Картина Института

Алеку казалось, что эти сутки идут целую вечность. Он думал, что хотя бы за учёбой время пролетит быстрее, но ошибался. Каждая секунда, по ощущениям Лайтвуда, была равна часу. Он готов был бросить все и идти к ней, идти к ней прямо сейчас, но она попросила быть у нее в восемь вечера. Значит так было нужно и, поэтому он еще не сорвался с места и не бросился к ней домой. — Алек, ты еще так никогда не загонялся из-за девчонки. Чем она тебя зацепила? — Тебе не понять… — Да забудь ты ее, иди развлекайся с какой-нибудь другой. Половина девчонок хотят быть с тобой. Некоторые даже готовы на страшные вещи. — Друзья Алека пытались поднять его настроение, но все попытки не увенчались успехом. — Спасибо, ребят, я подумаю над вашим предложением. — Алек наигранно улыбнулся и ушел домой. Раньше бы он так и сделал, но сейчас… Сейчас он ждал, когда часы покажут 20:00 и он наконец увидит девушку, которую любит, увидит Клэри Фрэй. Но даже вечность подходит к концу. Алек ступил на крышу ровно в 20:00, как и просила Клэри. Он обещал не возвращаться сюда. Никогда. Но что если просит самый дорогой тебе человек? Человек ради которого ты прыгнешь с крыши, ради которого встанешь под пулю? — Алек, ничего не говори… Дай сказать мне, пожалуйста. — Рыжеволосая стояла в самом дальнем углу крыши, чтобы Лайтвуд был далеко, чтобы он не видел ее уставшее лицо, чтобы он не слышал на сколько сильно дрожит ее голос. — Я… Я не спала все эти ночи, думая о своей ошибке. Я испугалась. Поэтому я хочу все исправить. Я знаю, что ты видел, что изображено на этом холсте. Моя семья… После этих слов парень стал незаметно приближаться к девушке, аккуратно делая каждый шаг. — Я думала, что там будет место для Джейса, что он познакомится с моей семьей в мамин день рождения и я подарю ей эту картину. Но вся жизнь, которая казалась идеальной стала разрушаться… Благодаря тебе. Нет, не думай, что я виню тебя. Я даже рада, что это случилось. Ты снял с меня розовые очки и я стала снова видеть настоящий мир. Я увидела какой он… Алек подошел к Клэри на расстоянии вытянутой руки. Он заметил, что Клэри действительно не спала все эти дни, что она даже плакала. «Какой я эгоист… Думал, что страдаю, когда действительно больно было ей…» — думал Лайтвуд, смотря на свое погаснувшие солнышко. — Алек, на этом холсте должна была быть моя семья. Люди, которые любят меня и люди, которых люблю я… А я люблю тебя. — Клэри опустила голову. Алек впервые за все это время взглянул на холст и действительно увидел себя. Все что он мог сделать сейчас это просто обнять ее. Именно это он и сделал. — Все хорошо, солнышко. Я тоже люблю тебя. — Клэри обняла его. — Тебе черт возьми не стоило так волноваться из-за меня. Ты пропустила учебу… — Зато осознала то, как сильно ты нужен мне. — Сквозь слезы прошептала девушка. — Хорошо, а теперь ты спустишься к себе и наконец поспишь. Ладно, солнышко? — Парень поцеловал ее в рыжую макушку и улыбнулся. — Ладно. — Она наконец успокоилась и посмотрела в глаза Алека. — Ты же останешься со мной? — Конечно. Он впервые так полюбил.