Судьба-шутница

Глава 31 Утро выдалось на редкость мерзким. За пару часов на улице сгустился туман, плотным коконом окутывая здания. Ничего не видно на расстоянии вытянутой руки. Влага оседала на одежде и волосах, последние из-за этого неприятно липли к лицу. Всё усложнялось тем, что каждые два метра я норовила поздороваться своим лбом об какое-нибудь строение. Ни хрена ведь не видно. Приходится передвигаться перебежками, от одного фонарного столба к другому. В таком темпе я блуждаю по улице уже два часа. Интересно, что даже не знаю, в каком направлении двигаюсь. Каждые десять минут мобильник оглушает округу трелью, каждые пять минут я обещаю выкинуть телефон. – Алло! – предусмотрительно держу телефон на вытянутой руке, на том конце бьётся в истерике Лука. – Прекрати орать, спасибо, нет, не нашла, да, продолжаю. Не знаю. Понятия не имею. Хватит... А кто, по-твоему, виноват? Всё, ладно, проехали. Да позвоню я, позвоню, всё, до связи. – И так каждые десять минут, убью. Зря вечером расслабилась. Надо было насторожиться, слишком быстро избавилась от вертихвостки. Настырная, эгоистичная тварь. Она вернулась позже. Дождалась закрытия, пробралась внутрь. Самое интересное, без труда вычислила комнату Луки. Мерзавка, встретила его в постели полуобнажённой; не размениваясь на слова, накинулась, как голодная гиена. Всю картину застал Чарльз. Банально до безобразия. Всё рассчитала, подготовилась – получила результат, правда не тот, на который рассчитывала. Бета в ту же секунду вылетел за дверь и пропал; где он, что с ним, никто не знает. Омегу выгнали взашей. С угрозой свернуть милую шею, если ещё раз появится на пороге. Любит очень Чарльза, жить без него не может, а она пошла вон. После кулаками колотил в мою дверь, за что получил оной в нос. Я как час назад легла спать, и тут такой грохот. Выслушав сбивчивый рассказ альфы, хотела придушить, но повременила, сейчас эта задача не первоначальна. Наспех накинув шмотки, вылетела на улицу. Куда мог отправиться Чарльз, без телефона, без денег? Я даже не знаю знакомых, к которым он мог обратиться. Должен же быть у него кто-то со студенческих времён, только я никогда не интересовалась его жизнью до, да и он не распространялся. Блин, хочется взвыть от безысходности. На улице начало светать. Первые лучи показались над крышами зданий, рассеивая понемногу туман. Небо окрасилось в предрассветные краски. Уже можно разглядеть окружение. С этим появилась первая проблема, где я нахожусь. На улице настолько рано, что даже редких прохожих не встретишь. Отлично. Есть только один вариант: двигаться в обратном направлении. Я двинулась назад, озираясь по сторонам: сто́ит хоть рассмотреть, в какой район забрела. Судя по вывескам, это квартал с дешёвыми отелями, малоприличный райончик. На фасаде здания пестрит вывеска с названием, пара букв погасли, ещё парочка вот-вот потухнет. Здесь ошиваются все кому не лень. Вряд ли я могла наткнуться на Чарльза в таком месте. Взгляд блуждал по улице, натыкаясь на такие же вывески, как и ранее, отели, кафе, закусочные, ничего примечательного, пока… А вот это уже интересно. Я была здесь, всего один раз, приехала на машине шефа. Мы делали документы, мистер Брук сам отправился забирать, я осталась сидеть внутри, подсмотрела через щёлочку открытого стекла. Любопытство распирает, какие скелеты таит в своём шкафу альфа, раз имеет такие связи. Порой, заглядывая в его глаза, на дне вижу тени, скрывающиеся от чужих взглядов. Не в те дебри меня понесло. Я вынырнула из своих размышлений как раз вовремя, чтобы заметить прогуливающегося бету; вот те раз, да он и не один, вот те два. Нашариваю в кармане мобильный, набираю номер. – Лука, ты мой должник по гроб жизни. Да, да, не кричи, вижу, прям перед собой. Нет, подходить не буду, сам. Так что ноги в руки и дуй сюда. Надеюсь, знаешь, где находится квартал с отелями, вот сюда и иди. Не кричи, не знаю, понятия не имею. Всё, кладу трубку, пока. С чистой совестью и выполненным долгом собралась убрать телефон в карман, но запуталась. Мобильник зацепился за замо́к, выпадая из руки на дорогу. Не успела я среагировать, чтобы подобрать его, к лицу приложили тряпку с противным запахом. Липкий страх сковал внутренности. Попытка задержать дыхание успехом не увенчалась; вцепилась в руку человека, сжимающего меня в объятиях, но силы оказались не равны. Дольше дыхание задерживать не могла. Побарахтавшись ещё немного, от бессилия сразу сделала глубокий вдох. Сознание мгновенно повело, через секунду окунулась в объятия наркотического сна.