Милые бранятся, только тешатся.

      Не успела Мура войти в КТЦ, как «Смерч» дернули на задание. Недалеко, в пригородном гаражном кооперативе намечалась крупная сделка по продаже русского оружия боевикам средней Африки, возглавляемым бывшим капитаном нашей разведки. Вася, сидящий за рулем, так задумался, что чуть не врезался в машину, затормозившую перед ним на светофоре.  — Кот, ты чего? — обратился к нему Бизон — Порядок? — Все нормально. Просто настроение ни к Черту. — Уверен, что на операции все будет гладко? — Подключился Физик. — Парни, отстаньте. Не впервой — отмахнулся каплей. — Может, ты нас из машины покоординируешь? — подала голос Мура. Твердый, уверенный голос. От утренней растерянности не осталось и следа. С Ионовым она связываться не хотела, но почувствовала что-то нехорошее и не смогла промолчать. Как всегда, Женя может искренне ненавидеть каплея, но первая готова принять его пулю на себя. Вот и сейчас, она видела его состояние, понимала, что ему нельзя идти на задание, но не могла приказать, не могла и попросить, поэтому бросила небрежное: «может, из машины….» — Молчала бы — к парню вернулся его прежний запал, и он довольно грубо отшил девушку. — Началось в деревне лето — недовольно пробубнил Тарасов, его товарищи снова ссорились.

***

— На землю! Руки за голову! — направляя на преступников автоматы, бойцы продвигались между гаражами. Бандиты попытались бежать. Прицел, выстрел, еще раз. И раненые преступники с воплем падают на недавно выпавший снег, смешанный с дорожной пылью. — Вася, сзади! — раздается пронзительный крик девушки, она прицеливается, но не успевает сделать выстрел, и в груди каплея расцветает красный цветок. Алый цветок крови. Его тело встречается с землей. Миллисекунда требуется девушке, чтобы обезвредить главаря, и она тут же подбегает к командиру, плюхается на колени, обхватывая руками голову Ионова. На его бледном лице полный покой, глаза закрыты, а на ресницы ложится и тут же тает октябрьский снег. Женя изо всех сил прижимает свою ладонь к ране, пытаясь остановить кровотечение. Физик уже вколол Ионову химию, но каплей по-прежнему не подвижен. — Багира, давай к нам «скорую», Кот ранен. — После паузы Боря добавляет — Да, мы всех взяли. Женя. Врачи едут целую вечность. Моя перчатка пропиталась кровью, и я ощущаю ее между пальцев. Он не шевелится. Я прикладываю палец к артерии на его шее и, с облегчением, чувствую легкую пульсацию. Но почему он такой бледный?! Его лицо почти сливается со снегом. Первый снег…. Он скоро растает и превратится в слякоть, противно липнущую к ногам. Открой же глаза, Кот, зараза! Милый, очнись. Не уходи. Вернись ко мне. Я так тебя люблю…. Приезжает «карета скорой помощи», и я с удивлением узнаю, что прошло не больше пяти минут.

***

      В мед. блоке КТЦ суматоха. Срочная операция длиться уже больше часа. Жужжание каких-то приборов, короткие реплики врача, постоянное бряканье медицинских инструментов, много окровавленных ваток, бинтов, жгутов и притихшие ребята с судорожно трясущимися руками. Наконец, все заканчивается и уставший Павел Анатольевич выходит к офицерам. — Все в порядке, все хорошо — говорит врач тихо — он до утра проспит, так что идите-ка вы по домам. — Я к нему — твердо заявляет Мурашова и делает шаг в сторону палаты, но ее останавливают. — Не надо вам туда, девушка. Он спит. Придете завтра. — Нет, я сейчас пойду, пустите меня. Я должна попасть к нему! — она вырывается из рук Физика — Почему вы не хотите меня пустить? Дайте мне пройти! — это уже истерика — Кот! Пустите же меня! — она брыкается так, что Мыцик еле удерживает ее. — Женька, Женя успокойся, пойдем — уговаривает ее Рита. — Пустите! Кот! Вася! Я пойду к нему! — в попытках вырваться она не замечает, как тонкая игла шприца проникает в ее плечо. — Все. Сейчас она успокоится и, может быть, даже уснет. Отведите ее в соседнюю палату — командует врач. Да, здесь его поле боя.

***

      На подушке растекается мокрое пятно. Женя не шевелится, а слезы стекают по ее щекам, и пятно становится больше. — Ну, давай, рассказывай, что у вас случилось? — Рита погладила девушку по голове. В ответ всхлип — Что произошло, что вы сначала цапаетесь, как кошки, а потом ты с истерикой рвешься к нему в палату? — еще один всхлип — Девочка моя — Багира приобняла Женю — мне ты можешь рассказать. — Просто это он — только прошептала девушка, и все стало ясно.

***

      Когда на следующее утро Бизон и Физик пришли проверить Кота, они могли с удивлением наблюдать интересную картину. Рядом с парнем пристроилась Мура. Девушка спала, положив руку на грудь Ионова, а он за плечи прижимал ее к себе, как будто не было ни ссоры, ни ранения, и к его свободной руке не была присоединена капельница. Он мирно спал, уткнувшись носом в ее распущенные волосы. Она прижималась к его шее. И у ребят возникло ощущение, что они подглядывают, наблюдают за чем-то личным, интимным, тогда парни поспешили удалиться.

***

— Мура, ты спишь? — шепотом спросил каплей. — Нет. — Помоги мне, я хочу встать. — Не дождешься, врач сказал, тебе нужен покой. — Помоги мне сесть, у меня уже спина затекла. А пока ты здесь, покоя мне не видать — к нему вернулось шутливое настроение. — Дурак — Женя улыбнулась, так широко, так искренне, что злиться на нее было невозможно — Аккуратно — в голосе девушки слышались нотки беспокойства, когда она поправляла подушку и помогала ему устроиться поудобнее — Как спина? — Теперь хорошо — парень наслаждался своим вертикальным положением. — Я же просила тебя остаться в машине. У меня было плохое предчувствие. В то утро, когда мы поссорились. И ты ушел. Зачем ты ушел? Я так не хотела тебя отпускать. А потом, когда ты вел машину…. Прости меня…. — Она еще говорила что-то сбивчиво и бессвязно, а он улыбался, порой срываясь на смех. — Чего ты веселишься? — Женя жалобно посмотрела на него из-под ресниц. — Ничего — он провел костяшками пальцев по ее щеке — Люблю тебя…. Всегда любил — добавил он более серьезно.       Но вместо ответных признаний и поцелуев он получил уже такое знакомое и родное: «Зараза!» — Чего же ты мучил меня все это время, а? Тебе что, издеваться над людьми нравится? Надо мной издеваться? Я тут терзаюсь от неразделенных чувств, а он, видите ли, «всегда любил». — Опять поссорятся — предположил Физик. Они с Тарасовым уже второй раз за день не вовремя навещают друга. — … Это у тебя такой оригинальный способ подкатить к девушке? А….- больше она ничего не сказала. Держа в руках ее лицо, Кот целовал голубые, как небо, глаза, румяные щеки, милый носик и нежные губы, так чувственно отвечавшие на каждое его движение. А Бизон мудро заключил — Милые бранятся, только тешатся….       А они все целовались и никак не могли оторваться друг от друга.