Я тебя ненавижу!

Отчим без всякого намёка на улыбку пристально посмотрел в лицо растерявшейся от волнения девушки. Затем подошёл ближе и медленно склонился, опираясь одной рукой о крышку стола и не сводя глаз с падчерицы, которая успела уже тысячу раз пожалеть о том, что сказала. Сава, обхватив тонкую девичью шею ладонью, подтянул девчонку ближе настолько, что его губы едва не задели её ухо. В свою очередь та, зажмурив глаза от страха, сидела неподвижно, боясь шелохнуться и ожидая чего-нибудь грубого в её адрес. - Ксюша, - почти прошептал он на ухо очень настораживающим вкрадчивым голосом. – Мне уже сорок один год, я – здоровый и умный мужик, которому труда не составит морально сломать тебя, как сухую веточку. Чувствуешь эту огромную разницу между тобой и мной? Чувствуешь, знаю. Поэтому будь вежливей, солнце. Помни, что перед тобой взрослый человек, а не подружка, над которой можно пошутить, и ничего за это не будет. - Простите, - голос Ксюши заметно дрожал. Она ощущала, как на глаза медленно, но верно, наворачиваются слёзы. Стало страшно. Девушка чётко ощущала это незримую энергетическую бетонную плиту, которая нависла над ней и постепенно давила, опуская дух жертвы всё ближе к полу. Чувство это было невыносимым. Сава, слегка отстранился и мягко поцеловал падчерицу в щёчку, чего она точно не ожидала. Мужчина, взглянув в юное лицо, удивлённо поднял обе брови и даже как-то виновато взглянул в глаза Ксюше. - Ты чего? – улыбнулся он добродушно. – Поверила, что я обижу тебя? - Что? – опешила та, смахнув ладонью сорвавшуюся с ресниц слезу. - Я ведь пошутил. - Пошутил? Ты издеваешься?! - Да я про… Звонкая пощёчина заставила его тут же замолчать, не дав завершить фразу. Вот уж чего не ожидал он, того точно не ожидал. Растерянно посмотрев в лицо девушке, он столкнулся с яростью в её глазах и обидой. Ксюша тут же поднялась со стула и быстро поспешила уйти в комнату. - Ненавижу, - единственное резкое слово, которое услышал он напоследок. Девушка была в бешенстве. Да как он мог? За каких-то полчаса довёл до того, что получил в ответ пощёчину. Уникальный мужчина. Ничего не скажешь. Вот только в очередной раз в девичьей душе было нехорошо. Она в жизни не поднимала ни на кого руку, а уж тем более на взрослого незнакомца. От этого было гадко. Хотелось вновь попросить прощения. Но эта мысль тут же отпала. Пусть сам просит прощения в этот раз. И на удивление после этой мысли послышался стук в дверь. - Можно войти? – спросил мужчина за дверью. - Входи, - совсем неприветливо ответила девушка. – Дом вообще-то твой. Спрашиваешь ещё разрешения. Сава неуверенно вошёл и увидел, что падчерица стоит у окна спиной к нему. Она была явно очень расстроена его неудачной шуткой. Он осторожно подошёл и, положив ладонь на девичье плечо, тихо произнёс: - Ксюш, прости, - искренность в мужском голосе звучала так мягко, что девушка даже немного успокоилась. – Я не хотел тебя обидеть. Правда. Ну, перегнул палку. Прости, пожалуйста. Та молчала. Она понимала, что отчим действительно сожалеет о том, что обидел, но упорно не хотела поддаваться и прощать его. В следующее мгновение действия мужчины перевернули всё вверх дном в душе Ксюши. Он подошёл вплотную сзади и крепко обнял её обеими руками, прижав хрупкое тело к своей груди. Та, вздрогнув, почувствовала на своей макушке теплое дыхание и лёгкое прикосновение к волосам. «Блин, я же голову не мыла! – ей вдруг стало так неудобно. – Вот же засада!». Но эта мысль тут же отошла на второй план, когда втемяшилась другая – посерьёзнее. Какого, спрашивается, чёрта отчим так обнимает? Девушка, чуть втянув голову в плечи, вырвалась и, повернувшись, удивлённо посмотрела на мужчину. - Ты что делаешь? – нахмурив брови, спросила она, ощущая, как сердце быстро набирает ритм. - Просто обнял, - пожал плечами тот. – Это плохо? - Очень уж странные у тебя обнимашки. Тебе так не кажется? - Нет. Я хотел прощения попросить. - Прощаю. Но не вздумай больше ко мне прикасаться. А то маме скажу, что ты ко мне приставал. Сава с добродушной усмешкой покачал головой и вышел. *** - Зай, что у тебя с лицом? – просила женщина, уже только за ужином заметив лёгкое покраснение на левой щеке Савы. - А что у меня с лицом? – спросил тот с улыбкой, хотя сам прекрасно понял, о чём идёт речь. - Да такое впечатление, что тебе пощёчину отвесили. - Я ему врезала, - пробурчала сидящая рядом Ксюша. - Ну, да, конечно, - усмехнулась мать и вновь посмотрела на своего возлюбленного. – Серьёзно, откуда у тебя такое покраснение? - Ань, да я отлежал просто. Пройдёт скоро. Мужчина, делая глоток чая, покосился на падчерицу, которая с недовольным видом неслышно пережёвывала котлету. Она умиляла. Сидит, такая симпатичная и нахмуренная. Так и хочется потискать. Мать посмотрела на Саву и с лёгким удивлением приподняла бровь. После чего спросила: - Вижу, поладить вам не удаётся? - Да вот вредничает дочка твоя, - ответил тот, не сводя глаз с девушки. – Ну, это до поры, до времени. - Ага, конечно, - метнула на него взгляд Ксюша и, отодвинув тарелку, встала из-за стола. – Посмотрим, жених распрекрасный. - Ксения, ты как разговариваешь со взрослым человеком? – строго одёрнула её мать. - Уж прости, мама, что он мне не нравится! - Смотри, не влюбись потом, Сатана, - мягко засмеялся мужчина. – Я-то ведь уже не свободен. Женщина с девушкой, опешив от такого заявления, в упор посмотрели на отчима широко раскрытыми от изумления глазами. После чего дочь быстро покинула кухню, а вот её мать, взяв со стола газету, врезала ею любимому по голове. - Ты шутки-то выбирай, - обиженно произнесла она. – Дурак старый. - Мне всего сорок один, любимая. До старости ещё далеко. - Ты совсем обалдел?! На мою дочь засматриваться вздумал?! - Аня, да я ведь шучу, - добродушно засмеялся Сава, прикрывая рукой свою голову от очередных ударов женщины газетой. – Ну, что ж ты сразу так, солнце? Ну, хватит, я больше не буду так шутить. Честно, маленькая моя. - Посмотрим, наглая рожа.