Дите пустоты

      Симпатичная деревенская девчушка, удалая по хозяйственным делам, хороша в учебных дисциплинах. Вот только мужчины у нее не водятся. То ли в этой крохотной деревушке всех свободных уже разобрали, то ли дело в ней самой.       «Бедная девочка. — вздыхая, говорили бабки, смотря ей вслед. — Не повезло же, очи у девочки не видят».       Она была слепа на левый глаз, а правым не видела дальше вытянутой руки. Какое-то время она носила очки и линзы, только зрение это никак не вправляло, и случай был неоперабельный. Врачи говорили, что идет резкое понижение зрения и у правого глаза, вскоре девушка ослепнет совсем. После многочисленных походов по врачам к своим двадцати трем девушка смирилась, и даже зареклась, что никогда не наденет очки. Она часто ревела в подушку и спрашивала Бога, за что ей такое наказание, но ответа она никогда не получала.       Мама с отцом всегда мечтали выдать дочь за хорошего состоявшегося мужчину, увидеть внуков перед смертью. Но подходящих кандидатов в деревне не было. Точнее, был один, но неподходящий. Высокий деревенский парень с золотыми руками, при хороших родителях. Катерина пыталась как-то познакомится с ним, завязать какие-то связи (Было то пару лет назад), но успехом не увенчалось — он сказал, что слепая жена ему не нужна. Эти слова пронзили ее сердце, как осколок льда, и, едва сдержав слезы, девушка ушла. Больше они практически не пересекались.       Раньше Катя сильно боялась лишиться зрения, но в последнее время она начинала понимать, что от этого не никуда не деться. Девушка вставала каждый день на рассвете: она хотела запомнить утренний туман, восходящее солнце, бескрайнее море. И каждое утро на набережной было так пустынно и безлюдно, от моря дул ветерок, горячий грунт обжигал ступни. Это было ее любимое место, любимое время года, любимое время суток, — это место он держала за свою «зону комфорта», и, когда все казалось настолько плохим, она мысленно перемещалась на безлюдную набережную.       И сегодня было одно из таких утро. Вода прибывала к берегу и обратно убывала, над морем кружили чайки, вылавливая рыбу. Звук прибоя успокаивал, лаская слух. Яркий кружочек-солнышко восходил из-за тонкой лини горизонта, пуская свои первые утренние лучи отблесками на море. На небе были редкие перистые облака, воздух был влажный, свежий.       Катерина, прижав коленки к груди в положении сидя, обняв их руками, слушала звук прибоя и слегка покачивалась. К сожалению, рассвета она уже видеть не могла. Девушка, закрыв глаза, выдохнула и задержала дыхание, пытаясь расслабиться. Была бы ее воля, она сидела бы так весь день, а может, и всю жизнь. Вдруг до нее донеслось, как кто-то идет по грунту, направляясь в ее сторону, и девушка навострила слух.       — Кто это? — замерев, она открыла глаза, повернувшись в сторону шума. В такое время люди ходят по набережной очень редко.       — Это я. — отозвался кто-то. Голос был звонкий, детский, мальчишеский. Лет-таки примерно семи.- Тебя как зовут? Меня Степа.       Мальчик говорил медленно, спокойно, не напрягаясь. Девушка прям-таки нутром чувствовала его заинтересованный взгляд на себе. Мальчик стоял примерно за три метра от нее.       — Меня Катя зовут. Приятно познакомится. — она устало улыбнулась. — А что ты делаешь здесь один, без родителей?       — А я тут от дяди прячусь! Мы играем. — звонко воскликнул парнишка.       — От какого дяди? — настороженно поинтересовалась девушка. Такие обстоятельства выглядели немного странно — маленький мальчик прячется от какого-то дяди.       — Я лучший в мире игрок в прятки! Меня нашли лишь однажды, и больше никогда. — Степа подошел по ближе и опустился на землю. Услышав еще пару-тройку моих непонятливых вопросов, он начал объяснять: Папы тогда дома не было. пришел дядя. Мама заставила меня идти в комнату и спрятаться. Потом мама почему-то кричала. Мне было страшно. — Это было странно слышать, но все это мальчик рассказывал совершенно спокойно. Как-то девушка сощурилась, пытаясь разглядеть его, ведь он сидел неподалеку — темные волосы, худощавое телосложение и, как ей показалось, неестественно бледно-синеватая кожа. Тем временем он продолжал: — Я слышал как дядя зовет меня, а я сидел в шкафу. Он зашел ко мне в комнату, а потом нашел меня! Я помню, что мне было дома, а потом ничего не помню. И теперь мне надо спрятаться от дяди.       Девушка слушала этот рассказ с замиранием сердца. Он казался ей странным, она не могла понять, что думает о нем — то ли стоит обратиться в полицию с этим мальчиком, то ли он напридумывал сказок. Катя, обернувшись к мальчику, вопросила: — А где сейчас папа, дядя? Что ты тут делаешь?       — Я не знаю! — немного раздраженно бросил мальчик. — Мне кажется, тут дядя меня найдет. Я пошел прятаться дальше. — Он прошептал эту фразу запуганно, оглядываясь, а потом посмотрел на Катю: — я приду к тебе домой ночью, спрячусь у тебя.       Катерина кивнула ребенку. В то, что он реально придет к ней домой ночью, она не верила. Но сильно боялась за него — где его родители? Да и история с таинственным дядей какая-то странная. «Дитё тьмы. — подумалось Катерине. — взялся непонятно откуда, так же исчез — непонятно куда.»       Вечером девушке уже как-то даром забылся Степа. Катерина спокойно кушала сготовленную мамой картошечку с котлетами, заедая огурчиками разговаривая при этом с мамой. Та только что прибежала с работы и делилась всеми новостями, которые накопились за день. Как-то ее глаза загорелись, она воскликнула: — Ах, точно! Ты не слышала о том, что у нас на окраине на днях произошло? Неизвестный зарезал женщину, нанеся ей три ножевых, и ребенка. Того нашли в шкафу, так же три убит. Отец сейчас в шоке. Всю семью вырезали, представляешь?!       Девушка нервно сглотнула. Что-то ей косвенно напоминала эта история ту, которую рассказал ей сегодня мальчик. Только совпадение было мало. И, уже отбросив от себя эту мысль, Катерина все же спросила, так, наверняка:       — А как мальчика звали?       — Не помню… — пробубнила мама, жуя котлету. — Вроде бы его звали Са… Точно, вспомнила! Мальчишку же Степой звали.       Катерина замерла. Стало страшно, холодок мурашками пробежался по спине. Сердце билось как бешенное, но девушка вдруг подумала, что накручивает себя и усмехнулась. И все-таки после этого спать было ложится страшно, но она все-таки осилила себя.       Катя долго ворочалась в постели, сон совсем не приходил. Она все думала обо всем на свете: то о мужьях, то о предстоящей слепоте, то о произошедших сегодня событий. Под одеялом было жарко, хотелось откинуть его, но откидывать его было страшно. Она прислушалась: за окном журчали кузнечики. Вдруг до нее донеслось какое-то шуршанье из шкафа. Стало вдруг так страшно, ведь все спят. Сердце забилось необыкновенно быстро. Взрослая девушка, испугавшись, мгновенно накинула на себя одеяло.       — Ты тут? — чуть ли не молясь о том, что ответа не получит и ей всего-навсего показалось, в сердцах шепнула Катерина.       — Да. Я спрятался. Скоро придет дядя.