Линия судьбы

Утро Мэлинды началось со звуков стрельбы недалеко от ее дома. Не чувствуя пока для себя опасности, девушка все же крепко сжала пистолет, лежавший под подушкой, но расслабилась, как только услышала прекращение этой пальбы. Логично подумав, решила, что это может быть кто-то из солдат, так как другие не рискуют так далеко отходить, и, наверное, это именно Алекс. Ведь зачем солдатам сейчас выходить за стену города? «Странно», — подумала она, и решила разузнать, в чем дело. А если это все же Алекс, то не помешает расспросить его, почему он пришел сегодня, а не дня через четыре, когда и договаривались. Встав с кровати, она быстро оделась, краем сознания замечая, что будто и ничего не изменилось. Клетчатая рубашка, джинсы, кожанка — все, как раньше. Быстро прицепила к поясу кобуру, не забыв достать из-под подушки пистолет, подошла ко входной двери, дернула за затвор оружия и, услышав привычный щелчок, взялась за замок. Прокрутила его, открыв тем самым дверь и вышла, наставив пистолет на возможного врага. Оглядевшись, Мэлинда запихнула пистолет в кобуру, так как от опасности осталось только четыре трупа и Алекс — бледный, как полотно. Холл сразу поняла: причина его прихода серьезная, даже слишком. «Надо бы дать ему что-то, чтобы он успокоился. Ну, и выведать, что же такого случилось», — решила она. Снова пробежавшись глазами по округе и никого не заметив, взмахнула рукой в сторону убитых, поджигая тела. Может они и ангелы, но разлагаются так же, как и люди, а закапывать долго. — Идем, Алекс, — тихо проговорила она. Приобняв друга рукой, повела его в дом. Усадила на кресло, а сама направилась на кухню. Раздался шум чайника. Через несколько минут Мэлинда вернулась, неся поднос с чаем для Леннона и завтраком для обоих. Чай она еще в прошлой жизни не любила, а тут кофе достать невозможно. Поставив еду на стол, девушка уселась в кресло напротив и уставилась на Алекса: — Рассказывай. Что у тебя случилось? — он вздрогнул, перевел на меня отсутствующий взгляд и дрожащим голосом ответил: — Вчера объявился мой отец, а уже во время нападения низших, его смертельно ранили. Я даже не успел как следует с ним пообщаться, — Алекс остановился отвел взгляд и взял ложку. Начал вертеть ее в руках, а после продолжил говорить. — Перед смертью он сказал мне, что я какой-то избранный и когда он умер, на мне появились какие-то татуировки, которые были перед тем на нем, — Мэлинда помрачнела, так как легенда о избранном ребенке к ней дошла, а она по себе знала, что это не легко. Ей было откровенно жаль друга, но еще теплилась надежда, что он ошибся. Холл очень хотела, чтобы так и было. — Покажи эти татуировки, — парень встал, скинул куртку и футболку. На его тели красовались надписи на древнем языке магии, который Мэлинда неплохо знала, но присмотревшись, поняла, что не может связать эти слова. Сомнения пропали, Алекс — избранный. Холл измученно выдохнула. — Мэл, ты сможешь перевести это? — Леннон с надеждой посмотрел на подругу. — Нет, прости. Эти письмена предназначаются только для тебя, другие прочитать не смогут, — Холл не хотелось его разочаровывать, но она, правда, ничего не могла понять. Чуть подумав, ведьма решила еще кое-что спросить: — Алекс… Тут такое дело… Кто еще знает об этом? — Ты, кажется, говорила, что можешь увидеть чужие воспоминания? — она кивнула, прищурив глаза и надеясь, что Алекс не имеет ввиду то, что Холл подумала. — Посмотри мои, — Мэлинда прикрыла глаза рукой и устало спросила: — Алекс, ты уверен? Ты же знаешь мои принципы. — Да, я уверен. — Сядь поудобнее, это будет не слишком приятно, — она встала и обошла кресло Леннона, положила пальцы на его виски, сосредоточилась и погрузилась в сознание избранного, ища нужное воспоминание, благо, Алекс о нем думал. Письмена медленно переходили с тела предыдущего их владельца, на нового. Алекс стоял, неверующе смотря на эту картину. Парень поднял взгляд, видя, как Клэр опустилась перед ним на колени. — Встань, — он хрипло сказал. Услышал, как арестовывают представительниц Хелены, слышал перепалку главных людей города, и ничего не понимал. Воспоминие перемоталось. Эти несколько минут не были настолько важны для Мэлинды, но вот дальше… Алекс смотрел, как его командир преклонил перед ним колено, низко опустив голову, но тот быстро поднялся. — Спрячь татуировки. Никто не должен их видеть, — тихо сказал архангел Леннону, а потом, обратился ко всем. — Алекс — тот самый ребенок, которого я спас. Он под моей защитой. Увиденного Мэлинде было достаточно, и она отошла от парня, оставив его приходить в себя после увиденного, так как он видел все, что видела ведьма, а снова что-то пережить по меньшей мере — странно. Она снова вышла на кухню и вернулась с бутылкой виски и стаканами. Немного налила себе и залпом выпила, даже не вспомнив, что этот напиток так не пьют. Девушка сидела в кресле, держала снова наполненный стакан и думала. Она прекрасно помнила, что значит — быть избранным. На ведьму всегда взваливались все проблемы, даже после того, как она исполнила свою роль. И именно поэтому Мэлинда не хотела такой судьбы для Алекса, хотя прекрасно понимала, что этого не изменить. Если Алекс — избранный, он им останется навеки. Тем временем Алекс налил и себе, ожидая, пока Холл заговорит. Чай успел остыть и уже был слишком горьким для парня. Да и алкоголь лучше успокаивает в данной ситуации. Мэлинда тяжело взглянула на друга и, будто не хотя, сказала. — Алекс, ты — избранный, и этого никак не изменить. Избранными рождаются, а не стают, — Леннон понуро опустил голову и чуть отпил со своего стакана. Мэлинда, тем временем, молчала. Она анализировала вспоминание друга, вспомнила взгляд Михаила, обращенный на Алекса. Тут же подняла голову, продолжая смотреть в пустоту, но уже удивленно. Холл еще хорошо помнила, что так же на нее смотрел Габриэль перед своим боем со старшим братом. Дикая смесь из веры, понимания и любви. Михаил был готов умереть за избранного. Алекс, возможно и не замечает этого, но девушка это хорошо видела. — Мой дорогой друг, а ты сообщил о своем уходе хоть кого-то? — как гром посреди ясного неба, поняла вдруг Мэлинда. Она слишком хорошо знала Алекса, чтобы понять, что вряд ли он сказал, что уходит. Ведьма подозревала, что архангел избранного будет искать лично. — Нет. Я не собираюсь возвращаться в Вегу, — раздраженно ответил Леннон. — Поеду, наверное, в Нью Дельфи, только подальше от всего этого. — Алекс, пожалуйста, выслушай меня внимательно. Это крайне важно, — Мэлинда была не удивлена, но хотела его предупредить. От судьбы не убежишь. Даже если бежать в Нью Дельфи. — Да, я весь во внимании, — он ответил настороженно, даже заинтересовано. Мэлинда выждала паузу, собираясь с мыслями. Поставила стакан на столик и посмотрела прямо в глаза друга. — Как ты знаешь, я проклята на вечные перерождение, — начала она. — Да, знаю. — Не перебивай! — немного раздраженно прикрикнула на друга. — Прости. — Так вот, в первой своей жизни, до проклятья, я была охотником на нечисть и звали меня Дин Винчестер. — Ты была парнем? — Алекс, не выдержав, перебил Мэлинду. Она лишь кивнула. — Моя история началась со смерти матери, точнее — два десятка лет спустя. Я с отцом попали в аварию, и я была на грани смерти. Даже жнец уже пришел, ожидая, когда я соглашусь отойти в мир иной, — она невесело усмехнулась, налила себе виски, тем показывая, что уже сказанное еще не серьезно. — Отец решил обменять свою жизнь на мою. Он продал душу демону, а тот сразу его убил, хотя по правилам, демон должен был дать еще десять лет жизни. В итоге остались только мы с братом. Началась основная подготовка апокалипсиса: отовсюду полезли демоны, Сэм, мой брат, начал все чаще проявлять свои паранормальные способности… Он видел будущее, — Холл ответила на немой вопрос Алекса, и продолжила. Правда, уже более хрипло, показывая, что эти воспоминания уже более неприятные. — В конце концов, были открыты врата Ада, а Сэма убили… Я заключила сделку. Мне дали год, но Сэмми был жив. И для меня это было главным. — Это же не вся история, — Алекс спросил, когда Мэл замолчала. — Да, не вся, — ведьма уставилась в стол, и вскоре продолжила, — Сэм искал способы разорвать мою сделку, даже пытался обменять свою душу на мою, но неудачно. Ровно через год меня разорвали адские псы. Я оказалась в Аду. — Если ты умерла, то что делаешь тут сейчас? — Алекс, дослушай до конца, и я отвечу на твои вопросы, а их, полагаю, будет много, ведь самое интересное впереди… Там я провела четыре месяца, но для меня это было сорок лет. Дальше меня кто-то воскресил. Как оказалось, меня воскресил ангел — Кастиэль. Потом он стал лучшим другом, но это уже не важно… — она рассказывала и рассказывала, время от времени останавливаясь, чтобы перевести дыхание, но сразу продолжала. Алекс задумался. Он уже успел понять, что сложно быть избранным, всем что-то нужно. — … Я тогда приехала на кладбище Сталл, где должна была происходить битва и Люцифер меня едва не убил. Сэм как-то смог перебороть его и прыгнул в клетку, прихватив Михаэля. Каса кто-то воскресил, он воскресил Бобби и вылечил меня. Я позже попыталась покончить с охотой и ненадолго, но смогла, — она закончила, отставила стакан, взглянула на Леннона. — Ну, Алекс что скажешь? Какие вывод сделал из моей истории? — Жизнь избранного — полнейший, но неизбежный кошмар, — он ответил. — Я подозреваю, что это далеко не вся история. Ты же сказала, что ненадолго закончила с охотой. — Да, ты прав. Это только первый конец света. Всего их было, дай-ка посчитаю, — она задумалась, но продолжила, — три, кажется. Алекс присвистнул. Это же каким удачливым нужно быть… — Ага. Именно поэтому тебе нужно в Вегу. Я не знаю Михаила лично, но он защищает человечество, а это что-то значит. Помни, он архангел, он может помочь… А еще он тебя наверняка ищет, — спокойно, но немного учительским тоном сказала Мэл. — Ты думаешь? — настороженно отозвался ее друг. — Конечно. Когда я пропала, Кас тогда первым начал мои поиски, боялся, как бы я чего не натворила, — она усмехнулась, но уже строго продолжила. — Михаил же боится за твою жизнь. Ты — Избранный, а не простой солдат. Запомни это. Смирись с тем, что на тебя открыта охота, — про себя же задумалась, как сделать так, чтобы их с Алексом не разлучили. Видимо, архангелу нужно будет рассказать часть правды: о проклятье и своей первой жизни. Она на друга: он был расстроен и подавлен. Мэлинда окончательно поняла, что пойдет с ним до конца, каков бы он ни был, и постарается защитить по мере своих сил. Друзья сидели в креслах напротив друг друга молча, обводя взглядом обстановку. Говорить не было никакого желания. Комната выглядела как всегда: кровать у стены, два кресла, и столик между ними, справа, у кровати, сумка с вещами и оружием, а чуть дальше находился небольшой проем, закрытый шторкой. Там находилась ванна. Рядом со входом была кухня и, по совместительству, лаборатория хозяйки дома. В общем, небольшой домик за пределами города. Такой до войны мог принадлежать небогатому человеку, но сейчас здесь обосновалась Мэлинда Диана Холл — ведьма с непростой судьбой и язвительным характером. Девушка поднялась со своего кресла и, пройдя к сумке с вещами, извлекла из неё одежду: темно-серый свитер с закрытым горлом, черную жилетку со множеством кармашков, а также удобные штаны из мягкой и тёплой материи. Ушла за штору, где быстро переоделась. После перед Алексом предстала высокая девушка с короткими медными волосами, одетая в тёмных тонах, по-походному, что, впрочем, не мешало ей выглядеть превосходно. Леннон не раз убеждался, что его подруга красавица, а как же иначе, с её-то внешностью: довольно высокий рост, хорошая фигура, смуглая кожа и темно-рыжие волосы до плеч делали её очень симпатичной, а в изумрудных колдовских глазах можно было утонуть. Мэл кивнула другу, мол всё в порядке, забрала поднос со стола и ушла на кухню, захватив по пути свой рюкзак и пояс с маленькими мешочками. Алекс знал, что они для зелий и трав.