Хроники: Мастер лука и Снежная принцесса.

1798 год.       Находясь в Зимнем дворце, Александр Морозов перечитал письмо и, откинувшись на спинку трона, улыбнулся. Наконец-то небеса услышали его молитвы. Послание свыше — только так и мог он оценивать это. Все еще боясь поверить неожиданной удаче, он вновь поднес письмо к глазам. По распоряжению одного из главных императорских придворных магов, все силы, брошенные на исследование обмена магии между их владельцами, принесли положительные результаты. Отложив послание и встав со своего трона, он строго приказал, чтобы главные маги – исследователи собрались в совещательной комнате. Спокойно двинувшись в сторону зала, в сопровождении свиты, Александр про себя улыбался, предвкушая многочисленные отчеты об успешном проведении ряда экспериментов. Но он почувствовал, как в него кто-то с бешеной скоростью врезался и чуть не сбил его с ног. Посмотрев сверху на нарушителя, Александр приметил копну коротких волнистых черных волос. Опустившись на одно колено, он ласково спросил: — Юрий, ты почему так быстро несешься, а? Молчишь? Ну-ка, посмотри мне в глаза. — Да, — тихо последовал ответ. Теперь на него смотрели пара бирюзовых больших глаз. В них читались волнение и надежда. Черные волосы, квадратное лицо с курносым носиком, густые извилистые брови, тонкие губы привораживали представительниц женского пола своей привлекательностью и в то же время мужественностью. Александр внимательно осмотрел мальчика. Светлый шерстяной жилет, белые сорочка и панталоны и сапоги с отворотами прекрасно подходили десятилетнему юнцу. В руке он держал лук, а за спиной висел колчан со стрелами. — Прошу простить меня, Ваше Императорское Высочество. Я спешил к Алексии, так как она очень сильно хотела меня видеть. Могу ли я задать вам вопрос? — Конечно, мальчик мой, спрашивай. — Она скоро поправится? — в голосе паренька чувствовалась дрожь и забота. — Не беспокойся. Ты поможешь ей в улучшении самочувствия. А теперь иди. Юрий лишь поклонился и помчался дальше. Александр посмотрел ему вслед. Его улыбка стала еще шире. Паренек приблизился к большим белым двойным дверям и по привычке трижды постучался. — Уходите все! Он пришел! — послышались за дверью детским хиленьким голосом капризные приказы и возгласы. — Но, Ваше Высочество... — прозвучало в ответ. — Уходите! — Да, Ваше Величество.       Юрий отпрянул от двери и по-солдатски встал, ожидая своей встречи. Раздался щелчок замка и служанки вышли наружу первыми, а за ними прекрасная женщина с белокурыми волосами в великолепном голубом платье. «Императрица Елизавета. Если с мужем еле можете бороться, то со своей дочерью и подавно. Но она сегодня печально выглядит. Сама не своя уже несколько дней» — пронеслось у Юрия в голове. Она лишь плавно двинулась в сторону зала. Постояв еще минуту, паренек вошел в большую комнату с высоким потолком и красивыми резными мраморными столбами. Справа в углу стояли письменный стол с многочисленными шкафами, полки которых битком набиты книгами и различными картами. Слева же стояли широкие шкафы с одеждой. А огромные стеклянные разноцветные окна освещали просторную кровать, которая стояла пред мальчиком. Подойдя к нему, он приметил стул с резными подлокотниками и таз с холодной водой. Сев рядом с кроватью, Юрий погладил макушку, которая виднелась из-под одеяла, с белокурыми длинными волосами, в которых были видны пряди цвета слоновьей кости. — Алексия, пожалуйста, дай мне поменять тебе влажную повязку, а то одеяло мешает. — Ладно, — ответил миленький, почти похожий на мяуканье, девичий голосок.       Слегка опустив одеяло, чтобы можно было видеть лицо, Юрий снял повязку и, хорошо окунув ее в таз и выжав остатки воды, положил обратно на лоб девушки. Она лишь слегка дернулась, но очей не открыла. В восемь лет ее лицо было прекрасно: овальное с тонкими прямыми бровями, прямым маленьким носиком и чувствительными губами. Ее щеки покрывал яркий румянец. Мальчик хотел погладить волосы, но его ладонь непроизвольно двинулась к румянцу. Он колебался минуту, но Алексия, поняв нерешительность своего друга, схватила его руку из-под одеяла и тыльной стороной ладони прижала ее к своей щеке. Юрий слегка опешил, но потом с нежностью и заботой посмотрел на девочку, поближе придвинув стул к кровати. — Знаешь, твой отец заверил меня, что скоро ты выздоровеешь. — Ты так думаешь? Неужели ты опять практиковался в стрельбе из лука? — А, ты об этом? Да, я тренировался. Не знаю почему, но если я пропущу хотя бы день, я просто сойду с ума, — притворно ужаснулся Юрий. — Господи, ты неисправим, — проговорила Алексия, не сдерживая тихого смеха. — Только никуда не уходи, можно? — Как прикажете, принцесса.