милости и мимими

— Кирилл, я про вчера... давай будем друзьями? — Конечно, давай, — абсолютно без энтузиазма и радости ответил тот, окинув Ларину, по её мнению, слишком презрительным взглядом. Лучше бы как всегда стебаться начал... — Щас переоденусь, и пойдём, — ещё более безучастно, будто ему на казнь, а не в библиотеку идти, сказал Миронов, скрываясь в спальне. Саша до крови прикусила губу, — ну отлично, снова эта дебильная привычка, — совсем не понимая, как теперь с ним себя вести.       Миронову вдруг стало ужасно обидно. Ну что за несправедливость? Всякие Ани липнут сами, а тут реально, первый раз в жизни, — было бы отлично, если бы ещё и последний, — влюбился по уши, и на тебе, ешь с булочкой — друзьями они будут! Друзей у него и так достаточно, вон даже Киса, например, лучшая подруга. А Сашу он видел совсем в другой роли. Нехотя стянув футболку, блондин надел белый свитшот, брызнув на шею одеколон и взяв с пола рюкзак. Рюкзак отчего-то оказался слишком тяжёлым, и парень, не понимая, что в нём такого, расстегнул, наблюдая открытую, но не начатую, бутылку вина. Пара секунд ушло на то, чтобы вспомнить, откуда она вообще там взялась, а потом в голове всплыла сегодняшняя ночь и то, что Миронов купил её и шампанское для Кисы по акции. Вытаскивать алкоголь было слишком лень, хотя и заняло бы это только пару секунд. Сероглазый просто невозмутимо, словно каждый второй таскает с собой вино, застегнул рюкзак, выходя к Саше, которая заметно смутилась. Ну вот, теперь она будет молчать и стесняться всё время, а так хоть можно будет немного выпить алкоголя в туалете библиотеки — парень был вполне солидарен с мнением, что горе надо запивать. А то, что Саша окончательно его отшила, тоже было неким горем.       Миронов не прогадал — Ларина правда была до жути молчалива, и, натянув синий бомбер и зашнуровав всё те же белые кроссовки, вышла в подъезд, медленно спускаясь по лестнице, тем самым позволяя Кириллу успеть закрыть квартиру и себя догнать. Русоволосая вызвала лифт, а парень, кажется, откровенно её игнорировал, ибо смотрел только в экран смартфона и еле слышно стучал пальцами по стене в ритм с песней, звуки которой доносились из наушников. Саша украдкой смотрела на Кирилла, наивно полагая, что тот её взгляда не замечает — а он, как специально, надел тот самый свитшот, в который она так влюбилась в их первую встречу в подъезде. О своём решении быть друзьями девушка пока не жалела. Пока. — Ты обиделся? — глядя себе под ноги, как будто вовсе не к блондину, а к подъездному цементу обращалась, грустно спросила голубоглазая. Она хотела нормальных отношений, действительно дружбы, а он... игнорит её. И это весьма обидно, после вчерашнего вечера и ночи. — Ну что ты, — ехидно сладко протянул Миронов. — Ни капельки, — улыбаясь, добавил тот, хотя Саша тут же поняла — обиделся. Больше всего хотелось убежать домой и разрыдаться, но вместо этого Лариной оставалось только зайти в лифт. Не говоря больше ни слова, Кирилл нажал на кнопку первого этажа, продолжая смотреть в телефон. Кабина лифта привычно мягко и медленно поехала... пока с шумом не остановилась, и явно не на первом этаже. Двери открываться не собирались, и Миронов даже поднял взгляд от смартфона, в который так увлечённо смотрел всё это время, чтобы не смотреть на Сашу, зрачки которой резко расширились сейчас. — Приехали, — снова без эмоций констатировал светловолосый, несколько раз нажимая на кнопки первого и девятого этажей, но лифт продолжал стоять на месте. Парень нажал на кнопку связи с диспетчером, и та зашипела, но никаких признаков того, что на другом конце их слышали, не было. Ещё раз нажав на первый этаж, что лифт успешно проигнорировал, Миронов опустился на пол с совершенно спокойным видом. — Блин, что делать теперь?! — истерично делая шаг вперёд, чуть не упав, запнувшись об ногу Кирилла, прикрикнула русая, ударяя кулаком по кнопке связи, но ничего не изменилось. — Чё орать-то? Никто не ответит, — тоном человека, давно смирившегося со всеми тяготами мира, и принимающим их как обыденное, великодушно «успокоил» Кирилл. — И? Так и будем сидеть, пока воздух не кончится?! — взмахнув руками, видимо показывая объём воздуха, который должен закончиться, взвилась Ларина. Кириллу даже захотелось оповестить ту, что если она не успокоится, воздух тут закончится быстрее. — Сделай что-нибудь! — истерично продолжила та, а блондин лишь посмотрел на неё взглядом, который был ей уже хорошо знаком: таким смотрят на психбольных, или слишком капризных детей, которые всем надоедают. — Например, что? — сложив руки на груди, смотря на Сашу снизу вверх, ибо сидел на полу, пока девушка стояла, без интереса спросил тот, заставив её замяться, а после, не сменяя истеричной интонации, выкрикнуть: — Позвони в аварийку, у тебя же телефон есть! — Лариной хотелось разрыдаться ещё больше. Она до жути боялась застревать в лифтах, даже не зная, почему — то ли была паникёршей по природе, то ли успешно развивалась клаустрофобия. — Телефон есть, а связи нет, — пожал плечами сероглазый, посмотрев на экран. Связи действительно не было, ни одной палочки из пяти. Он, кажется, был только рад, хотя и не показывал этого — лучше сидеть в лифте, чем тащиться в пыльную библиотеку. Да и к тому же, блондина забавляло поведение Саши. Свет в кабинке замигал, отключаясь совсем. И вот это, кажется, стало для Лариной последней каплей, ибо та заколотила руками по дверям, зовя так, что уши закладывало, на помощь. — Зай, ты в лифте никогда не застревала? — недовольно спросил тот, заставляя голубоглазую заткнуться на пару секунд. — Без света — никогда! — срывающимся голосом снова выкрикнула та, ещё раз стукнув ладонью по гладкой деревяшке. — Ага, сейчас вылезет девочка, как в «Звонке», и грохнет тебя, — даже не видя парня, Саша знала, что тот говорит по-прежнему с каменным лицом. И такой Кирилл ей совсем не нравился. — А ты что, особенный? — плакать уже хотелось не так сильно. Хотелось ударить этого самодовольного идиота. — В смысле? — конечно, он понял, о чём речь. Почему девочка грохнет только Сашу, а его пощадит. Но надо выбесить её окончательно — не одному же ему страдать? — Да иди ты, — бросила девушка, опускаясь на пол рядом, но спиной к парню. Дисплей телефона освещал маленькое, даже слишком маленькое, помещение. — У-у, даже не знаю, в какую сторону податься, — скептически ответил Миронов, сверля спину подруги взглядом. Саша никак не отреагировала, и молодые люди пару минут провели в тишине. Кириллу это всё начинало надоедать, но с мыслей сбил тихий всхлип русоволосой. Парень не очень понял, что заставило Ларину заплакать — то ли истеричность, присущая чуть ли не каждой девушке, то ли кошмары о девочках из ужасов. — Саш, чё плакать-то? Если уж кто и вылезет, сдохнем вместе... — уже даже не пытаясь шутить и без напускного безразличия растерялся сероглазый. — А если нас не вытащат отсюда? Если какой-нибудь трос оборвётся? — не переставая рыдать, строила догадки Саша, а Миронову в голову взбрёл фильм «Пункт назначения», о котором Саше точно говорить не стоит. Значит, боится она всё-таки того, что они застряли. Да и вообще, пора завязывать с ужастиками. Кирилл легко притянул девушку к себе, обнимая и усаживая рядом, а та только уткнулась лицом в плечо парня, не переставая плакать. — Саш, успокойся, ты чего? Он часто застревает, подумаешь — поедет скоро... наверное, — добавил светловолосый, отчего Саше стало ещё хуже. Сейчас Миронов действительно говорил не специально. Да и вообще лифт не застревал раньше, а тем более часто. — О, вино будешь? — одной рукой прижимая девушку к себе, а другой невозмутимо достав бутылку и откупорив не плотно закрытую крышку, спросил блондин. Саша аж подняла блестящие от слёз при свете телефона глаза: — А ты... всегда с собой вино носишь, или только когда планируешь в лифте застрять? — похлопала глазами та, наблюдая, как парень сделал пару глотков, но всё-таки принимая бутылку. — Зай, если бы я не хотел идти с тобой в библиотеку, я бы не пошёл, — с лицом таким кислым, что с ним можно было чай вместо лимона пить, оповестил тот. — А то, что лифт сломался — не моя вина, — добавил Миронов, всё ещё обнимая Сашу, которая уже вернула алкоголь владельцу. На мгновение снова повисла тишина... пока что-то сверху звучно не щёлкнуло, но лифт ехать не собирался. Ларина снова уткнулась в плечо парня, впиваясь длинными ногтями в ладонь блондина, и начиная с тем чуть ли не прощаться. Кирилл решил не прерывать истерику девушки, ибо способа для этого придумать не мог, и просто гладил ту по спине, пока девушка уже всерьёз решила, что жизнь закончилась, и, непонятно кому, сказала, что сделает всё, если выйдет отсюда живой. Парень уже начал сомневаться и в её адекватности, и в своей, раз уж влюбился в... истеричку, но, долго не рассуждая и пользуясь моментом, выдал: — А со мной встречаться начнёшь? — весело ухмыльнулся блондин, ожидая отказа и его последствий вроде обратного перемещения в противоположный угол кабины, только вот девушка, видимо, совсем не ожидала такого поворота, и на автомате в эту же секунду выдала громкое, уверенное «Да!», тут же отстраняясь от Кирилла, и, понимая смысл фразы, закрыла рот ладошкой. — Нихуя себе, как просто, — задумчиво пробормотал парень, но тут же ухмыльнулся ещё шире, чем раньше: — Теперь не отвертишься, — с одной стороны, остатки совести говорили о том, что нельзя вот так брать и использовать слова до смерти напуганной девушки, а с другой... Наклонившись и прижав хрупкую фигурку ближе к себе, сероглазый хотел поцеловать Ларину, да она и сама, кажется, была только за, раз уже успела закрыть глаза и обнять парня, но с другой стороны дверей кабины, закрывшихся намертво, послышался удар, а после сварливый голос: — Есть кто?! — буквально крякнула всеми «горячо любимая» Валентина Семёновна, и её «кто» прозвучало как «хто», что заставило криво усмехнуться Сашу.       Эта бабка всегда, блин, появляется совсем не вовремя — и если первый раз, в подъезде, это огорчило девушку потому, что она была не виновата, а её сделали оной, то сейчас чувства были совсем другие — чего припёрлась, спрашивается? Могла бы задержаться на минут пять, и не обламывать нормальный, а не как ночью, поцелуй... Если бы не руки Кирилла, который всё ещё прижимал русоволосую к себе, она бы с размаху заехала себе по лбу — кто пару часов назад решил, что отношения ей сейчас не нужны?! А кто предложил парню быть друзьями?! И снова, была бы тут Маша, сказала бы, что Ларина останется с сорока кошками лет к тридцати. Насчёт сорока, конечно, девушка сомневалась, но вот Феликс точно будет, ибо тому ещё только чуть больше года, и до её тридцати он точно проживёт. Голубоглазая поморщилась: в тридцать лет засыпать с котом под боком Саша точно не хотела. А вот засыпать с Кириллом, вполне... только не в тридцать. Её вполне устраивал её возраст. Нет, точно бы ударила. Надо из лифта освобождаться, а не думать, с кем она будет засыпать в старости! Прежде чем ответить старушенции, Саша снова поморщилась: вот у нормальных девушек точно таких мыслей нет. И вообще, нормальные девушки парней, с которыми потом хотят целоваться, не отшивают. Или отшивают? — Сейчас она поедет! — радостно заявила консьержка по ту сторону лифта, будто имела в виду не кабину, а какую-нибудь новую модель Ferrari, или будто лифт сам собой устранит неполадки и спокойно опустится лишь потому, что так захотела тётя Валя, которая внизу, вроде как, подъезд охраняет. Саша вообще сначала подумала, что та говорит совсем не о кабине лифта, а об её собственной крыше. Вот уж что точно поедет, махая на прощание белым платочком, и виноват в этом будет блондин! Тот, кстати, невозмутимо отпустил голубоглазую, поднимаясь с пола и потянув её за собой, одновременно закидывая за спину рюкзак, в котором так и осталась бутылка недопитого вина. О, может на неё так просто вино действует, а никакая не влюблённость? Но стоило парню снова обнять ту за талию, Ларина поняла — вино тут ни при чём.       Свет внезапно загорелся, и лифт, бойко щёлкнув, поехал, останавливаясь через пару секунд и широко раскрывая двери. На подкашивающихся ногах Саша, не без помощи Кирилла, вышла, а консьержка посмотрела на тех таким взглядом, каким смотрят на насекомое, вроде комара: то ли согнать, то ли прихлопнуть. — Ну, конечно, кому, как не вам, мне лифт ломать! — проворчала Валентина Семёновна, будто лифт был её собственностью, и, прежде чем Миронов успел возмутиться, та глянула на Сашу: — А чего рыдать-то? За ремонт платить не надо, то ж профилактические работы были! — обнадёжила бабка, и, прежде чем Кирилл хотел снова запротестовать насчёт отсутствия предупреждения об этой самой профилактике, та спустилась по лестнице, зашлёпав по ступенькам китайскими кислотно-розовыми сланцами. Саша, кажется, всё ещё отходила от шока, поэтому парень повёл ту по лестнице домой, и через пару этажей девушка, наконец, пришла в себя. Причём так, что блондин закатил глаза: — Так я же в библиотеку шла, — потерянно пробормотала та, поднимая красные от слёз глаза с потёками туши под ними на парня. — Ну, я с тобой вообще-то шёл, помню, — хмыкнул тот, и, чтобы подруга не вздумала в этот день реально тащиться книжки читать, добавил: — Вид у тебя просто... не для библиотеки. — Сильно страшная, да? — чуть ли снова не плача, взвыла та, старательно ища в рюкзаке зеркало. — Была б ты страшная, я бы тебе встречаться не предлагал... — себе под нос пробормотал Миронов, но Саша была слишком увлечена поисками. — Саш, да ты охуенно красивая! Даже с потёкшей тушью, — улыбнулся тот, видя, что голубоглазая прекратила шарить рукой по дну рюкзака и снова посмотрела на Миронова. — У тебя и так вон... стресс. Иди домой, отдохни лучше, а завтра пойдём твою историю учить... по лестнице, — девушка кивнула, улыбнувшись, и медленно, стесняясь непонятно чего, пошла по лестнице выше, останавливаясь возле своей двери и поблагодарив Кирилла. Тот усмехнулся, но ничего не ответил, уже привычно закурив у окна, пока Саша вошла, закрыв дверь.       Саша теперь уже искренне не понимала блондина: то говорит, что теперь она не отвертится, и они будут встречаться, лезет целоваться, а потом вот так просто уходит. Девушка за ним тоже бегать не собиралась... да это было бы и глупо, после сделанного ей же самой предложения быть друзьями. Теперь просто непонятно: отчего резко стало так, откровенно говоря, хреново?       Зайдя в квартиру, Миронов скинул рюкзак, уходя в гостиную и включив приставку. Сейчас парень понял: Саша согласилась встречаться, естественно, на эмоциях, не ожидая такого вопроса. До этого она сама же предложила остаться друзьями, и теперь сероглазый совсем не видел смысла навязываться и выставлять себя идиотом. Всё и так понятно — не нужны ей никакие отношения! А может, какие-то и нужны, но явно не с ним. Парень успокаивал себя тем, что Ларина не последняя девушка, и есть миллион других, но вот мозг открыто издевался, рисуя картинки из того вечера, где они играли в эту самую приставку вдвоём.       Выключив игру, тот пошёл на кухню, только сейчас вспомнив про два одиноко лежащих билета в кино. Как можно было про них забыть? Билеты предназначались Саше, ибо тот пообещал их ещё в магазине. Мда, теперь ещё и воспоминания об магазине... Твёрдо решив, что сейчас отдаст ей эти дурацкие билеты, и больше вообще намеренно с ней пересекаться не будет, блондин сгрёб бумажки в руку, выходя в подъезд и поднимаясь этажом выше. Позвонив в звонок и не дождавшись, пока откроют дверь, парень психанул ещё больше: ну не хочет она открывать, и не надо! Тонкий отголосок здравого смысла где-то далеко пищал, что может, та в душе, но Кириллу было совсем плевать. Быстро зайдя к себе в квартиру, тот взял с комода листочек и ручку, и, быстро написав про обещания купить билеты, завернул их в тот самый лист, поднялся обратно, засунув их в дверь, даже не позвонив ещё раз.       Миронов уже сто раз пообещал себе выкинуть Сашу из головы и был дома, когда девушка буквально выбежала к двери в одном халате. Русоволосая умывалась, пытаясь смыть испорченный макияж, и хотя открывать сейчас, спустя минут пять, смысла не было, из двери торчала какая-то непонятная бумажка, выпавшая при открытии. Саша подняла листок, разворачивая и замечая в том билеты на вечерний сеанс. Фильмом была комедия, причём именно та, на которую Саша хотела сходить. Он запомнил, что она не любит ужасы, и даже угадал с фильмом. Сев на пуфик у входа, Ларина прочитала несколько фраз, написанных не слишком аккуратным почерком о том, что билеты обещал уже давно, и за подкат это не считается. Саша улыбалась сама себе, держа в руках тот же немного помятый листок, и, наконец опомнившись, аккуратно положила тот на комод, убегая в комнату и спешно приводя себя в порядок. Девушка быстро натянула рваные светлые джинсы и простой светло-розовый свитшот, не думая об аккуратности завязала кеды и собрала волосы в небрежный пучок. Ещё раз глянув на себя в зеркало, русоволосая захлопнула квартиру, бегом спускаясь по лестнице и нажимая звонок Кирилла. Сердце бешено колотилось, да и вообще Саша чувствовала себя не совсем хорошо...       Блондин открыл дверь, удивленно приподняв бровь, кажется, совсем не ожидая увидеть Сашу. Уверенность девушки улетучивалась с каждой миллисекундой, а парень продолжал смотреть на неё, хотя и понимал, как сильно смущает её этим. Та только улыбнулась, поднимая в руке те самые билеты, будто они могли заговорить вместо неё. — Кирилл, я... то есть ты... — девушка в мыслях уже назвала себя дауном. — Короче! — воскликнула та, и тут же добавила, шумно выдохнув: — Пойдёшь со мной? — Миронов явно не ожидал приглашения, да и в записке писал, чтобы она сходила с кем-то, но под «кем-то» себя в виду не имел. И вообще, он тут как бы её забывать начал, а она пришла! — Неждан, — буркнул парень, пока Ларина смотрела на него своими ярко-голубыми глазами. — Почему... Я в лифте согласилась же... — неуверенно, снова ненавидя саму себя, промямлила Саша, опуская глаза на свои Конверсы фиолетового цвета, будто первый раз их видела. — Да ладно, я же не совсем мудак, понял, что ты случайно ляпнула. Нормально всё, — пожал плечами Миронов, но не приглашал Сашу внутрь, да и идти в кино тоже, кажется, не горел желанием. — Случайно, — как китайский болванчик закивала русоволосая, и, замявшись, намного тише объяснила: — В лифте — случайно. А сейчас — серьёзно, — так и не поднимая взгляда, девушка нервно переложила билеты из одной руки в другую, пока блондин, усмехаясь, не обнял ту, уже знакомо прикасаясь к её губам, но так же легко и незаметно для девушки углубляя поцелуй. Кирилл слегка прикусил её губу, отчего по телу Саши побежали мурашки, и та только ближе прижалась к парню, отвечая на поцелуй. Девушка оторвалась, вдыхая пропахший сыростью из-за дождя за окном воздух, но не отпуская Миронова из объятий, да и он сам не спешил их разрывать. — Мы в кино пойдём, или так и будем в подъезде обниматься? — обдавая шею горячим дыханием, шепнул тот. — Пойдём, будем обниматься в кино, — улыбнулась голубоглазая, уткнувшись парню в плечо, вдыхая запах одеколона. — Знаешь, что правда странно? — внезапно задумчиво отозвался блондин, всё ещё обнимая Ларину. В мыслях той пронеслись подозрения, что странным для него выглядит её поведение, хотя девушке уже было плевать — она была счастлива. — То, что сюда ещё консьержка не заявилась, — договорил Кирилл, чем заставил засмеяться Сашу.