Листая старую тетрадь

В библиотеке давно пора было навести порядок. И то, что у Люциуса Малфоя никак не доходили до неё руки, не могло его оправдать. За долгие годы в библиотеке накопилось великое множество разной макулатуры. Вот что эта за книга: «Заклинанiя всея Белыя, Чорныя и Серобуромалiновыя Магiи»? Кто это будет читать? На выброс! А это что? «Playboy»… Ох, как нехорошо… А если Драко увидит? Впрочем, это ещё небольшая беда, он взрослый мальчик. Вот если увидит Нарцисса – скандала не миновать. На выброс, немедленно на выброс! А здесь у нас что? Малфой, рискуя свалиться со стремянки, вытащил с самого дальнего края полки толстую тетрадь и перелистал её. Тетрадь имела вид роскошный и богатый: обложка из хорошо выделанной кожи, тиснёной золотом, дорогая, плотная бумага, исписанная от руки косым стремительным почерком, золочёные кольца, скрепляющие обложку с бумажным блоком… Малфой даже не предполагал, что такое может найтись в его библиотеке. Тетрадь так и манила взять её в руки, перелистать, разобрать прихотливые, изысканные строчки. «Здесь будет история моей жизни. Я начинаю этот труд во имя Тёмного Принца и милостью Его» - разобрал он первые слова в изящно-небрежной вязи текста. Что за Тёмный Принц такой, удивлённо подумал Люциус Малфой, первый раз слышу – и это было последней его мыслью. Сначала стало темно, потом в глаза ударил свет – и Люциуса Малфоя не стало… …Гнев захлестнул Люция Вечного, как тёмный, бурлящий поток. Кто-то посмел взять его книгу! Сперва он думал, что сам куда-то засунул её и забыл, куда. Но после тщательных розысков в собственной каюте стало ясно: книгу кто-то украл. Стоило, конечно, спросить себя: зачем? В смысле, на кой ляд она могла понадобиться кому-нибудь, кроме самого Люция, однако он был слишком зол, чтобы думать. Ослеплённый яростью, он метался по всем палубам и переходам корабля. - Кто спёр мою книгу? – орал Люций, - КТО СПЁР МОЮ КНИГУ? ВАС СПРАШИВАЮ, ГАДЫ! Ему не отвечали. Когда дело касалось этой его дурацкой книги, Люций превращался едва ли не в берсерка Кхорна без малейших намёков на совершенство. И связываться с ним никому не хотелось. - Эта, что ли, – откликнулся наконец Вайдар, - держи! – он бросил книгу Люцию. - Где… Где ты её нашёл? - На нижней палубе, - Вайдар не стал уточнять, что нашёл этот эпохальный труд в сортире. Во избежание. Добравшись до своего «логова», Люций первым делом бросился проверять, цела ли его драгоценность. Хвала Тёмному Принцу, обложка цела и страницы не повреждены. Он постепенно остывал. Как помнилось Вечному, в таком гневе он в последний раз был, когда проклятый Лунный Волк при всём честном народе расквасил ему нос. Гнев окончательно погас. Успокоившийся Люций перелистывал страницы, гладил обложку, любуясь своим творением. Надо дать ей название, подумал он. Это должно быть что-то изящное, сочетающееся с внешним видом и содержанием. «Моя жизнь». Нет, не то. «История моей жизни»? Длинновато как-то. «Годы борьбы с прислужниками Императора». Нет, это уж совсем ни в какие ворота. А, вот: «Моя борьба»! Категорично, скромно и со вкусом. Решив на этом и остановиться, Люций взял перо и принялся выводить на форзаце прихотливые письмена... ...Малфой со звоном в ушах вынырнул из не-того-бытия и очумело потряс головой. Он по-прежнему сидел на верхней ступени стремянки и держал раскрытую тетрадь в дорогом кожаном переплёте. Некоторое время Люциус непонимающе таращился на неё, потом захлопнул тетрадь. И увидел сделанную причудливым шрифтом надпись на обложке: «Mein Kampf».