Вернуться, чтобы начать сначала

На следующий день, когда ни братья Уваровы, ни их девушки не спустились на завтрак, сыщики и учителя смело отправились к ним в комнаты, ведь их медовый месяц уже закончился. Тем более, что он был лишь у одной пары. И если Саша с Вадимом по каким-то причинам еще могли не спуститься, то Антон с Полиной – нет. Обе комнаты оказались пусты. И тогда две команды, которые в последнее время объединились в одну, отправились на их поиски. Дети проверяли школу, ее окрестности, и оба подземелья, а взрослые – лес. - В школе их нет, - заявил Максим, когда все встретились в холле. - На территории тоже, - сказала Вика. - И в подземелье нет, - дополнил Андрей. - В лесу их тоже нет, - тяжело вздыхая, оповестил Павел. - Пропали не только они. Также исчез и Барышников. Я подозреваю, что они вместе, - заявил Володя, спускаясь вниз по лестнице. После того, как он оглушил Лешу, Шевцов приковал парня наручниками к батарее в своей комнате. И столь неожиданная пропажа всей свиты Уваровых посеяла в нем некоторые сомнения, после которых он отправился проверить наличие Барышникова. Видя испуг на лице Вики, Володя решил поведать правду о том, кем на самом деле является Алексей, чем только усугубил положение. Сползая вниз по стене, Кузнецова шокировано смотрела вдаль, никак не в силах поверить, что Леша, который так легко втерелся к ним в доверие, оказался предателем. Совсем как Саша, когда ее все считали Настей. Все понятно – они ведь брат и сестра. Вот и действуют по отработанной схеме. Но Саша сама во всем призналась, более того – перешла на сторону ребят. А то, что рисковала из-за них жизнью - только подтверждает ее бескорыстность и истинное отношение к этим ребятам. Но Леша… Не спроста Саша, когда была призраком, запрещала что-либо рассказывать Леше. Тогда на это никто из друзей не обратил особого внимания, а вот сейчас все стало ясно – она намекала, что от него стоит держаться подальше. - Они будто бы сквозь землю провалились, - фыркнул Воронцов. - Ну, здесь их нет, однозначно, - заявил Поляков. – Они у военных. За оцеплением. Палатка №1. Придя в сознание, Вадим почувствовал резкую головную боль. Было душно, его мучила сильная жажда. Еле как раскрыв глаза, он понял, что находится в палатке, за оцеплением. И все бы ничего, если бы он не был связан. Справа без сознания находилась Саша, слева Полина, в таком же состоянии. Сзади Антон. Все в сборе. Хоть что-то положительное во всей этой ситуации. У каждого руки были заломлены сзади и перевязаны толстой веревкой. При этом молодые люди были дополнительно привязаны друг к другу. Повернув голову, Вадим вновь посмотрел на Сашу. Сглотнув, мужчина закашлял. - Саша, - хриплым голосом позвал он. Девушка не отозвалась. – Саш, - снова позвал он и попытался толкнуть, но ничего из этого не получилось. - Поль, - позвал он Мальцеву, повернув голову влево, но и та не отозвалась. - Антон… Тоха, мать твою, очнись! - прокричал он. Брат-близнец издал протяженный стон, затем поморщился. Открыв глаза, он осмотрелся вокруг. - Вадим, - растянуто позвал Антон. - Что случилось? - Жопа случилась, - не стесняясь в высказываниях, объявил Вадим. – Что делать будем? - Боюсь, что мы беспомощны. Мы связаны по рукам и ногам. Причем, как в прямом, так и в переносном смысле. Все, Вадим. Игры закончились. - Нет, - злобно процедил тот. – Должен быть какой-то выход… Должен. - Расслабься, Вадим. Все к этому и шло. Не говори, что ты не знал, на что идешь, вставая на другую сторону. - Я знал. Но так просто я сдаваться не собираюсь. Очевидно, услышав шум, в палатку зашли двое военных. И откуда только «Ингрид» берет этих новых людей? Казалось бы, совсем недавно они понесли большие убытки, как вдруг на место убитых военных пришли новые. Двое мужчин, на вид около двадцати семи лет, вооруженные автоматами, внимательно оглядели компанию связанных людей. Переглянувшись, один из них сделал шаг к Александре и присел напротив на корточках. - Руки от нее убери! – прорычал Вадим, когда заметил какие-то движения около его девушки. - А то что? Ударишь? – усмехнулся второй. Первый мужчина развязал девушку, и с ней на руках отправился к выходу, в то время, пока второй заново связывал веревкой, уже трех людей. - Куда вы ее забираете? – спросил Вадим, пристально взглянув на второго парня. – Если вы с ней что-то сделаете, я вас лично на ремни порежу! - Успокойся, - усмехнулся парень. – На эту девчонку у наших работодателей немного другие планы, нежели на вас. - Что за планы? – подал голос Антон. - Позже узнаете, - таинственно ответил он и перевел ехидный взгляд на Вадима. – Тебе понравится. Мужчина покинул палатку и краем глаза Антон заметил, как Вадим опустил голову и через щели в палатке пытался разглядеть что-то снаружи. - Что ты задумал? – спросил он, надвинув брови на глаза, прекрасно зная, что его братец так просто все это не оставит. - Нам нужно как-то дотянуть до четырех. Потом появится Карпов и всему этому настанет конец. - А ты уверен, что появится? – усомнился Антон. - Уверен. И я уже вам сто раз объяснял, почему. - Ладно. И что ты собираешься делать? – снова спросил Антон. - Долго объяснять. В следующую секунду Вадим стал звать военных. Когда те заглянули, Уваров потребовал встречи с Сафроновой, аргументируя это тем, что у него есть к ней деловое предложение. Клавдия Владимировна не хотела разговаривать с Вадимом, ибо любое его предложение потребует изменение планов. А они и без того меняются по десять раз на дню. Хватит. Больше никаких изменений. Но, все-таки, ради интереса, она согласилась выслушать его. Палатка №2. Сцепив руки Вадима за спиной и перевязав толстой веревкой, двое военных повели его к соседней палатке. Парни усадили Уварова на стул, напротив Сафроновой. - Ну? Чего хотел? – холодно спросила она. - Поговорить, - ответил он, глядя на нее исподлобья. – Наедине, - дополнил он, повернув голову вполоборота на военных, стоящих позади. - У тебя пять минут, - с противной улыбкой на губах заявила она, своеобразно давая понять, что не собирается выполнять его прихоть. - Как скажете, - ухмыльнулся он. – Я не знаю, что вы там задумали, но в любом случае советую этого не делать. Раубер ухмыльнулась такому заявлению и присела на стул. Интересно, что он еще придумает ради спасения себя и своей компании? - Мы четверо нужны вам. Признайтесь. Как в этом, так и в новом мире. У вас нет второй Полины, которая обладает регенерацией, нет вторых близнецов проекта «Гемини», и нет второй Саши, которая чувствует энергетику людей. И если вы от нас избавитесь – то поступите крайне глупо. Вы потеряете, не побоюсь этого слова, элиту. - Элиту, - повторила она, по-прежнему усмехаясь. – Похоже, ты забыл, что эта самая элита с недавних времен приобрела статус предателей. - Да бросьте вы, - лукаво ухмыльнулся он, ехидно сузив глаза. – На войне все средства хороши. Ведь вы, Клавдия Владимировна, хотели от нас избавиться. А мы не настолько глупы, чтобы не догадаться, и не попытаться предотвратить это. Такими нас сделали вы. И вы можете сколько угодно говорить о предательстве, о том, что мы выполнили свое предназначение, и до конца дело доведут другие люди… Но ведь вы умная женщина, и вы не можете не видеть в нас потенциал. А нам, поверьте, есть, что вам предложить… - Что вы четверо можете мне предложить? – надменно ухмыльнулась она, стараясь смотреть на ситуацию здраво. Теодора знала, что любое предложение из уст это парня – авантюра. Он пойдет на все, лишь бы сохранить свою никчемную жизнь. Правда, неизвестно, с каких пор он теперь трясется еще и за жизни своего брата, и их девушек… - Я же знаю, что вам нужно, - понизив голос, Вадим продолжал интригующе смотреть на нее исподлобья. – И кто, как не мы сможет вам это дать? И вы прекрасно знаете, что именно у нас может получиться то, что вы пытаетесь вывести на протяжении многих лет… То, ради чего и была создана компания. Теодора больше не могла делать вид, что ей все равно и абсолютно неинтересно. Вадим специально интригует ее и ходит вокруг да около. Женщина уже успела предположить сотню вариантов, которые Вадим имеет в виду на самом деле. И неудивительно, если ни один из них не окажется верным. Это ведь Уваров! А его идеи всегда отличались оригинальностью. И что самое интересное – все они сейчас успешно практикуются в «Ингрид». Тем временем Вадим в своих интригах зашел немного дальше, что позволило Раубер догадаться, что он имеет в виду. - Антон с Полиной вам это дадут уже через девять месяцев, и если вы дадите нам шанс, то и мы с Сашей не останемся в стороне. Девять месяцев… Эта фраза у любого нормального человека ассоциируется с беременностью. А учитывая всю пламенную речь Уварова до нее, можно смело предположить, что речь идет о ребенке… В обмен на жизнь они хотят ей предложить ребенка? Поганец, знает ее слабое место. У этих двух пар могут родиться необычные дети. И почему же эта мысль посетила не ее, а Вадима? Вероятно, потому, что больших планов у Клавдии не было ни на Александру, ни на Вадима. - Что ты предлагаешь? – спросила она, надеясь услышать это предложение из его уст, чтобы потом не говорили, что она отобрала у них детей. - А что тут объяснять? Полина беременна. А теперь представьте, какими способностями будет обладать малыш, при таких-то родителях… Представили? А теперь представьте нашего с Сашей малыша… Это будет еще интереснее. - А ты не так-то прост, - ухмыльнулась она. – Все-таки, Вульф ни на секунду не ошибся в своем выборе. - Помнится, пару недель назад вы говорили мне обратное, - прищурился Вадим. – Вы противоречите самой себе, Клавдия Владимировна. Сафроновой даже думать не нужно. Предложение Вадима было гениальным. Но она не могла так сразу сообщить ему, что согласна. - Мне нужно подумать. Я должна посоветоваться с Карлом, - заявила Раубер. - Думайте, - хмыкнул Вадим и на прощание решил добавить: - В ваших же интересах оставить нас в живых, и тогда… Позвав Раевского, женщина приказала увести Вадима обратно, в палатку, к Антону и Полине. Уваров вышел с победоносной улыбкой на устах. Без сомнений он был уверен, что она поведется на его предложение. И ближайшие девять месяцев, пока ребенок Антона и Полины не родится, они что-нибудь придумают. Но столько и не понадобиться. Им бы дотянуть до четырех дня… - Даа, Вадим. Ты не перестаешь тут всех удивлять. Даже я поверил, что у тебя к внучке Клавдии Владимировны настоящие чувства, - неожиданно заявил Сергей, очевидно, подслушав разговор. - Раевский, ты как будто вчера родился, - усмехнулся Вадим, затем неожиданно остановился и взглянул ему в глаза. – Не стоит верить всему, что я говорю… вам. Резко замахнувшись, Уваров ударил Раевского по лицу, после чего повалил на землю. Получив несколько ударов, мужчина оказался в нокауте. Халявно связанные руки Вадим пытался освободить во время разговора с Сафроновой. Много времени на это не потребовалось, поэтому Уваров решил воспользоваться ситуацией уже сейчас. Как раз вокруг никого нет. Почти никого… Недалеко был Леша Барышников, и словно чувствуя, что сейчас что-то произойдет, внимательно следил за тем, как Вадима уводят из палатки его бабушки. Спрятавшись за деревом, парень позволил Уварову разделаться с Раевским, затем, когда тот решительным шагом отправился в третью палатку, Алексей пошел следом, вытаскивая из-за пояса пистолет. Палатка №3. Уваров аккуратно заглянул внутрь и сразу же увидел Александру, лежащую на кушетке. Одна рука была прикована к спинке кровати, а вторая лежала на животе. То, как она мирно посапывала носиком, подсказывало Вадиму, что девушка просто спит. И вряд ли по своей воле. Скорее всего ее усыпили. Рядом с ней стояла какая-то бандура, смутно похожая на медицинское оборудование, с которым Вадим, за всю практику работы в компании, столкнулся впервые. Из него торчали множество проводов разных цветов, а сверху лежала металлическая каска для головы, также оснащенная проводами. Зная, что эта штука неспроста оказалась рядом с его девушкой, Вадим поспешил как можно скорее освободить ее, привести в чувства, и увести как можно дальше. Справившись с замком от наручников, он присел рядом, взял ее лицо в руки, и стал просить очнуться. - Она тебя не слышит, - сказал голос у него за спиной, в котором Вадим узнал Алексея. Параллельно с этой фразой он почувствовал пистолет, приставленный к затылку. - Встань. Вадим медленно встал, но поворачиваться к Леше не спешил. - Что вы с ней сделали? - спросил он, глядя на Сашу. - Мы? - усмехаясь, переспросил Барышников. - Мы всего лишь вытянули ее из того дерьма, в котором она погрязла благодаря тебе. - О чем ты говоришь? - Не придуривайся, - сказал он, затем резко развернул Вадима к себе лицом. - Думал, мы все такие тупые, и не догадались о вашем предательстве? - Ну, это еще не известно - кто кого предал... - О чем ты? – прищурился Леша. - Колчин и Сафронова прекрасно знали, что у нас с Антоном биологическая зависимость. Ну, и какого же черта они приказали мне его убить? - Сам виноват. Это ты не уследил за своим любопытным братцем. Он ушел из «Ингрид», и стал рыть компромат на всех нас. Другого выхода, кроме как убить - не было. А то, что пришлось бы попрощаться и с тобой… знаешь, не велика потеря. - То есть в том, что Антон полная моя противоположность - я виноват, так? - усмехнулся он. - Выходит, что так, - пожал плечами Барышников. - Ладно, с этим все более или менее ясно. Но зачем вы Сашу подкинули в «Логос», когда заставили выпить те чертовы таблетки, из-за которых она чуть не погибла? Зачем нужно было, чтобы все считали ее мертвой? - Не все, а только ты. Ваше знакомство было самой главной ошибкой, которую когда-либо совершала «Ингрид». Между вами произошло то, чего не должно. То, что никак не входило в планы «Ингрид». Своими отношениями вы поставили под угрозу все наше дело. Вы перестали действовать по инструкциям, и нарушали все правила, какие только можно и нельзя. Вы перешли все границы. И они бы запросто вас устранили еще тогда, на начальной стадии, но вы оба должны были довести дело до конца. И когда Сашино пребывание в школе наконец-то подошло к концу, бабушка приняла решение разыграть ее смерть. Убить она ее не могла, ведь у Саши способности. И они пока еще нужны были ей. Но ей и ты нужен был. Ты должен был передать вакцину нам, а потом следить за обстановкой в школе. И чтобы ты был в адекватном состоянии, они подбросили ее в школу, якобы мертвую, чтобы ты сам, лично, убедился в ее смерти, ведь на словах ты бы не поверил… Но ты стал творить такое, что никто даже не ожидал от тебя. И мы бы еще как-то справились с этим, но кто ж знал, что в школу вернется ваша давняя подруга, обладающая способностью видеть призраков? Ну, а о том, что Саша не сможет выйти из комы и установит контакт с ясновидящей – это вообще нонсенс. Долго же мне пришлось париться, выясняя, что там на самом деле произошло. Это невероятно, но удача полностью была на вашей стороне. А Сашины друзья придумали, как ее вернуть на этот свет. Что самое интересное – у них это получилось. Вроде, не такие уж умные ребята, а провернули такое! Причем в одиночку! Знаешь, не каждый ученый додумался бы до этого. - Из этого всего какой вывод можно сделать? – спросил Вадим в конце такой заумной речи Алексея. – Что без друзей в этой жизни никак. А что нам там внушали в «Ингрид»? Что нет ни дружбы, ни любви? Ну, да, на Сашином примере мы в этом только что убедились, - ехидно заявил он, чем вызвал недовольство со стороны Леши. - Нет! – рявкнул он. – Из этого всего можно заключить, что не нужно нарушать правила. Думал бы мозгами – и ты и она не были бы в том положении, в котором находитесь сейчас! – злобно процедил он. На мгновение Вадиму показалось, что Алексею жаль Сашу. Возможно, так оно и есть. Она ведь его сестра. И судя по ее словам, у них не плохие отношения, даже хорошие. - Вот это - из-за тебя, - дополнил Леша, с ненавистью глядя Вадиму прямо в глаза, и указывая на Александру. - Тебя послушать - все, что происходит в этом мире - сугубо моя вина, - заметил Вадим. – А в чем же виноват ты? Хочешь сказать – ни в чем? Да ладно! Ты стоишь сейчас здесь, заливаешь мне о том, что мы натворили, и о том, что я виноват в том, что Саша из-за меня вынуждена страдать. А что же сделал ты? Почему не отпустишь ее? Боишься? Но ведь она твоя сестра… - Сестра, - согласился Леша, кивнув головой. - А тебе она кто, что ты так напрягаешься? Только не говори, что у вас вселенская любовь-морковь! Я в эти бредни не верю, - взглянув на правую руку Уварова, Барышников увидел кольцо на безымянном пальце, затем взглянул на Сашину руку и увидел такое же. И тут-то до него дошло. - Да ладно?! - спросил он, с недоверием глядя на Уварова. – Неужели у вас все так серьезно? - Серьезней некуда, - подтвердил Вадим. – И я не позволю, чтобы вы с ней что-то сделали. Она и так достаточно долго была подопытным кроликом. Хватит. - А это не тебе решать, - покачал головой Алексей. - Мне, - заявил в ответ Уваров. – Уж поверь, мне. Теперь я за нее отвечаю. - Ты за себя сперва ответь! Стоишь тут под дулом пистолета… Во что ты превратился, Вадим? Ты ведь был грозой «Ингрид»! Тебя побаивались даже создатели компании, потому что ты был непредсказуем! И что теперь? Это моя сестра сделала тебя таким? - Ты прав. Это она меня сделала таким. И это лучшее, что кто-либо, когда-либо делал для меня. - Сколько пафоса! – усмехнулся ему в ответ Леша, затем резко стал серьезным. – Ладно. Поиграли в любовь и хватит. Хочешь, я тебе расскажу, что с ней будет дальше? Вадим молча смотрел на Алексея. Видя заинтересованность во взгляде, и своеобразное «да» в ответ на прозвучавший вопрос, Леша решил открыть завесу тайны. - Как только она придет в себя, к ней подсоединят вот эти провода, а затем включат машину, которая запрограммирует ее так, как нам нужно. - Она что, станет роботом? Как Мальцева? – ужаснулся Вадим. - Нет, она станет хуже. С Мальцевой вышла лажа: она все вспомнила, благодаря обстановке. А ее запрограммируют так, что она ничего из своей прошлой жизни не вспомнит. Она займет твое место. Временно. Кстати, угадай, кому они прикажут тебя устранить, - предложил Алексей, ехидно посмеиваясь. - Она меня не убьет - сказал Вадим, качая головой. - Убьет, - ответил Леша. - Даже если ты ей расскажешь о ваших отношениях. Она ничего не вспомнит. И не поверит. А потом она вернется в школу, как ни в чем не бывало, и начнет убивать бедных детишек. По одному. По-тихому. И никто ее даже подозревать не будет, ведь она так хорошо смогла втереться к вам в доверие. Пожалуй, это единственное, что хоть как-то ее оправдывает и дарит эти бонусные дни жизни. - Зачем это нужно? - спросил Вадим, переведя взгляд на Сашу. - Это ее предназначение, - напомнил Алексей. – Похоже, из-за ваших отношений вы оба забыли, что были созданы не для любви. - Да что ты знаешь о любви?! – усмехнулся Вадим ему в лицо. - Ты хоть раз был влюблен? По-настоящему? Нет? Тогда не тебе об этом говорить, понял? Неожиданно Алексей опустил пистолет. Он был явно чем-то огорчен. Глаза бегали по полу, а сознание находилось вдалеке от Уварова. И почему-то его не заботило, что тот может воспользоваться его временным замешательством и оглушить по голове любым тяжелым предметом, коих навалом в этой палатке, и сбежать. Но Вадим и не думал так делать, ведь здесь Саша, а оставить ее здесь он не мог. Он уйдет либо с ней, либо вообще не уйдет. Видя состояние Барышникова, Вадим прищурился и решил вывести его на чистую воду. - Что такое? Задел за живое? Ай-яй-яй! Как не хорошо! – нарываясь на неприятности, Вадим начал выводить Лешу из себя. Но Барышников был стойким парнем и не велся на его колкие высказывания. - Вы что, реально готовы подохнуть, но не делать так, как вам говорят? – гневно спросил он Вадима, надеясь услышать хоть какое-то внятное объяснение их поведению. – Вы потеряли все, что было до предательства: и хорошее положение в компании, и доверие, и деньги, и власть, и даже семью. И все ради чего? - Ради любви, - ответил Вадим, глядя в его глаза. - Любви нет! – смеясь, заявил в ответ Барышников. - Да? – усмехнулся Вадим. – Тогда что за чувства у тебя к Кузнецовой? - Причем здесь Вика? – удивился Леша. Брюнетка действительно была не безразлична ему. Леша даже предложил ей встречаться, но был отвергнут ею. В любом случае у них нет будущего. Она на другой стороне. А пытаться ее переманить – бесполезно. Она слишком честная, верная и принципиальная. Такие девушки всегда привлекали Алексея, но лишь Виктория смогла покорить его сердце. С первого взгляда. В семье Леши, Вику приняли бы беспрекословно, ведь он – любимый внук Теодоры Раубер. Но столь безоблачное будущее не сулит им по одной простой причине: она никогда не предаст друзей. Она предпочтет остаться одной до конца жизни, либо в одном гробу с любимыми друзьями, но зато с незапятнанной репутацией. - Ты ведь любишь ее, - не сводя взгляда с Леши, произнес Вадим. – Так, какого хрена ты спрашиваешь меня, для чего все это? Леша на некоторое время опешил. Откуда Вадим знает о его чувствах к Кузнецовой? В школе об этом не особо треплются, ибо отношения старшеклассников – это давно уже обыденность, и всем плевать, кто с кем встречается, и кто в кого влюблен. Это раньше, в далеких нулевых считалось позором, если два ученика противоположного пола просто сядут за одну парту. Окружающие вмиг на это реагировали, и показывали пальцем, обзывая женихом и невестой, после чего закрывали обоих в туалете, воображая у себя в голове их первый поцелуй, хотя на самом деле там поцелуями и не пахло. Тогда считалось позором, если мальчики и девочки хорошо друг с другом общались, поэтому обе касты считали необходимым конфликтовать друг с другом, придумывая причины этих самых конфликтов на ровном месте. Вплоть до выпускного было нельзя нарушать эти негласные правила, придуманные непонятно кем и для чего. А вот после школы, когда все разлетаются кто куда, и начинается студенческая жизнь с новыми ребятами – тогда пожалуйста. Чуть ли не с первого сентября образовывались парочки, которые долгие месяцы просто ходили за ручку, потом первый поцелуй, и то – лишь в щечку, и где-то к последнему курсу скромная свадьба с банкетом в столовой института. И только после этой прелюдии – первая брачная ночь. Причем реально первая! Но сейчас другие времена и другие нравы. Сегодня любая восьмиклассница, даже самая страшненькая – не девственница, но зато с явно завышенной самооценкой, что в общем-то не плохо. И всем на это плевать. Обществу не интересно копаться в чужом нижнем белье. Ну, не считая бабушек у подъезда, и участников проекта «Дом2». - Но она не любит меня, - неожиданно для себя признался он Вадиму. - Так, добивайся! Девчонок нужно добиваться. У нас с Сашей тоже не все сразу случилось. Сначала мы вообще клинили друг друга. - Что, серьезно? – усмехнулся парень, с трудом веря, что так похожие внутренне Вадим и Саша не сразу нашли общий язык. - Да я тебе отвечаю! – заявил в ответ Уваров, прокручивая в голове всю их историю любви, возвращаясь к началу, когда Макарова только появилась в школе. - Как вы решились на предательство? – поинтересовался Леша, где-то в глубине души поражаясь их смелости. Вот так вот все бросить… И все ради чего? Любви? - А мы и не решались. Обстоятельства нас вынудили. Сафронова и Колчин зашли слишком далеко. Они стали так жестить, как не жестили никогда. Это уже не входило ни в какие рамки. И тогда мы поняли, что дальше притворяться нет смысла. На это уже не было сил. Пришлось выбирать: старый и так хорошо знакомый нам мир, где мы вместе, или новый, но врозь, к которому, честно говоря, заранее возникла неприязнь. Леша не стал спрашивать, что же они выбрали, ибо всем стало известно об их предательстве и сговоре с «Логосовцами». А это означало одно: они выбрали самый разумный вариант. Понимание того, что этот вариант Леша стал считать разумным, не на шутку его пугало. Он норовил тоже уйти из «Ингрид», и зажить нормально, где не нужно убивать, предавать, и следовать каким-то сомнительным правилам. Ему хотелось остаться с ребятами, которые как-то незаметно для него стали ему реально близкими людьми, иначе зачем он расстрелял военных, когда те чуть не убили ребят, во главе с его сестрой, когда та сбежала с больницы? Да, это был именно он - Леша Барышников, у которого не было задания расстрелять своих же. Он просто сделал то, что велело ему сердце. Правда, он по сей день сомневается: кого он хотел спасти? Сашу? Или Вику? И лишь сейчас он понял, что спас друзей. Все они незаметно стали ему родными, смерти которых он просто не мог допустить, тем самым автоматически перейдя на другую сторону. Так он и стал предателем. Не по собственной воле, как это обычно и бывает, а абсолютно случайно. И его пугала неизвестность, в которую он уходит из так хорошо знакомого и теплого места. - Как вы вообще решились нарушить правила? Вы ведь знали, чем это грозит. Подняв голову на Вадима, Леша спросил то, что его больше всего беспокоит. Ведь, по факту, незаметно для себя он тоже ступил на эту скользкую дорожку, предложив Виктории отношения. И его счастье, что она оказала, иначе как бы он рассказал ей о себе правду и что вообще дальше делал? Вадим расплылся в довольной улыбке, вспоминая, как это было… Так наивно, смешно, а местами даже стыдно. - Мы долгое время отказывались верить, что с нами это произошло. Мы избегали друг друга, боялись признаться даже себе, не то, что друг другу, ведь тогда, как и ты сейчас, мы свято чтили все правила «Ингрид», и боялись, что из-за своих чувств можем погибнуть. Но все изменилось, когда я стал бояться не только за себя, но еще и за нее. Я, блин, за Антона никогда не боялся, даже за Полину, в которую, как мне тогда казалось, был влюблен, а за Сашу боялся. Я боялся за нее, потому что знал, что в случае чего они не посмотрят на то, чья она внучка, ведь в «Ингрид» семейные узы ничего не значат. И мы упорно продолжали выполнять свою работу, пытаясь забыть об этих чувствах, чем только усугубляли положение. Химия из нас обоих уже валила из ушей. Ей мы еще могли сопротивляться, но вот физике… - усмехнувшись, Вадим на некоторое время замолк, в ужасе вспоминая обстоятельства, при которых у них все случилось в первый раз. И ведь ни он, ни она тогда и подумать не могли, что все это далеко не обычная интрижка. – Конец этой беготни друг от друга случился, когда мы были вынуждены прятаться за шкафом в кабинете Колчина. Там было такое узкое пространство, и мы стояли прижатыми друг к другу, и смотрели глаза в глаза. Тогда-то сил сопротивляться уже не было ни у нее, ни у меня… - Можно без подробностей?! – слегка покраснев, пытаясь сдержать усмешку, Леша взглянул на Вадима, который так внезапно разоткровенничался с братом своей невесты. - Конечно, - усмехнулся Уваров, придя в себя от воспоминаний. – Я к чему это все… Вам не нужно проходить через то, что прошли мы. Мы с Сашей работали на «Ингрид», и у нас обоих были одинаково запудрены мозги. Мы были сделаны из одного материала. И чтобы понять и осознать то, что у нас есть сейчас – нам пришлось не раз потерять друг друга. Леха, у нас на это ушло больше полугода. У тебя есть возможность осознать это прямо здесь и сейчас. - Твоя речь была эффектной, - заявил он, медленно наставляя оружие на Вадима. - Если бы ты мне раньше все это рассказал, возможно, я бы решился на эту авантюру. Но не сейчас… До зачистки осталось несколько дней. И уже поздно что либо менять. - Еще есть время. Подумай. Ты можешь быть вместе с Викой и абсолютно счастлив, либо испортить себе всю жизнь. И если ты выберешь второй вариант, то будешь о нем жалеть всю оставшуюся жизнь. - Лучше я буду несчастлив, но при этом держать в руках билет в новый мир. - Загвоздка в том, что нового мира не будет, - неожиданно заявил Вадим. - Очень скоро здесь появятся люди, которые обломают все ваши планы. - Вы что, что-то задумали? - всполошился Леша. - Даже если так, тебе-то что? Ты ведь свой выбор сделал. - Отвечай! – крикнул тот, снова наставив пистолет на Уварова. - Через несколько часов мой человек передаст все доказательства преступной деятельности «Ингрид» в соответствующие структуры. И тогда уже не отвертится никто. Наказание понесут все… - И даже ты? – усмехнулся Алексей, не представляя, что ради окончательного развала компании Уваров способен даже пожертвовать собственной свободой. - Вообще-то я мертв, - усмехнулся ему в ответ Вадим, после чего улыбка с лица Леши начала медленно сползать. Ну, конечно! Как он только смог предположить, что Вадим способен чем-то пожертвовать. Он как был изворотливым, так и остался. – Причем дважды: сначала от биологической зависимости от Антона, потом от вируса, который мне вколол Морозов. Доказательств моей смерти уйма! Это тебе и любой школьник подтвердит. - Ты это серьезно? Ты точно уверен, что это будет конец? - Человек, который согласился мне помочь, получит от этого всего огромную выгоду. Так что он из кожи вон вылезет, чтобы все прошло так, как нужно, - заверил его Вадим. - Что за человек? – поинтересовался Леша. - Так я тебе и сказал, - усмехнулся он. Леша резко опустил пистолет и отвел взгляд в сторону. Глаза парня бегали из стороны в сторону, а мозг просто взрывался от полученной информации. Вряд ли Вадим соврал. Сейчас явно не тот случай, когда нужно врать. А вот для того, чтобы перейти на другую сторону и остаться будто бы не при делах – самое время. Если он это сделает, Саша предпримет все, чтобы ее любимого и единственного брата не повязали вместе с остальными. Ему просто необходимо менять стратегию. Прямо сейчас. Ну, а если все это подстава… да, будь что будет. Леша достал из кармана шпильку, одолженную на всякий случай у Виктории, и протянул ее Вадиму. - Думаю, ты знаешь, как ею пользоваться, - заявил он. - Ты с нами? - уточнил Вадим. Он до сих пор не мог облегченно выдохнуть, ведь Леша - темная лошадка, которую он не так уж долго и хорошо знает. И неизвестно, что у него на уме. Но что-то Вадиму подсказывало, что этот парень теперь их. - С вами, - где-то в глубине души Барышников чувствовал себя мразью, которая была готова принять любую сторону, лишь бы бы это не повлияло на его свободу и жизнь. - Ты молодец, - неожиданно для них обоих объявил Вадим. Он собирался сказать еще какие-то приободряющие слова, но Леша его перебил. - Только давай без этих сентиментальностей. Сейчас главное – чтобы вы без проблем смогли вернуться в школу. - Ты прав, - кивнул головой Вадим и присел около Саши, чтобы взломать замок наручников. - Вадим… Что я могу сделать? - спросил Леша, чтобы хоть как-то сгладить свою вину, что он столько времени им вредил. Пусть и не так сильно, как должен был, но все же. - Все что нужно – ты уже сделал. Палатка №2. После разговора с Вадимом, Клавдия Владимировна вызвала к себе в палатку Флейшера. Рассказав ему о затее Вадима, они решили оставить этот вопрос на потом. Сейчас на повестке дня неожиданно возник другой вопрос. И как ни странно, так же связанный с ребенком. - Мальцева беременна, - объявила она Карлу. - Учитывая способность Полины к регенерации, есть большая вероятность, что ребенок родится особенным. - Она предатель, - вздохнул Флейшер. – А ты собираешься оставить ее в живых только из-за какого-то ребенка, даже будучи неуверенной, что он унаследует от матери хоть какую-то способность? - Я не была бы уверена до конца, если бы отцом был кто-то другой. Но мы оба знаем, какие задатки у Уварова. Ребенок в любом случае родится особенным. А насчет Полины, - она замолкла, о чем-то думая про себя, затем вдруг обернулась к Карлу. – А я разве говорила, что оставлю ее в живых? Она мне нужна только из-за ребенка. А после того, как он родится – ей не жить. - Ты сделаешь с ней то же, что и с матерью Александры? - Именно, - подтвердила она. – Ребенок будет жить и воспитываться по нашим правилам. А мать, которая когда-то их нарушила – отправится на тот свет. Тем временем Леша помог Вадиму освободить Сашу, Полину и Антона, и обманным путем провел четверку за ограждение. Сам же, чтобы не вызывать подозрений, да и чтобы у Логосовцев был свой человек в «Ингрид», остался. Барышников шел к палатке бабушки, но не зайдя внутрь услышал ее разговор с Флейшером. Услышанное его шокировало. Леша отошел к близстоящему дереву и оперся о него спиной, при этом учащенно дыша. Тогда, чуть больше двадцати лет назад Сашина мама умерла не сама. Ее убили. И не кто-то, а его бабушка… И как ему дальше с этим жить? Алексей, конечно, догадывался, что бабушка не ангел, но чтобы настолько… Саша была права. Сафронову интересуют лишь способности. И она никогда не примет в семью обычного человека. Наверняка, она уже для Леши подыскала какую-то девушку, над матерью которой ставили опыты, отчего ребенок родился необычным. Но ведь он любит Вику... А Клавдия Владимировна никогда ее не примет, даже несмотря на то, что в семью ее приведет он – ее любимый внук. И лишь сейчас Леша перестал сомневаться в правильности сделанного выбора. От собственных мыслей парня отвлек шорох. Оглянувшись, он увидел перед собой мужчин «Логоса», и затем провалился в забытье. Последнее, что он запомнил - была фраза «Попался, сволочь!», сказанная поваром, который, судя по всему, отправил его в нокаут тем же способом, что и в прошлый раз. Школа «Логос». Очнулся парень все в той же комнате, откуда его вызволили люди «Ингрид». Усмехнувшись круговороту событий, которые вызвали в нем чувство дежавю, Леша попытался встать, пока не обнаружил режущую боль на запястье руки от наручников. - Ну, прям день сурка! – недовольно выпалил он. – Хоть бы какое-то разнообразие внес, поварешка! – крикнул он, особо не надеясь, что его кто-то услышит. Но к его удивлению в двери послышался скрежет замка. Кто-то очень долго и нервно пытался попасть в комнату, что у него не очень хорошо получалось. Спустя несколько минут замок поддался вскрытию и на пороге Алексей увидел… кого бы вы думали? Вику. Брюнетка с отвращением смотрела ему прямо в глаза, крутя в руке отмычку. Невероятно. Она нелегально проникла в комнату повара, чтобы высказать Алексею все, что думает о нем? Прикрыв за собой дверь, она подошла ближе, но оставаясь на приличном расстоянии. - Какая же ты все-таки сволочь, - подтверждая мысли Алексея, заявила она. - Прости, - произнес он, опустив голову, прекрасно понимая, что она права. Сейчас последует мучительная тирада слов, которые когда-то должны были прозвучать в его адрес. - Как ты мог обманывать нас все это время?! Меня… А я ведь чуть не ответила тебе взаимностью! Алексей все время кивал девушке в такт, но когда до его сознания дошла последняя сказанная ею фраза, он резко застыл на месте и медленно поднял на нее взгляд. Потерянным и одновременно растерянным взглядом она смотрела на него и, похоже, не спешила отводить глаза в сторону. - Что? – практически прошептал он, отказываясь верить в услышанное. Зажмурив глаза, она отвернулась от парня. По телу пробежал ток. - Что непонятного? – также тихо спросила она. Глубоко вздохнув, брюнетка вернулась к двери. - Вика, стой! – потребовал Алексей, когда девушка распахнула дверь и стояла уже на пороге. Беспрекословно она сделала, как он велел. – У меня не было другого варианта. Я был марионеткой, выполнял то, что мне говорили. - А я? Я тоже была частью плана? – спросила она, повернувшись к нему лицом. - Нет. То, что я полюбил тебя – это не входило ни в планы «Ингрид», ни уж тем более в мои. И я прекрасно понимал, что мы не сможем быть вместе, потому что мы по разные стороны баррикад. И ни ты, ни я, не решимся пересечь черту. - И ты решил все оставить как есть, да? – уточнила она. – Молодец, это достойно уважения! – съязвила она. - Я боялся, Вика! – воскликнул он, в надежде донести до нее суть. – Предательство сильно карается в «Ингрид»! - Я знаю. Вот только Саша, Вадим, Антон, Полина, Анна Михайловна, все они не побоялись этого, - заявила она, скрестив руки на груди. - Потому что я не знал, что ими руководит! Я не понимал, как можно отказаться от всего, и жить в страхе, что в любой момент палачи «Ингрид» найдут тебя. А теперь я знаю, в чем дело. Я не понимал очевидного, пока не встретил тебя. Ты изменила мое сознание, и я начал по-другому мыслить. Я стал понимать свою сестру! Я понял, почему она предала не только компанию, но и семью. Я даже Вадима понял, предательство которого просто вызвало целый шквал эмоций в компании, ведь никто и не подозревал, что он встанет на вашу сторону и помирится с братом. - Ты говоришь, что стал понимать свою сестру… Тогда зачем ты ее хотел убить? - Я не хотел! – выкрикнул он. – Я собирался проверить, на самом ли деле она перешла на вашу сторону. Потому что рассказав ей о своих намерениях предать «Ингрид», мне нужно было быть уверенным, что она не сдаст меня. - Ну и что? Убедился? Теперь военные похитили их и мы даже не знаем, живы ли они. - Что значит, не знаем? Они до сих пор не вернулись? – удивился он, глядя в окно. С момента его разговора с Вадимом прошло не менее трех часов. Они уже давно должны были вернуться в школу. – Что-то пошло не так. Вика выпучила глаза на Барышникова, ожидая объяснений. Леша поведал ей о своем разговоре с Вадимом, а также о его итоге. - Я не пойму: ты за нас или за них? – шокировано произнесла Кузнецова, не в силах самостоятельно разобраться в помыслах Алексея, который то вредит, то помогает. - Я и сам не пойму, - прошептал он, затем поднял голову и посмотрел Вике в глаза. – Но раз уж я начал вам помогать, то назад мне уже не вернуться…