать их трогать! — Я твои куклы тоже не трогаю, — Шепс тянет Керро на себя, заставляя обвить его талию ногами. — Что ты делать? — Тебе неприятно? — Саша подозрительно щурится, сжимая ладонями ягодицы ведьмы, и поднимает Мэрилин с насиженного места. Он явно наслаждается писком рыжей бестии, когда ту отрывают от горизонтальной поверхности. — Смотри, не уронить меня! — Да как бы я посмел сделать это? — притворно удивляется некромант и усаживает свою ношу на злосчастный диван. — Или ты сомневаешься в моей силе? — Нет, ты всем доказать, что… tugev*, — она качает головой в знак отрицания. - Так, что ты там принести? — То, что ты просила, — Саша располагается рядом, закидывая руку на плечи Мэри. — Что я просить? — Керро вскидывает брови к верху, недоумевая. Сашу иногда поражает забывчивость своей девушки. Когда колдовством занимается все помнит, а как дома — так вечно путается и забывает. — Отпуск. — Но я думать, мы лететь в Эстония! — Мэри тянется к журналом. — Мама и папа хотеть с тобой познакомиться. Они ведь не знать, кто такой Саша. И сестра. — То есть все решено? — Мы решать это вместе, разве нет? — Мэрилин улыбается так, как только она умеет: ласково и одновременно лукаво. Будто уже знает, что победила. Колдун тоже знает: ему нравится потакать маленьким капризам своей ведьмы. — Ты — манипуляторша, знаешь? — Я тебя очаровать. Шепс вздыхает тяжко: это не так называется. Но время для других слов, про вечную и прекрасную, еще не пришло. Он их на Рождество скажет. Нет, не в качестве подарка, а просто так, чтобы, наконец, выговориться. — Там холодно, Саша. Надо брать много теплых вещей. — В следующим раз мы едем в Сибирь. Там ты узнаешь, что такое настоящий холод. — Ты мне угрожать? — Мэри смеется и толкает Александра плечом. — Я все рассказать папа! Пожалуй, Шепсу нравится их совместная жизнь. Даже очень.