Сферы

      По возвращении со Штормового берега Энид ожидала увидеть недовольство Лелианы тем, что Железный Бык по ее приказу обрубил свою связь с кунари. Но тайный канцлер облегченно призналась:       - Жить под одной крышей с действующим агентом Бен-Хазрат – все равно, что балансировать на бочке гаатлока. Жаль источника информации, но он не стоит таких рисков.       - Не жалей – отозвалась Энид. – Хисраад показывал только то, что ему позволяли. И что хотели показать.       Сама она нисколько не горевала о потере агентурных данных кунари. Тем более, что в полной мере смогла оценить новый источник – Рыжую Дженни. Сидя как-то вечером с Сэрой на крыше и жуя печенье, она всего лишь высказала просьбу, чтобы «народ посмотрел, как там чего у Селины». На следующий же день она получила подробнейший рассказ о том, кто с кем спит при дворе, у кого конфликты, у кого альянсы, какой сорт чая предпочитает императрица и кто у нее сейчас постельничий. Конечно, это были не профессиональные шпионские данные, поэтому ворох сплетен пришлось как-то упорядочить и проанализировать. Но задел был шикарный – Энид плотоядно потирала руки, получив массу компрометирующих зацепок и на саму императрицу, и на ее бывшую служанку и любовницу Бриалу. Наблюдение было поставлено на постоянную основу, и теперь каждый день она получала от Сэры мятые записки с короткими, криво написанными отчетами.       Накануне отправления в Орлей произошло событие, которого Энид ждала и опасалась. Она много раз прокручивала в голове сценарий своего поведения в этой ситуации, но, тем не менее, слова адъютанта, услышанные во время обеда с членами Совета, заставили кусок встать поперек горла:       - Леди Инквизитор, прибыл посланник клана Лавеллан.       - Кто?!       - Его зовут Варейл.       Она застыла, не донеся вилку до рта. И, видимо, изрядно побледнела. Каллен, Жозефина, Лелиана и Кассандра смотрели сочувствующе. Она быстро взяла себя в руки и сказала:       - Проследите, чтобы посланника накормили и напоили с дороги. Затем проводите в мои покои. Я желаю приветствовать его наедине.       Адъютант ушел, и Энид дала волю смятению. Тем более, что выглядело это совершенно органично. Она вскочила, прижав руки в груди, выдохнула: «Боги…», потом села, взяла вилку, положила ее и вскочила снова.       - Бедняга, да не волнуйся ты так, – тепло сказал Каллен. – Он же не убивать тебя приехал.       - Хуже. Приехал передать проклятие Дешанны, – пробормотала Энид.       - Может, все не так уж плохо. Ваш клан славится своими широкими взглядами, – осторожно предположила Жозефина.       - Я считаю, что его надо принимать под присмотром, – заметила Лелиана. – А вдруг он и правда приехал тебя убивать?       - Эллана может постоять за себя, – успокоила ее Кассандра. – Я не боюсь, что он причинит ей боль физическую – только лишь моральную.       - О, в этом можно не сомневаться, – откликнулась Энид. – Особенно, если здесь Варейл… Друзья, вы не обидитесь, если я покину нашу трапезу? Что-то кусок в горло не лезет… Надо немного собраться с духом. Пойду к себе.       - Держись, малышка, – откликнулась Кассандра, а остальные подбодрили ее улыбками.       Наверху Энид навела на дверь магический замок и открыла портал в свою тевинтерскую берлогу. «Давненько здесь не была». Взяла пять средних кристаллов и снова шагнула в свои покои. Быстро расставила в форме звезды по точкам, которые промерила по ночному небу в самую первую ночь в Скайхолде, на случай, если придется прибегать к сильному колдовству. Отдышалась и, заставляя себя не торопиться, начала читать длинное сложное заклинание Иллюзии. От кристаллов потянулись лучи проекции, которые отобразили ее лицо. Энид сосредоточилась на воспоминании, ее лицо растаяло и в дымке появилось другое – застывшее в страшной предсмертной гримасе лицо настоящей Элланы Лавеллан.       Пришлось повозиться, чтобы приладить к себе иллюзорную маску. Энид понятия не имела, как выглядело лицо Элланы, не искаженное смертельной судорогой. Ювелирно рассчитанная магическая формула «разгладила» мышцы, и с проекции взглянула молодая, хоть и не юная уже, миловидная эльфка лет двадцати пяти. Лицо сердечком, чуть выпуклые серо-голубые глаза, острый маленький носик, тонкие губы и бледные веснушки. На месте только валласлин, посвященный Фалон-Дину. Светло-льняные волосы топорщатся в разные стороны, как в тот день. «Непорядок». Небольшим магическим усилием Энид удлинила их и гладко зачесала назад. Покорчила сама себе рожи перед зеркалом, чтобы синхронизировать мимику с маской. Затем наложила на свое горло заклятие хрипоты, а на стены и дверь – от подслушивания. «Вроде, готова».       Энид раз в десятый прогоняла про себя слова заклинания Забвения, на тот случай, если ее раскусят, когда в дверь постучали. Она хотела было крикнуть: «Войдите!», но спохватилась, вспомнив о хрипоте. Поэтому отворила дверь движением посоха.       В комнату вошел маленький сухонький эльф лет сорока с длинными белыми волосами и резким черным валаслином на лице.       - Дален… – нежно сказал он, когда Энид жестом отпустила стражника и плотно закрыла дверь.       - Варейл, – прохрипела она в ответ.       - Ар нен, эммааша…       Энид отрицательно покачала головой:       - Мы должны говорить на всеобщем, хагрен.       Варейл понимающе оглянулся:       - Нас прослушивают?       - Как и все здесь.       - Ты заболела, девочка? Простудилась? – мужчина подошел к ней, взял ладонями лицо и заглянул в глаза.       - Да, – Энид потупилась. Даже при столь солидном опыте вранья ей было тяжело смотреть в глаза, полные такой бескорыстной любви. – Горло болит.       - Немудрено – ведь здесь такой холод. Как тебе плохо, бедняга, среди этих серых камней. Ни одной зеленой веточки.       - Я привыкла.       - К этому невозможно привыкнуть. Да что же с тобой, Эллана? Ты смотришь, словно мы чужие!       - Прости, хагрен. Все сложно. Я не принадлежу себе.       - Тебя держат здесь насильно? Скажи только слово – и я увезу тебя!       - Как увезти меня от себя самой? – Энид подняла руку с зеленой меткой и эльф испуганно отшатнулся. – Моя метка, моя ноша, мое проклятие – все останется при мне.       - Как тебе помочь, доченька? Я сделаю все, что скажешь! Я останусь и буду служить тебе…       - Нет! – лицо эльфа обиженно вытянулось, а Энид гадала – действительно ли он отец Элланы или «доченька» – это общепринятое обращение в клане. Чтобы не рисковать, заменила слово «отец» на слово «родной». Она порывисто обняла его и прохрипела: – Родной, ты сильно мне поможешь, если вернешься в клан. Пойми, за мной наблюдают тысячи глаз. И если рядом будет тот, кто мне дорог, я стану уязвима. А я не должна. – Энид разомкнула объятие и отступила на шаг. – Я должна быть сильной. Я – леди Инквизитор.       - Да, – слезы потекли из усталых глаз путника, – ты всегда была сильной, моя девочка. Ты справишься.       - Скажи, Дешанна что-то велела мне передать?       - Вот это письмо и слово божье. Следуй пути лука, гнись, но не ломайся.       - Она не прокляла меня за иноверие?       - Мы слышали о твоем андрастианстве. Это правда? Ты уверовала в Андрасте и шемленского Создателя?       - Я видела Андрасте. Так же, как вижу сейчас тебя.       Повисла тяжелая пауза. Энид вскрыла конверт и с трудом прочла эльфийские буквы:       «Дален!       В иных обстоятельствах я бы не стала тебя беспокоить – у тебя и без того многое на плечах. Непросто биться с древними тевинтерскими магистрами и при этом достойно представлять свой народ. К несчастью, вездесущие разрывы сеют панику, и многие пытаются воспользоваться этим.       На клан Лавеллан недавно напали разбойники. Они очень хорошо вооружены, все в тяжелой броне, и их столько, что наши охотники не справятся. Мы обосновались в незанятой долине неподалеку от Викома. Там пока безопасно, но разбойники могут добраться и сюда. Если Инквизиция сможет вмешаться, это убережет наш клан от беды       Дарет ширал.»       Хранительница Истиметориэль Лавеллан       - Расскажи, как выглядели эти разбойники.       - Я их не видел – наткнулись охотники. Говорят – слишком хорошо экипированы. И, главное, единообразно. Как будто в одном месте одевались. На обычных головорезов не похожи – скорее, на профессиональных наемников.       - Хм, надо будет обсудить в Совете. Помощь мы дадим обязательно, просто надо подумать – какую именно, чтобы не напортить. А теперь, хагрен, если не возражаешь, я бы хотела отдохнуть. Надо выздороветь до поездки в Орлей. Отряд помощи выйдет из Скайхолда сегодня же. Ты должен отправиться с ними.       - Но дален…       - Я же объяснила. Ты не должен здесь оставаться.       - Что они с тобой сделали? – горестно воскликнул эльф и слезы снова покатились по его впалым щекам. – Ты на себя не похожа. Даже глаза… Какие-то неживые.       - Отчасти я умерла при взрыве на Конклаве. Я прошла сквозь Тень во плоти, а это не шутки. Кроме того, метка, – она снова подняла светящуюся руку, – продолжает меня медленно убивать. Не плачь, хагрен. Все мое существование сейчас подчинено одной цели – уничтожить Корифея. Чтобы мир выжил. В том числе и наш клан. Остальное не важно. Поэтому сейчас ты пару часов отдохнешь в таверне, а затем отправишься обратно в Виком вместе с отрядом Инквизиции. И больше никогда – слышишь? – никогда не вернешься. И никто из клана Лавеллан не приблизится ко мне. Наоборот – кочуйте как можно дальше. Во имя жизни наших детей. Ибо где я – там Корифей и смерть. Ступай.       Когда эльф понуро вышел из покоев Энид, она с облегчением сняла маску. Иллюзия истощила ее, даже с учетом вспомогательных кристаллов. Она не была мастером этого заклинания, как Вильгерфорц или Филиппа, но здесь, в Тедасе, даже им оно далось бы нелегко из-за Завесы.       Энид позвонила в колокольчик, вошел адъютант.       - Выпиши тысячу соверенов из моих личных запасов на имя Варейла Лавеллана. Проследи, чтобы он сидел в таверне, не высовываясь, и оплати его счет. Когда будет готов отряд, лично посади его на лошадь и отправь вместе с нашими обратно в Виком. А прямо сейчас собери внеочередной Совет.       - Слушаюсь, леди Инквизитор.       Показав письмо Дешанны, Энид сказала:       - Мне неловко просить Совет о личной просьбе.       - Клан Инквизитора – это уже не личная просьба, а дело Инквизиции, – отрезал Каллен. – Готов выделить отряд в двести человек для защиты.       - Обожди, Каллен, там не все просто, – сказала Лелиана, – хорошо вооруженные наймиты, маскирующиеся под мелких разбойников – здесь что-то нечисто.       - А может просто напишем герцогу Антуану Викомскому, чтобы он защитил долийцев? – предложила Жозефина. – Он наш хороший друг и спонсор Инквизиции.       - А не странно ли, что наш друг допустил головорезов под самые стены своей вотчины? – подала голос Кассандра. – Зная, что Лавеллан – родной клан нашего Инквизитора.       - Надо провести разведку, – подытожила Лелиана. – Заодно мои ребята отвлекут бандитов и рассредоточат их.       - Решено, пусть в Виком отправляются разведчики, – согласилась Энид. – Войска понадобятся нам для эскорта в Халамширал. ***