Вернуться, чтобы начать сначала

POV Вадим Идиотка. Что она о себе возомнила? Личной жизни ей захотелось. Я ей сейчас устрою. Она забыла, что в этой школе находится не для того, чтобы учиться? Окончательно в роль вошла? Я кинулся за ней следом, как дебил бежал за ней по всей школе, а ученики оборачивались и с удивленным выражением лица смотрели на нас. Уже почти догнав ее, она забежала в туалет. Ничего, подожду. Вечно она там сидеть не сможет. POV Александра Дальше бежать бесполезно. Он бы меня догнал. Поэтому я забежала в туалет. А он остался ждать меня снаружи. Что делать? Может выпрыгнуть через окно? Второй этаж. Прыгну – обязательно что-нибудь сломаю. К тому же, там холодно. А тем временем в туалет вошла Надя. - Настя, Вадим Юрьевич просил передать, что не спешит. А что это значит? - задумчиво спросила она. - Это значит, что у него много свободного времени, - нашла я отмазку. Прошло полчаса. Он все там. Еще двадцать минут. Я уже чувствую, что его злость на пределе. Спустя пять минут дверь открылась и Вадим вошел. В женский туалет. Я забежала в кабинку и закрылась. Он стукнул кулаком по двери и прорычал: - Лучше по-хорошему выходи. - Это ты лучше по-хорошему уходи, - ответила я. - Что? – усмехнулся он. Ответом ему послужила тишина. - Если ты сейчас не выйдешь, то у тебя будут проблемы. - А они у меня и так будут, разве нет? А вот тебя уволят, если здесь увидят. - Тебе напомнить кто я такой? Кажется, ты стала забывать об этом. - Вадим Юрьевич? Что вы здесь делаете? – неожиданно для Вадима послышался голос Елены. - Я? Заставляю выйти Макарову, - ответил он, как ни в чем не бывало. От такого ответа у нее чуть глаза на лоб не полезли. - Зачем? - спросила она. - Я увидел, как она курила. А она закрылась и не выходит. - Это не правда, - сказала я. - Макарова, ты разве не знаешь, что ученикам курить запрещено? За это – исключение из школы. А ну, выходи, - возмущалась Елена Сергеевна. - Я и не курила. Врет он все. - Тогда откуда этот запах сигарет? И тут я действительно почувствовала запах. Так меня подставить мог только Вадим. Но замалчивать это я не собираюсь. - Это Вадим Юрьевич. Это у него сигареты. Он сам курит. - Прекрати! Вадим Юрьевич – учитель физкультуры. Он не может курить. Я резко открыла дверь, встретилась с ужасающим взглядом Уварова, и постаралась отойти как можно дальше от него. Но он все равно схватил меня за руку. - Еще спортсменкой называется. Скоро соревнования, а она курить вздумала! - сказал поучительно Вадим, отчего я рассмеялась. - Макарова? – только и смогла выговорить Елена, услышав мой смех. - Извините, Елена Сергеевна! Макарова, пошли со мной, сейчас я тебе такие нагрузки на мышцы устрою, что даже сигареты не сможешь в руках держать. Он развернулся и оставил ничего не понимающую Елену одну. Я попыталась вырвать свою руку, естественно, безуспешно. Он ее лишь сжал еще сильнее. - Вадим Юрьевич! Вы куда? – кричала ему вслед Елена. - Отжиматься. - Никуда я не пойду. Елена Сергеевна, сделайте что-нибудь, - пыталась спастись я. - Еще как пойдешь. Скоро соревнования, а ты на тренировки не ходишь, еще и куришь, - ругался он, затем прошептал мне прямо в ухо: - Еще хоть слово скажешь – убью. Прямо здесь. Он быстрыми шагами куда-то направился. А мне пришлось бежать за ним. Ученики, проходившие мимо, странно на нас смотрели. Подойдя к своей комнате, он со всей силы швырнул меня к стенке, да так, что я плечом об нее долбанулась, от чего вскрикнула. Было очень больно. Но Вадим не обратил на мой визг никакого внимания, он открыл комнату, схватил меня за руку и толкнул в комнату. Я села на кровать, держась за плечо. Закрыв дверь на замок, он подошел ко мне, и резким движением поднял. - И как это понимать? Ты что о себе возомнила? – кричал на меня Вадим. Он меня толкал из стороны в сторону. И так плечо болит. - Больно, - сказала я таким голосом, словно сейчас заплачу. - Да что ты говоришь?! Где? Я показала на плечо. Он посмотрел на меня, затем схватил мою руку, отчего плечо стало болеть еще сильнее. Не выдержав боли я закричала и из моих глаз полились слезы. А ведь я так давно не плакала. Я даже забыла, как это делать. И почему именно сейчас? Почему при Вадиме у меня не получается себя сдерживать? Видимо, по одной таблетке три раза в день – мало... Посмотрев на меня еще раз, он отпустил мою руку и сел вместе со мной на кровать. Он стал щупать плечо. Боль была невыносимая. - Вот только этого не хватало, - уже более бережно держа мою руку и глядя на меня, сказал Вадим. Он встал и подошел к шкафу, достал бутылку коньяка и стакан. Заполнив стакан до краев, он протянул его мне. - Пей, - было все, что он сказал. Остальное за него говорили глаза. Я взяла стакан и вопросительно на него посмотрела. Я не собираюсь пить. Зачем он вообще мне налил? - У тебя вывих. Нужно вправлять. Будет больнее, чем сейчас. Так что пей. Да уж, успокаивать он умеет… - Какой еще вывих? Врешь ты все. Не надо мне ничего вправлять. Я встала, вернула ему стакан и собиралась от него отойти, но он схватил меня за плечо. За то самое. Ужасная боль пронзила все тело. - Ты хочешь, чтобы рука срослась неправильно? Глядя ему в глаза, я не могла понять, чего я вообще хочу. Еще секунду назад я готова была бежать от сюда сломя голову, а сейчас стою и смотрю на него. Какие у него красивые глаза! - Нет, - ответила я. - Ну, тогда пей, - снова протягивая стакан, сказал он. Я попятилась назад, пряча плечо от Вадима. - Нет, будет больно. Я не хочу. Оно само пройдет. - Оно само не пройдет, - сказал он, подходя ко мне. Я сползла вниз по стенке в надежде хоть как-то спрятаться от него. Он сел напротив меня на корточках и взял мою руку. - Я всего лишь дерну. Ну, немножко будет больно, зато потом будет легче. Снова заглянув ему в глаза, я согласилась. Он поднял меня и посадил на кровать, вновь протягивая стакан с коньяком. - А это зачем? - спросила, наконец, я. - Это немного заглушит боль. - Я не смогу это все выпить. - Сможешь. Давай. Залпом выпей и все. Я его послушалась. Но, сделав первый глоток, поняла, что больше-то и сделать не смогу. Этот коньяк оказался похлеще водки. - Ну нет, давай-давай, до конца пей, - сказал Вадим, держа мой стакан и буквально вливая его содержимое в меня. Захлебываясь слезами и алкоголем, я еще и успевала думать о том, почему Вадим меня сразу не прикончил? Неужели он хочет, чтобы я помучилась перед смертью? Влив в меня последнюю каплю, он снова взял в руки бутылку. Я уже хотела сказать ему, что больше выпить не смогу, но, как выяснилось, больше он мне наливать и не собирался, он сам начать пить. Прямо из горла. Поставив бутылку на место, он внимательно на меня посмотрел. - Ну что, готова? - Нет, - ответила я. И это короткое слово получилось у меня очень растянуто сказать. Язык заплетался. Кивнув, одной рукой он взял меня за запястье, второй за локоть. - На счет три… Я закрыла глаза в ожидании боли. - Раз… три! Из моего горла вырвался такой крик, что, услышала, наверное, вся школа. Новый поток слез вырвался из моих глаз и в этот момент я проклинала весь мир. - Ты же сказал на счет «три»?! – проорала я на него. - Ну? Все правильно, - сказал он непонимающе. - А где «два»? - Забыл, наверное, - ответил он, пожав плечами. Конечно, пустяки, подумаешь, забыл «два» сказать… Вадим снова взял бутылку и поднес ко мне. Увидев ее, я начала махать головой и пытаться что-то сказать, но он и слушать не хотел. Одной рукой держа бутылку, а второй мою голову, он снова принялся вливать в меня коньяк без моего согласия. На этот раз он промучал меня всего лишь тремя глотками. А потом и сам выпил, как и в прошлый раз. POV Вадим Да уж, собирался вправлять мозги, а в итоге вправил руку. Ничего, одно другому не мешает. Неожиданно в дверь постучали. - Кто это? – спросил я Сашу. - Елена. - Иди в ванную. Отправлять ее прятаться в ванную уже становиться традицией. - Вадим Юрьевич, я проходила мимо и услышала крики. У вас все в порядке? – спросила она, заглядывая в комнату. Ну и шла бы себе дальше. Крики она услышала. Я взрослый человек, в конце концов… - Крики? Не, не слышал, - соврал я. - Странно. Не могло же мне показаться? - Я телевизор смотрел, - сказал я, несмотря на то, что он был выключен. - Вы что, выпили? - ну и нюх… как у собаки. - Нет, - ответил я, даже не краснея. - Но я же чувствую, - вот настырная… - Это жвачка. - Со вкусом алкоголя? - Да. Успокаивает очень. Будете? - Нет. А где Макарова? - Какая Макарова? - Настя. - Не знаю. - Но вы же ее пять минут назад увели в спортзал... - Да? - Да. Вы что, забыли? Толи алкоголь ударил в голову и все в ней перемешалось, толи от криков Саши я до сих пор не отошел, что забыл о всей той истории, и о том, что Настя – это и есть Саша. - Нет. Конечно, помню. Мы перенесли на завтра. - Ну, ладно, - сказала она недоверчиво и я закрыл дверь. - Ну, что? Придумала, как благодарить будешь за спасенную руку? – спросил я, когда Саша выходила из ванной. - Маша отблагодарит, - ответила она усталым голосом и направилась к двери. На что это она сейчас намекнула? Или она меня подколола? Неужели обиделась? Неблагодарная. Я ей руку спас, а она еще и выделывается. Да, это из-за меня случилось, но она сама виновата. Строит тут из себя… Когда она проходила мимо меня, я ее схватил за руку. Что-то часто я это в последнее время стал делать… - А с чего ты взяла, что я тебя отпускаю?