Там, на невидимых дорожках...

Я вышел на берег, замотал головой, стряхивая с лица воду. Трава приятно покалывала стопы, было тепло, несмотря на купание. - Ну что, за вещами пошли? – окликнул я Адрияна. - Их всё равно никто не тронет: мы одни тут. - Как-то зловеще прозвучало, не находишь? – Адриян хитро улыбнулся, а молнии в его глазах засияли. Вдруг он сорвался с места и побежал. – Хей! Ты куда?! - но парень не остановился. Стоп, так ведь я заблудиться без него могу! Я побежал за ним. Поворот по невидимой глазу тропинке, ещё один, фигура уже далеко. Дерево выросло будто из ниоткуда, преграждая мне путь. Я замедлился, надеясь если не избежать, то смягчить столкновение, как тут что-то потянуло меня вправо, схватив за руку – с размаху я упал на траву, успев, правда, выставить перед собой ладони. Сердце стучало так, будто старалось догнать то, что я не добежал, дыхание сбилось в рваные вдохи-выдохи. Перед моим лицом вдруг появились две босые ступни. Я поднял взгляд, не меняя положения тела. Загорелые ноги, холодные, наверно, на ощупь; синяя полоска ткани, тёмная от влаги; подтянутый живот; на груди, на тоненькой нити, медальон – деревянный круг с вырезанным символом: горизонтальная чёрточка, вниз и ещё одна. Где-то я уже видел его… Подняв взгляд ещё немного вверх, я увидел широкую улыбку. И только потом понял, в какой дурацкой позе я стою уже с минуту. Поднявшись под громкий смех, я выпрямился во весь рост и внимательно посмотрел на парня. - Ты должен об… - Правда тут красиво? – перебил он меня. Я стиснул зубы, но послушно глянул вокруг и вся злость мигом улетучилась. Это прекрасное место никогда не устанет меня удивлять: вот, казалось, нашёл пейзаж, лучше которого быть ничего не может, как за следующим же поворотом появится нечто, впечатлившее ещё больше. - Самое классное, что сюда дойти может не каждый, - Адриян присел, а потом и вовсе лёг среди травы и полевых цветов, заложив руки за голову и смотря голубыми глазами на такое же небо. – Тут отлично думается. Я, повинуясь какому-то внутреннему порыву, и сам лёг рядом, наблюдая, как одно светлое белое облако догоняет другое. - Это место называют Искренней Поляной. Не спрашивай: сам не знаю, почему так. - Часто здесь бываешь? - Не очень. Ведь я редко с кем-то общаюсь, тем более на территории заповедника. А ты хотел что-то спросить? Я запнулся. Вроде бы, что такого – я наконец могу узнать всё, что меня волнует, но с другой стороны как-то слишком открыто это всё. Я оказался прав: подвох всё же был. - Только не всё сразу. Сегодня только один вопрос. А на всё остальное, я знаю, его много… Давай послезавтра, хорошо? Обещаю, отвечу на всё. Я поник. - Точно на всё ответишь? - Конечно. Обещаю. - А почему не сегодня? - Об этом тоже не сейчас. Нахмурив брови, посмотрел на Адрияна, поворачивая голову влево. В голове столько вопросов… Но только толку от них, если я всё равно не узнаю и сотой доли информации, а если и узнаю, то в ожидании продолжения сойду с ума? Нет, лучше всего будет оставить самое интересное на один день. - Что значит этот символ у тебя на медальоне? Адриян замер на пару секунд, удивлённый моим выбором вопроса. Но потом, тихонько засмеявшись, взялся за столь необычное украшение и протянул мне, не снимая с верёвки. - Видишь ли, это древнеславянская руна. Её имя – Эйваз. - И что она значит? - Гармонию несовместимого. Неба и земли. Жизни и смерти. Добра и зла. - И почему ты носишь её? - Я просто использую её по предназначению. - В каком… - Не-а, - ухмыльнулся он, - хватит ответов. Я сперва обиженно надулся, а потом расслабился. Хорошо, что я задал именно этот вопрос: не так сильно мучаюсь догадками. Прямая черта, вверху заканчивающаяся штрихом вниз и вправо, а внизу – вверх и влево. Где же я видел тебя? - Точно! – я вскочил. – Дом! Я видел этот символ над дверью! Я обернулся к Адрияну, но того уже не было рядом. - Ты ещё долго тут вылёживаться будешь? Нам возвращаться пора. И правда, мы слишком много времени потратили на этот круг. Теперь обедать просто тут придётся: в село вернуться не успеем. Я поднялся, разминаясь, и направился к Адрияну. Что же, уже очень скоро я узнаю твой секрет, гонихмарник, – я ведь правильно обращаюсь? Дети радостно встретили меня, так, будто я был их братом. Семилетний Антин, смеясь, запрыгнул мне на руки, за что был удостоен преувеличенно строгого взгляда Устима: мол, уже взрослый совсем, а ведёт себя как ребёнок. Я только улыбнулся на этот укор, а мальчик так вообще не особо обратил внимание на замечание. Я поставил его на пол и зашёл на кухню, поздороваться с Маришкой. - Вечер добрый! – я засиял, увидев адресованную мне радостную улыбку. - Привет, Марк. Ну как день? Я вспомнил о водопаде, о голубом небе и паре километров, что мы прошли потом босыми ногами по траве, и в груди стало будто на градус теплее. - Отлично. - Иди мой руки и садись за стол: тебя одного ждём. Уже ночью, проваливаясь в сон, я вспоминал сегодняшний день. Кристально-чистое озеро, белая пена водопада, погоня за Адрияном, руна у него на кулоне, облака и насыщенный васильковый с молниями взгляд, читающий меня. В полудрёме я думал только о том, что же меня так манят эти глаза цвета неба..?