Вечность на двоих

- Тебе, Александр, я доверяю полностью и безоговорочно. А Катарину позвал на всякий случай… и вот, видишь, пригодилось же! Если честно – вообще не думал, что тебя это так расстроит. Катарина – мой давний друг, мы с ней и с Рагнором столько вместе пережили. И еще – она лучшая в своем деле. - Ты тоже умеешь лечить, - буркнул Алек, но Магнус видел, что Алек постепенно оттаивает. – И меня, и Люка… и Джослин разбудил. - Это довольно общие знания… ну, кроме Джослин, - мягко возразил он. Конечно, он мог бы сказать что-то совершенно крутое, но врать Алеку казалось в эту минуту недопустимым. – А Катарина – целительница, это её прямая специализация. - А ты? - не удержался Алек от вопроса, и маг улыбнулся. - Я - универсал с уклоном в боевую магию, если тебе интересно, - ответил он. – Хотя, универсал больше, мне нравится работать в разных областях и с разными материями и стихиями. - Мне всё интересно, - ответил Алек и сжал ладонь Магнуса своей. – А цвет искр тоже зависит от специализации мага? - Нет, - рассеянно качнул головой Магнус, поглаживая тыльную сторону ладони Алека. – От силы самого мага. Зеленые и синие показывают самый высокий уровень владения. - А тебе можно это рассказывать нефилимам… ну и, вообще чужим? – Алек смотрел, как пальцы Магнуса бережно и медленно проходятся по линиям на его ладони и поглаживают руну на запястье. Как всегда, от таких прямых прикосновений его бросило в жар. - Ты не чужой, – удивленно посмотрел на него Магнус. – Какой же ты чужой? У меня нет никого ближе тебя. - А Катарина? - Никого, - повторил маг. – Катарина – это другое. А ты… в общем, Александр, давай ты больше не будешь на меня обижаться, а я постараюсь тоже не быть таким скрытным или что тебе там во мне не нравится. - Мне все нравится, - признался Алек и опустил взгляд, смутившись. – Почти. Только когда ты мне ничего не говоришь, словно я совсем уже безмозглый и не смогу понять. Это обидно, знаешь ли. - Я постараюсь, правда, - Магнус стиснул ладонь Алека в своей. – А теперь, тебе надо больше отдыхать. - Не хочу, - упрямо замотал головой Алек. – Хочу с тобой. Я уже выспался, пока тебя не было. Лучше расскажи, как прошел разговор с мамой, а то мы тут о всяком говорим, а о самом главном забыли. - Для меня как раз то, о чем мы говорили и есть самое главное, - Магнус протянул руку и отбросил назад чёлку, упавшую Алеку на лоб. – Но, кажется, с Маризой все как-то становится спокойнее. Может, она все-таки привыкнет к тому, что её сын спутался с магом, у которого самая паршивая репутация среди нежити. Магнус улыбался, но ему было не слишком весело. Плохо, что Мариза до конца их совместной с Алеком жизни так и будет третировать сына и постоянно игнорировать и презирать самого Магнуса. Ему-то самому плевать, а вот Алеку будет неприятно. - Ну и демон с ней, с этой репутацией, - пробормотал Алек. - Я счастлив, что, как ты выражаешься, спутался с тобой. Иначе не знаю, что со мной было, если бы мы не познакомились. Пустота какая-то представляется. Серость, тоска и пустота. Я говорю чушь? Магнус только отрицательно качнул головой. Алек с такой искренностью признавался в своих чувствах и ощущениях, что слова сейчас вообще были не нужны. То есть, это он бы обошелся без слов, объяснив все руками и губами, но в данную минуту это было неуместно. Алек был ранен и рассержен и поэтому Магнус понимал, что сегодня придется говорить. - Ты говоришь так, будто читаешь мои мысли, - серьезно ответил Магнус. – И можешь не смотреть так иронично. Может, в моем исполнении это звучало бы пафосно, но это правда, Алек. - Это звучит очень приятно и… пугающе, - сознался Алек и задышал чаще. Магнус видел, как приоткрылись его губы. Было трудно сдерживаться, чтобы не прижаться к ним своими, не выпить его дыхание без остатка, оставляя только себе. - Знаешь, когда мы только начинали общаться, я думал, мне хватит того, чтобы быть у тебя первым, - произнес Магнус, отодвигая ткань футболки и проводя пальцами по груди Алека. – Я не особо ревнив… по крайней мере, так всегда считал. Конечно же, я думал, что нам какое-то время будет хорошо вдвоем, но потом мы вряд ли останемся вместе надолго. Ты обязательно захочешь уйти… со мной не так легко ужиться. - Еще чего, - Алек нахмурился и с обидой посмотрел на Магнуса. – Я вот с самого начала думал, что если у нас что-нибудь получится, то мы будем до конца вместе… ну, до тех пор, пока ты захочешь… пока я смогу быть рядом. Я даже мысли не допускал, что будет еще кто-то, кроме тебя. До самой моей смерти. - Не хочу, чтобы ты так говорил, - Магнус вздохнул и положил ладонь на левую сторону грудной клетки Алека, ощущая под пальцами биение его сердца. – Мне не нравится, как это звучит. Очень не нравится, Александр. - Посмотрю, что ты скажешь лет через двадцать, когда я буду старым, и ты больше не захочешь целовать меня и трогать, - прямолинейность Алека всегда поражала Магнуса, хотя в эту минуту ему было очень не по себе. Он знал, что Алек на самом деле так думает и понятия не имел, как его в этом переубедить. Разве что лет через двадцать? Магнус совершенно не сомневался, что к тому времени они все еще будут вместе. Если, конечно, он сам всё не испортит. – Через двадцать лет тебе будет всего лишь тридцать восемь, а я останусь четырехсотлетним стариком со скверным характером… в общем, вероятность того, что тебе всё это надоест и ты захочешь чего-то более устойчивого в отношениях очень большая, - Магнус попытался сгладить горькое послевкусие от разговора, хотя и понимал, что ситуация у них с Алеком не слишком обнадеживающая. - Но, знаешь, я только недавно понял, что мне мало быть просто первым. Это эгоистично, но я хочу быть у тебя единственным. И если ты захочешь уйти, я вряд ли смогу тебя отпустить. - Ты всегда можешь напоить меня приворотным зельем, - предложил Алек и засмеялся, чуть прищурившись. Магнус не мог не улыбнуться в ответ, залипая взглядом на сияющей улыбке бойфренда, которая словно осветила комнату и согрела душу. – Хотя, мне иногда кажется, что ты давно это сделал, еще когда я впервые увидел тебя. - Ничего подобного, мы тогда не пили! – нарочито возмущенно воскликнул маг. Он наклонился и прижался губами к открытой шее Алека, чувствуя биение пульса. – И я всегда предпочитаю чистоту эксперимента быстрому достижению цели. К тому же, мне и в голову не пришло бы сделать что-то подобное. - Я знаю, - Алек запрокинул голову, давая Магнусу лучший доступ. Он дышал тяжело и часто, прикрыв глаза и, казалось, впал в какой-то транс, пока Магнус осторожно выцеловывал дорожку вниз от шеи к ключицам. – Ты поэтому меня и поразил тогда – такой стремительный, искренний и сверкающий. Ну, не считая блесток на твоей рубашке. - Да уж, на фоне твоих черных суровых одеяний я должен был показаться тебе сияющим облаком звёзд, - ехидство в голосе Магнуса так не соответствовало его прерывистому дыханию, которым он словно обжигал кожу Алека, что тот даже не стал ничего отвечать, молча наслаждаясь поцелуями. - Ужасно жалею, что мы не закончили всё… ну, прошлой ночью… - Алек покраснел, избегая смотреть на мага. – Когда ты прикасаешься ко мне, я не могу думать ни о чём, как будто больше в мире ничего и никого нет, кроме тебя. Я раньше вообще не знал, что можно так хотеть кого-то. - В счастье обладания душой и телом любимого человека так много граней, Александр, - коварные интонации в шепоте Магнуса завораживали, и, казалось, заставляли трепетать каждую клетку, каждую мысль и струну души, которую Алек был готов отдать хоть сейчас лишь за право быть рядом с ним. - Догадываюсь, что ты прав, - Алек несмело положил руку на шею Магнуса, погладив кончиками пальцев. – Но мне сейчас элементарно не хватит на это сил, несмотря на то, что зелье Катарины творит чудеса. – Когда я сказал, что мы не будем торопиться, то, кажется, переоценил свою силу воли, - внезапно сознался Магнус, вжимаясь лбом в солнечное сплетение Алека. Нефилим будто впитывал жар дыхания мага своей кровью, которая с каждым выдохом становилась всё горячее. - Я сейчас тоже жалею. Алек чуть отодвинулся и приглашающе похлопал ладонью по краю дивана. Одним движением Магнус заставил свою одежду исчезнуть и как кот скользнул под одеяло. Он вытянулся рядом, стараясь не прижиматься слишком сильно и не потревожить рану нефилима. Однако ему это не удалось – Алек, чувствуя, что Магнус пытается отстраниться, притянул его к себе, просунув здоровую руку под его головой, и словно невзначай перебирал пальцами пряди на затылке, заставляя мага чуть ли не мурлыкать от удовольствия. Алек прерывисто вздохнул и поцеловал его с такой страстью, что у мага потемнело в глазах. А потом произнес то, что практически буквально парализовало Магнуса, заставив широко распахнуть глаза и тревожно всмотреться в лицо нефилима. - Магнус, помнишь, когда я хотел, чтобы ты стал смертным, и мы из-за этого расстались? – Магнус замер, не зная, как реагировать. Об этой истории с их разрывом они старались не вспоминать по обоюдному согласию. Но раз Алек заговорил об этом сейчас, значит, что-то гложет его. А это надо решать как можно скорее – проблемы с доверием такого рода были им совершенно не нужны. И вообще, никакие не нужны, но эти особенно. - Почему ты об этом вспомнил? – напряжение в голосе мага чувствовалось очень хорошо. Алеку показалось, что его радужки стали янтарно-желтыми, выпуская наружу демоническую половину. – Не самая приятная история для общих воспоминаний. Не хочу. - Нет, Магнус, дослушай хотя бы сейчас, тогда я так и не смог собраться с духом для этого, - Магнус согласно кивнул, понимая, что прямодушного Алека не остановить. Но он боялся, что в разговоре прозвучит нечто такое, что снова отдалит их друг от друга. - Конечно, Александр, я тебя выслушаю всегда, что бы ты не говорил. – Сначала, я просто не хотел, чтобы ты жил после меня, когда меня уже не будет. Представить себе не мог, что я тебя больше не увижу, потому что умру и кости мои превратятся в пыль, и память обо мне исчезнет, - голос Алека, сначала звучавший глухо, зазвенел от напряжения. Слышно было, что говорить все это стоит Охотнику многих душевных усилий. - И самое главное - ты про меня не вспомнишь – вот именно от этого сразу так тошно становилось. И от этих мыслей, и от себя самого. А потом… да что там, почти сразу, я осознал, что никогда бы не пошел на эту сделку с Камиллой, даже если бы это всё было правдой. Никогда, слышишь?! Алек стиснул зубы. Он тяжело дышал, губы его дрожали, а над верхней блестели капельки пота. Было видно, что он сильно волнуется, но Магнус не стал его перебивать – он понимал, что нефилиму нужно выговориться. И еще раз упрекнул себя в недальновидности и легкомыслии – надо было сразу обсудить эту ситуацию, а не пускать, как всегда, на самотёк. Если бы он только знал, что Алека до сих пор так гнетёт эта история… - Всё хорошо, - Магнус успокаивающе дотронулся до щеки Алека. – Я знаю. Я и не верил, что ты на самом деле хотел это сделать, не сказав мне. Ну, может только сначала, когда злился, что ты решил всё без меня. Но теперь все не так, да? - Да. А еще, я подумал, что знать, что ты умрешь, как все, еще хуже, чем эгоистично хотеть забрать тебя с собой на тот свет. Ты не можешь и не должен умереть никогда. Ты не принадлежишь мне, ты принадлежишь всему миру. - Мне не нужен мир, мне нужен ты, - пробормотал Магнус, улыбаясь, и у Алека зашлось сердце, когда он вспомнил, как сам говорил Магнусу эту самую фразу в одну из их самых безнадежных и отчаянных минут. Магнус, видимо, тоже прекрасно это помнил. - Ты хочешь убить меня добротой? - Алек устало опустил голову на подушку. – Когда ты говоришь что-то в таком духе, у меня болит тут, - Алек ткнул себя пальцем слева ниже ключицы. - Я просто хотел сказать, что не собираюсь напрягать тебя или совершать глупости и ждать, что ты меня из них вытащишь. Тебе не придется стыдиться меня. И я буду с тобой, пока ты этого хочешь. Несколько секунд вокруг царила тишина, и Алеку даже показалось, что она сгущается вокруг него тьмой, поглощая и злобно скалясь. Ему стало страшно. - Всегда, - вдруг четко сказал маг. – Я буду всегда хотеть этого, потому что люблю тебя. Бессмертие по сути своей деструктивно, а с тобой оно обретает смысл. С тобой всё обретает смысл, Александр. Когда-то я сказал, что не могу видеть будущее, но я могу его создать. Вместе с тобой. - Тогда научи меня смотреть в будущее так, как умеешь ты. Научи меня любить тебя так, как я еще не умею, - лицо Алека пошло пятнами от волнения, а глаза блестели в полутьме, отражая загоревшиеся фонари по углам комнаты. – Я люблю тебя как могу. Возможно, я делаю это как-то неправильно, но я просто лишаюсь всех чувств разом, становясь одним большим куском солнца. Или неба. В общем, чего-то огромного и счастливого. Я очень люблю тебя, Магнус Бейн. И у тебя чертовски правильная фамилия, пусть ты и придумал её себе сам. Ты и вправду моё проклятие. Самое лучшее проклятие, которое может наложить лучший маг мира. Я говорю, как идиот, да? - Нет, - ответил Магнус, ощущая предательскую влагу в глазах. Он так долго ждал от Алека этих слов, что теперь в груди и в сердце у него словно бушевал ураган, снося и уничтожая на своем пути всё старое, наносное, ненастоящее. Алек был его настоящим. И будущим. – Ты самый умный человек на земле, Александр. Кроме, конечно, меня. Смеяться и целоваться было неудобно, но только не для них. У этих двоих всё прекрасно получалось. На оконное стекло упала капля, потом еще одна и потоки дождя забарабанили в стекло и зашуршали по асфальту. Синяя молния беззвучно расчертила темень за окном надвое и внезапно грянул гром, на миг оглушив обоих. - Здорово! – пробормотал Алек, пока Магнус укладывал голову в изгибе его локтя, устраиваясь поудобнее. – Идеальная погода. А еще нам тепло, сухо и мы лежим под одним одеялом в темноте. - На чертовски неудобном и узком диване, - голос мага прозвучал жалобно, и Алек обнял его крепче. – Но я не собираюсь ничего менять. А когда ты выздоровеешь, мы поедем куда-нибудь… в общем придумаем. Может, начнем с Парижа. Или Лондона. - Может, - глаза Алека слипались. Он только сейчас почувствовал, как сильно устал, да и рана давала о себе знать. – Но сексом можно и здесь заняться. - Александр, ты совершенно невыносим! – возмущенный вопль Магнуса потонул в дружном смехе обоих. - Ты же любишь вызов. В их медленных поцелуях было намешано столько эмоций, симптомов и причин быть вместе, что ни один из них не мог бы в них разобраться, пожелай они это сделать. Но они и не желали. Алек был просто счастлив. А Магнус вспоминал, как когда-то надеялся, что может быть Александр Лайтвуд не разобьет ему сердце. Теперь он знал это наверняка.