Сахарный червячок

Пыхтение вырвало Дерека из сладких объятий сна. Он недовольно нахмурился, отчаянно не желая выплывать из сладкой дрёмы из-за какого-то глупого ежа, умудрившегося забраться к нему в палатку. Но вскоре сонный мозг альфы сообразил, что вряд ли доносившееся до его ушей сопение и пыхтение принадлежало колючему обитателю леса. Дерек медленно открыл глаза и увидел склонившийся над ним чёрный силуэт! Страх стиснул его в своих ледяных оковах, ноги занемели, во рту появился неприятный привкус. Словно в кошмаре альфа пытался закричать, но изо рта его вылетало только невнятное тихое мычание. Злодей обнаружил, что жертва его пришла в себя, и зашуршал чем-то над головой Дерека. Спустя ещё пару показавшихся вечностью минут альфа осознал, что причина его немоты таится в какой-то тряпке, засунутой ему в рот, а тело не слушается вовсе не из-за страха, а из-за верёвок, крепко стянувших его конечности. Более бодрого пробуждения не было за всю его жизнь! Альфа попытался проползти ужиком на спине, но тут неизвестный навалился на него всем своим не очень мощным телом. "Задушит? Убьёт?" - мелькало в голове у Дерека, но холодная ладошка, юркнувшая под резинку его шорт и нашедшая там скукожившегося от страха двадцатисантиметрового червячка альфы, не оставляла сомнений - его изнасилуют! Альфа проклял свою привычку спать в походах не в спальнике, имитируя гусеничку, а на туристическом коврике, прикрываясь раскрытым спальником как одеялом. Да и к чему было это мажорство с отдельной палаткой?! Спал бы сейчас в общей палатке, задыхаясь от смрада ещё двенадцати альфьих ног, - так и ничего! Зато зад был бы цел-целёхонек. Ночной посетитель тем временем сопел и пыхтел у левого уха Дерека. Альфа дёрнулся, почувствовав, как горячий язычок скользнул по краю его уха, прикусил хрящик и спустился вниз, по шее, оставляя мокрый холодящий след. Волосы на теле встали дыбом, а червячок зашевелился, напоминая, что при должном обращении он может стать гремучей змеёй. Злостный захватчик довольно заурчал, начиная более активные боевые действия в районе шорт Дерека, второй рукой он подлез под голову альфы и, зажав в кулаке густые кудри, с силой потянул за них, одновременно прикусывая нежную кожу чуть выше ключицы. Напуганный таким поворотом червячок снова попытался прикинуться смятой ветошью, но чужая рука не позволила ему капитулировать, ловко пережав член у самого его основания. Наглый извращенец продолжал мастерски вылизывать шею Дерека в самых чувствительных точках, заставляя червячка подёргиваться и наливаться кровью. Нежные поцелуи, приятные движения руки - Дерек уже не был уверен, изнасилование это или приятный эротический сон. Ласки кончились так же внезапно, как и начались. Дерек не смог сдержать разочарованного вздоха, но его ночной посетитель не исчез, а лишь сместился ниже. Оседлав ноги альфы, он бесцеремонно сдернул с того шорты и взял в плен своих горячих губ червячка, находившегося к тому моменту в полной боевой готовности. Ошалевший от всего происходящего Дерек дёрнул руками, пытаясь понять, к чему же привязал их злоумышленник. В кромешной темноте тонули очертания, не позволяя оценить истинное положение дел, а чавкающие звуки, доносящиеся из его личной паховой области, и собственные ощущения не давали сосредоточиться. Червячок уже вымахал размером с откормленную анаконду и был готов в скором времени сдаться обсасывающему его подлецу и негодяю, как тот в очередной раз резко изменил тактику поведения, невидимым в ночном мраке движением перетянув червячище у самого его основания. - Всё, приплыли, - промелькнуло в голове у Дерека, пока предполагаемый грабитель его альфьей чести копошился и шуршал в стороне. - Сейчас мой анус ждёт коварная расплата сам не знаю за что! Но в очередной раз ночной визитёр преподнёс ему сюрприз. Дерек почувствовал, как насильник снова навис над его беззащитным червячком, вставшим по стойке "смирно". Пальцы злодея легли на ствол Дерека-младшего, направляя его внутрь себя. Вот что за шум только что слышал Дерек - неизвестный раздевался и растягивал себя! Но даже несмотря на эту подготовку, несмотря на пережатого червячка, изнасилование продвигалось не слишком успешно, таким тугим оказался насильник. Он шумно дышал и слегка постанывал, ритмично двигаясь и помогая себе рукой, и с каждым разом опускаясь чуть ниже. У Дерека из глаз сыпались искры - таких сильных ощущений он не испытывал ещё ни разу в жизни. Кромешная темнота обострила все чувства, тесные стенки, обхватывающие его червячка, судорожные вздохи и всхлипы, нарушавшие лесную тишину, - всё это уносило Дерека в неведомые доселе дали удовольствия. Время закручивалось в спираль, скакало синусоидой, и когда с протяжным стоном незваный посетитель наконец-то насадился на червячище до конца, Дерек был готов уже молить только об одном - ослабить тугую хватку, не дававшую его червячку извергнуть из себя семя страсти. Но мучения-наслаждения его были ещё в самом разгаре - привыкнув к наполнявшему его червячку, напавший вновь начал двигаться. Плавные покачивания, рваные движения под разными углами, ладони, упирающиеся в грудь альфы, пальцы, комкающие мокрую от пота футболку жертвы, - наконец тихий вскрик стал свидетельством того, что червячок нашёл заветную точку в теле злоумышленника! Движения стали более ритмичными и жёсткими, незваный гость нёсся к своей цели, оседлав Дерека и доводя до края возможностей его червячка. Последние резкие, сильные, рваные движения, и насильник застонал, изливаясь на живот Дереку, одновременно с тихим щелчком, даровавшим свободу червячку, который моментально финишировал, сжимаемый ночным злодеем. Тельце преступника рухнуло на альфу, сотрясаемое лёгкими спазмами удовольствия. Дыхание его, горячее и влажное, щекотало шею размякшего Дерека. "Кто же это? Омега это или альфа? И кто в итоге кого изнасиловал?" - крутившиеся мысли уносились всё дальше и дальше, погружая Дерека в крепкий послеоргазменный сон. На следующее утро за завтраком Дерек хмуро разглядывал беззаботно щебечущую компанию. Один из них вчера ночью пробрался к нему в палатку и устроил сексуальные игрища. Кто же это мог быть? Альфа недовольно переводил взгляд с одного человека на другого. Ещё три дня и две ночи вынужден он будет провести в этой компании, хотя мысль немедленно сложить вещи и отбыть домой пришла ему в голову, когда он, проснувшись, понял, что ночное происшествие не было сном, - после снов не остаётся синяков на руках и ногах! Но Дерек не пожелал капитулировать перед лицом неизвестного врага. Теперь же его главной задачей было вычислить поганца и вывести его на чистую воду, избавиться от него без лишнего шума, обезопасив таким образом свой зад. Дерек прикидывал в голове, можно ли исключить из списка подозреваемых людей, уже состоящих в отношениях. Он смотрел, как омеги заботливо подкладывают еду в тарелки своим альфам, а те, в свою очередь, так норовят лишний раз прикоснуться к своим любимым. Одинокие альфы сонно тёрли глаза и пытались хоть немножко пригладить торчащие в разные стороны волосы, посматривая в сторону свободных омежек, которые сейчас сбились в стайку, обсуждая что-то своё, омежье. Им-то и решил уделить пристальное внимание альфа. Кто способен пробраться ночью в палатку альфы? Связать его и так грязно использовать? Кто не побоялся, кто посмел? Некоторых Дерек знал достаточно давно, с некоторыми встречался в других походах, парочка была ему незнакома. Альфа сразу исключил наиболее зефирных зефирок и стеснительных скромняжек. За остальными решил понаблюдать. Кроме того, он решил не исключать и альф, парочку из них он взял под пристальное наблюдение, так как подозрения по поводу их ориентации уже гуляли в общей компании. Всё утро Дерек держался настороже, стараясь не упустить из виду своих подозреваемых. И это не осталось незамеченным. Альфа стоял, подпирая дуб, и наблюдал за играющими в волейбол. На поле собрались почти все, за кем был установлен режим слежки. Внезапно чужая рука обвила его талию, а тихий голос прямо в ухо произнёс: - Скучаешь, красавчик? Дерек скосил глаза - попытку сближения предпринял Рассел, находившийся в топе подозреваемых. Самое время попытаться вывести его на чистую воду! - А что, если и так? - Тогда, - выдохнул Рассел альфе прямо в ухо, - тогда, может быть, я смогу составить тебе компанию? Например... вечером... или даже ночью... когда ты уже будешь сладко спать, я приду к тебе в палатку подоткнуть одеяльце? У Дерека в голове завыла сигнализация - помимо упомянутых "ночь" и "палатка", прозвучал ещё один немаловажный момент: проснувшись утром, альфа обнаружил себя фактически спелёнутым в спальник! Дерек рыкнул, прижимая омегу к дереву: - Так вот значит как? Любишь по ночам по палаткам ходить да одеяльца поправлять?! А может, и от секса со связыванием ты не отказался бы? - Да кто же отказался бы от такого подарка судьбы? - муркнул омега, совершенно не въезжая в ситуацию. - Так вот, слушай сюда, - ледяным голосом начал чеканить Дерек, - можешь не рассчитывать ни на минетик, ни на полчервячка, наглый охотник до альфьих членов! Может, ты и в походы ходишь только из-за надежды, что какой-нибудь неразборчивый альфа оприходует тебя? Если ты ещё хоть раз попытаешься выкинуть что-нибудь подобное, я расскажу всем, абсолютно всем, о твоих ночных похождениях по палаткам альф с целью поправить одеяло и про то, что ты под этим подразумеваешь! Сделай одолжение, не подходи ко мне больше, а лучше вообще не попадайся мне на глаза! Дерек сплюнул в зелёную траву и, отвернувшись, быстро зашагал прочь, оставив ошарашенного омегу в одиночестве. Он ведь всё сделал правильно. Поставил извращенца на место и обезопасил свой зад. Укладываясь спать, Дерек ощутил писк своей совести. Рассел после их разговора моментально собрал вещи и бегом побежал в сторону железнодорожной станции, даже не пытаясь слушать предложения его подвезти. Тем лучше для Дерека. Теперь его зад и червячок в полной безопасности! Альфа выключил фонарик и завернулся в одеяло. Прислушиваясь к тихим разговорам засидевшихся у костра, он незаметно провалился в сон... Снился ему зоопарк, как он гуляет там между вольеров за руку с папой и ест сладкую вату. Ему жарко и очень сладко, а папа крепко держит его. Руке стало неприятно, сахарная вата забивала рот и нос, и Дерек в ужасе проснулся! Теперь всё стало ясно - рука болела от того, что её снова связали. Ноги тоже были связаны. Вместо сахарной ваты у него во рту был чужой язык. Видимо, вчерашнего гостя. И теперь Дерек мог с уверенностью сказать, что это был именно омега, - сладкий привкус губ и языка кружил голову альфе. Чужие настойчивые руки забрались уже под футболку, заставляя Дерека вздрагивать от нежных поглаживаний. Возбуждённое дыхание, смешивающееся с его собственным, заставляло кровь альфы потихоньку закипать. Сочный и тягучий как мёд поцелуй плавил и Дерека, и вновь пожаловавшего к нему посетителя. В тиши чёрной летней ночи, прижимаемый чужим телом, альфа забыл о верёвках на своих конечностях, его интересовал лишь только этот юркий маленький язычок, пухлые губы, нежные пальцы и сладкий аромат, проникающий в легкие и взывающий к его альфьей сущности. Тело омеги вжалось в него ещё сильнее, и червячок Дерека зашевелился в шортах, почувствовав чужое возбуждение, трущееся о бедро альфы. Тонкие длинные пальцы проскользили по бокам альфы ниже, к поясу шорт, заставляя пленника покрыться мурашками, и ещё ниже, чтобы погладить довольного таким поворотом событий червячка. Неожиданно поцелуй прервался, а на губы Дерека плотно легла маленькая ладошка. Альфе совершено не хотелось после медовых тёплых губ омеги снова оказаться с кляпом во рту, и он отчаянно замотал головой, тихонько помыкивая, чтобы не достигнуть противоположного результата. - Что такое? - раздался в тёмной палатке шёпот. - Ты не хочешь, чтобы я закрывал тебе рот? Дерек быстро закивал головой, насколько ему позволяло его положение. - А ты не будешь кричать? Дерек снова замотал головой. - Пожалуйста, - попытался негромко промычать он. - Хорошо... - после недолгого молчания согласился омега, - я поверю тебе... И ладошка исчезла со рта Дерека. Некоторое время ночной визитёр не двигался, очевидно, выжидая, исполнит ли своё обещание альфа. Дерек молчал. Тогда в награду нежные губы любителя ночных удовольствий снова легли на его собственные. Тут уже альфа перехватил инициативу в поцелуе, настойчиво проникая своим языком в чужой послушно приоткрывшийся ротик. Бывшие чужими руки, ласкающие его везде, губы, покрывающие сотнями поцелуев его тело, аромат, остающийся на кончике языка альфы, - всё это уже воспринимается как своё, как само собой разумеющееся, как продолжение его самого в этой чернильной ночи. И снова жар другого тела, в которое так стремится попасть его червячок, пальцы, сжимающиеся в такт сокращениям мыщц, лицо, столь близкое, но невидимое в темноте. Омега лежит, распластавшись на Дереке, пытаясь привести в порядок дыхание, а их сердца бьются в унисон, когда альфа губами находит влажный лоб и закрывает глаза, как он думает, лишь на минутку.