Идеал, хулиган и булочка

Без Чана было так легко, просто. Как бы выразить это поточнее? Без него в школе стало ТИХО! Нет чавканья, мычания, нет грязи, мусора в моих волосах. Я буду воспринимать этот день как выходной от хулигана, как переходный период в жизни, после которого Чан будет просто моим соседом. Никаких лишних нервов на злость! Релакс! - Простите госпожа Пак, - со скорбью на лице произнесу я через несколько недель, - я… простите, очень сложно говорить… ваш сын не меняется. Сделала все возможное, думаю, это не лечится. - Спасибо, Ёнхи, спасибо, что попыталась, - женщина утирает слезы платком. – Я знаю, сколько сил ты вложила, сколько вытерпела за это время. - Крепитесь, госпожа Пак, ваш сын возвращается домой. - Ох… - хватается женщина за сердце. – Я не знаю, как тебя отблагодарить, Ёнхи, за все старания. Возьми эту безлимитку мастер кард, хотя твои нервы бесценны, на эти деньги ты можешь купить остров и улететь на него с каким-нибудь хорошим мальчиком, как Сухо! Бери! Дверь закрывается, как занавес. Я достаю маракасы, начинаю танцевать под дождик из конфетти и конфет, а рядом Чунмён в плавках и солнцезащитных очках приносит мне коктейли… - Так, ну что это такое! Нам Ёнхи!!! – противный голос мужчины врывается в мои мысли и заставляет поморщиться. - Ён…пс…Ён, - вкрадчивый знакомый шепот ласкает слух, и я улыбаюсь во все лицо, как кошечка. – Ён, просыпайся… Омо! Кажется, я уснула, а Сухо снова увидел мои слюни, открытый рот и отпечаток пуговицы на щеке. Но в этот раз все в миллион раз хуже, это произошло при всем классе. Я со страхом озираюсь вокруг и вижу насмешливые лица одноклассников. Даже Чонин едва скрывает улыбку, показывая, что на моей голове гнездо из соломы. АЙЩ! Ну, как такое могло случиться?! Хочется взвыть в голос. Даже если Пака нет, то моя жизнь продолжает испытывать последствия. Мало того, что пришлось надеть непоглаженую форму, извлеченную из самого дальнего отдела шкафа, ибо мой привычный комплект превратился во что-то плачевное, так теперь я от усталости уснула на химии. А учитель уже возвышается рядом и смотрит с укором. - Простите, - неловко поднимаюсь со стула, скрежеща им по полу, - больше этого не повторится. - Очень надеюсь, - тянет мужчина и направляется к доске. Я шиплю, стучу себя по ноге, хочется провалиться сквозь землю от стыда. Спокойно, Ён, единороги, счастье, солнышко, никакой злости, никакой обиды. Это… это просто последняя кучка дерьма, в которую ты вляпалась, стряхни ее с ботинок и иди дальше. Ты стальная леди, танк, бронированный, непобедимый, да ты круче железного человека… Только я настроилась, как преподаватель почему-то перестал писать на доске. Его прорвало на речь. Такого не высказывали в этих стенах никому, даже двоечникам, но мне досталась за всех сразу. - Почему вы сели?! Нам Ёнхи, встаньте. Лучшая ученица класса, а позволяете себе так вести, как не стыдно? Я думал, вы подаете большие надежды, ставил вас в образец другим, но сегодня…Это просто возмутительно, вы посмели заснуть на моем уроке! – учитель положил мел и возмущенно сел на стул, обидчиво складывая руки на груди. – Может, вы считаете химию скучной?! Так расскажите нам, что может приковать ваше внимание?! О чем вы думали, а?! Может, мальчики? Столовая?! - Простите, учитель, - отвешиваю поклон, замирая в согнутом положении, прекрасно зная, как все смотрят с укором в мою сторону. Будто никогда сами не попадали в такие ситуации. Я мечтаю только о том, чтобы все быстрее закончилось. – Это большая ошибка, прошу меня извинить. - Конечно, но вы еще должны несколько раз подумать над своим поведением… И знаете, стало еще хуже, хотя казалось, что уже не может. Именно в этот момент в школу решил прийти Пак Чанёль. Он небрежно открыл дверь и без разрешения зашел в класс. - Здрасьте, я пришел, - просто сказал он, обводя кабинет своим невозмутимым взглядом и натыкаясь на мою фигуру. - Проходите, Пак, - просто сказал учитель и продолжил. - Не будьте легкомысленной, Ёнхи, это плохо скажется на вашей успеваемости. Сегодня вы засыпаете на уроке, а завтра не можете сдать контрольный тест… В этот момент я вижу лицо Чана перед собой, он как-то странно смотрит на меня с какой-то грустью и сожалением в глазах. Он закрывает своим телом фигуру учителя, поэтому вместо мужчины я вынуждена смотреть на металлический амулет, свисающий с шеи Пака. - Не хочешь пройти на место? – спрашиваю я, вздыхая и делая шаг в бок. – Мне тут нужно кое-что дослушать. Но Пак не двигается с места, продолжая сжимать лямку рюкзака. И чего он добивается? Хочет, что-то гадкое сказать?! Посмеяться снова? Да, черт возьми, почему ему не спалось дома?! - Нам Ёнхи, вы задерживаете ученика! – ругается учитель. - Сядьте на место! - Хо…рошо, - сдавленно шепчу я и усаживаюсь на стул. Прекрасно! Это я задерживаю Пака, да пусть катится на все четыре стороны, больше зубрилка не пойдет его искать у черта на куличиках, не потянет за собой в школу, вталкивая в автобус, даже сигарету не отберет. Оставшийся урок прошел довольно быстро, я даже не заметила, как успокоилась и взялась за решение задач. Очень странно, что сзади ничего не происходило. Я имею в виду, что Чан ничего не изобрел. В коем-то веке ему не нужно было выдирать листы, что-то стирать, играть в телефон, передразнивать голоса животных или ломать линейку до треска пластмассы… На перемене я с минуту кусала губы, рассматривая старосту. Парень вроде не был злым, но станет ли он со мной говорить после вчерашнего?! Я просто наглым образом сбежала со встречи, предварительно уснув лицом в столешницу. Ну, и что мне сказать в оправдание?! «Прости, Чунмён, мне вообще-то весело с тобой, а уснула я, потому что… обычно ложусь днем вздремнуть?» Или еще лучший вариант, Сухо оценит мою честность. «Чунмён, пойми, я живу в доме с Чаном, он совсем измотал меня своими выходками, а, знаешь, еще я видела его голым в душе». С духом я все-таки собралась, но стоило только встать с места, как передо мной возник Пак Чанёль. Нет, он издевается! Мало было ему ночи, решил днем продолжить. Зло никогда не дремлет. - Ён, а что вы успели записать? – почесывая макушку, спросил он, и получил мой скептический взгляд. - И для чего этот предлог, Пак? – кривлюсь я. – Мне не ври, я не дура. Зачем подошел, а? Зачем вообще в школу пришел? Тебе не спалось, что ли?! - Хотел сделать тебе приятное, - с неловкой ухмылкой на губах произнес Пак, смотря на меня сверху вниз и не давая возможности увидеть лапочку старосту. - Да, уже сделал, Чан, - ядовито ответила я, снова садясь на стул и принимаясь писать какую-то фигню, лишь бы парень отошел. – Ну, что ты стоишь здесь столбом? - Эм… Я хотел сказать тебе спасибо за то, что ты сделала. - Ты вообще-то сказал это еще ночью, - заметила я, подпирая рукой голову. Омо, Чунмён вернулся на свое место. Можно рассмотреть его макушку и светящиеся в солнечных лучах волосы… - Ён, я много всякой херни наговорил, но это несерьезно, - произнес Пак с улыбкой, видя которую можно парню простить вообще все на свете. Он бы еще эгьё сделал. – В общем, прости за этот случай, у меня, правда, была причина так поступить. - Да, хорошо. Иди уже, - отвечаю я, рассматривая спину Сухо. Кажется, нам стало жарко, раз маечку под рубашку он уже не надел. Знаю, что обещала быть железной, но Чунмён будет допустимой слабостью для стальной леди. - Я извиняюсь, поэтому пришел в школу, Ён. - Пак, в нее ходят за знаниями, - замечаю, склоняя голову. Вроде староста не кажется злым, должен простить меня за оплошности. Будет странно, если я позову его в кафе? Или лучше туда его больше никогда в жизни не приглашать? - Блин, Ён! Ты меня слушаешь?! - голова Чанёля появляется передо мной, потому что парень обошел парту с другой стороны и сел на корточки, кладя подбородок на столешницу. – Хочешь, могу сказать преподавателю, что ты уснула на уроке из-за меня?! - Чан, ты издеваешься?! - Я просто хочу, чтобы ты простила меня. - Да. Ты прощен, помилован, оправдан. И почему Пак не унимается?! Я ему уже все грехи отпустила, как и его самого. Когда он уже научится понимать слова?! Уйди, Чан, ты загораживаешь моему взгляду одного няшку. Слава богу, прозвенел звонок, и Пак перестал дышать в мою сторону перегаром. Я посмотрела ему вслед и заметила одну вещь. Парень после веселенькой ночки выглядел в сотни раз лучше, чем я. Может, объятия с унитазом убирают синяки под глазами?! Дальше все было хорошо. Идеальное сочетание Чунмен-задачи-тело. Это реально потрясающе, когда умный уверенный в себе парень, закатав рукава, берет мел в руки и начинает быстро писать формулы, заставляя от твердого нажима крошиться кальций. На губах играет улыбка, вены проступают на руках, мышцы на спине напрягаются, когда парень тянется к углу доски или спускается вниз. А уж, когда он нагинается! Умный мужчина с накаченной задницей и лукавой улыбкой предел мечтаний всех девушек. Даже не знаю, что мне нравится больше, его мозги или атлетическое тело, но каждый урок с Чунмёном у доски это своеобразная эротика для отличниц. И вот надо было Паку все испортить! На мою парту упал сложенный листик. Я знала, что шуршание сзади не могло предвещать ничего хорошего и что Пак не мог сидеть спокойно. - Прочти, Ён, - стучит он по стулу рукой. Я снова засматриваюсь на Сухо, потому что парень берет в руку тряпку и начинает стирать записи. Ва, вот это размах… Стук-стук сзади. Черт. Приходится развернуть листик и посмотреть на одну маленькую строчку с письменами. И что Пак этим хотел сказать?! Что это за символы? Он точно пишет на корейском?! Ребус?! Минут пять я просто крутила записку, пытаясь понять, где верх, а где низ. - И зачем ты училась, если даже читать не умеешь, - шипит сзади Пак и кидает новую бумажку. Ён, не будь букой, прости меня идиота. В слове «идиота» - две ошибки, в слове «бука» – ноль. Я же говорила, что все нормально. Ну, потерпела немного его дружков, выбросила форму, получила нагоняй, но это не повод дуться. Это повод вернуть все на прежние места. Но Чана не остановить, он, будто открыл фабрику по изготовлению записочек с извинениями. Такой производительности я еще не видела ни у кого. Наверное, решил использовать всю тетрадь, надеюсь, она у него не 96-листовая, иначе я буду сидеть, закопанная в этих записках, как хомяк в туалетной бумаге. Зубрилка, прости, я не подумал. «Не подумал» – две ошибки, в слове «зубрилка» – ноль. Да, что с Чаном происходит?! Почему он продолжает это делать, прикидываясь таким милым?! У него, что, есть совесть?! Ладно, я просто отвратителен. Не будь занудой. Он это серьезно?! «Отвратителен» – три ошибки, «зануда» – ноль. Это такой новый способ унижения, или Паку на подсознательном уровне так не хочется признавать свои ошибки?! До звонка Чанёль успел написать еще штук семь записок, которые я читала с каменным выражением лица. Ей-богу, без извинений было лучше. И почему ночью мне захотелось гладить это наглое существо по волосам, прижимая к себе, а не оставить наедине с таблетками и ковриком?! Блин, Ён, ты, что ожидала увидеть «Ты такая милая и заботливая, спасибо, я больше не буду делать вещи, которые заставят тебя нарушать уголовный кодекс»? Замотала головой. Зачем мне вообще думать о Чане, когда есть Сухо. Может взять пример с хулигана и написать парню записку? Но тут звенит звонок, я ошарашено смотрю на свою парту, заваленную маленькими листиками. Сгребаю их в одну кучку и возвращаю Паку. Парень уставился на меня в непонимании, а потом посмотрел на исправленные ошибки. - Эй, зубрилка! Ты должна была уловить смысл! – возмущенно говорит он, будто обижаясь. – Что за?! Парень резко встает с места, машет рукой и быстро выходит из класса, стукнув ногой дверь. А Чан опасный, когда злится… - Ён, можно тебя на минутку? – звучит рядом знакомый голос, и я от неожиданности вздрагиваю. – Как-то неловко вчера вышло. Моя челюсть хочет упасть на пол, сердце уже там валяется. Сухо сам подошел ко мне после всего, что произошло?! Несите мне валерьянку, от такого парня можно сойти с ума. - Да, Чунмён, прости, мои ужасные дела… - начала я бормотать, но парень только улыбался. – Что-то не так? Ты на меня сильно злишься? - Скорее на себя. Это, каким скучным надо быть, чтобы девушка заснула после пяти минут общения, а потом убежала, - усмехнулся Сухо, видя мой рот хватающий воздух. – Не переживай, Ён, все нормально. - Это не из-за тебя, - сказала я, смотря в глаза Чунмёну, надеюсь, он увидел искренность. - То есть ты бы пошла еще раз со мной… ТЫДЫЩЩЩ! Я едва успеваю отклониться в сторону, потому что в меня летит мяч. Чунмён сбивается, забывая, о чем говорил и спрашивает, не ушиблась ли я. Да, что происходит?! Пак Чанёль происходит. Чан, мое бедствие вселенского масштаба, решил поиграть с парнями в футбол на перемене. Мяч лежит на моей парте, Сухо снова что-то пытается сказать, но я прожигаю взглядом Пака. Он что-то объясняет ребятам, а потом идет ко мне. Медленно, будто по красной дорожке. На его губах блистает широкая улыбка, в глазах некоторое сожаление, но вообще-то пляшут чертики. Двигайся быстрее, Пак, не смотри по сторонам, не отвлекайся на мелочи, возьми свой гребаный мяч и свали. Почему Чанёля так много в моей жизни, когда я решила дать ему свободу действий?! - Так как насчет сходить се…- снова начинает Сухо. Но тут между нами вклинивается Пак и тянется к мячу, закрывая меня от парня. Он еще улыбается и не торопится отстраниться! - Чан, ты до улицы не дотерпел? – со злостью произношу я. – С направлением ошибся?! - Ахахах, прости, зубрилка, это… случайность, - улыбается Пак, разгибаясь. – Два умных человека собрались вместе, выглядит мощно. Простите за прерванную беседу, о чем говорили? О задачах? - Не совсем, - усмехнулся Сухо, переводя взгляд на Чана. Мне показалось или парень стал раздраженным?! - А о чем? Об уравнениях?! - не унимался Пак, не собираясь уходить и смотря мне в глаза. - Нет, я говорила, что у меня есть одна проблема, - отвечаю я. Мать твою, ты моя двухметровая проблема, хулиган, пойми это и уйди. – Мне нужно от нее избавиться. - Да? – Чан моргает, как невинное дитя, берет стул и присаживается рядом. – Думаю, мне можно поучаствовать в дискуссии. Очень интересно. - С хре… - упс, мой язык вышел из-под контроля. – Пак, ты обычно ничем не интересуешься. - Нужно же начинать когда-то. - Ты уже пытался, это ни к чему хорошему не привело. - Чанёль, - смотрит на него Сухо, а потом переводит взгляд на меня, пытаясь понять, какие отношения между нами, - может, хватит спорить с Ён? У тебя вроде были какие-то дела. - Я сам с ними разберусь, Чунмён, это тебя не касается, - смотрит на парня хулиган, а потом смеется и поднимается. – И, правда, чего я забыл здесь? Продолжайте, умняшки. Ага, конечно, продолжили бы, если бы не прозвенел звонок! Староста был вынужден вернуться на место, а я сломала очередной карандаш. Неужели Пак вечно будет меня преследовать?! Может, на небе что-то перепутали? После урока я схватила сумку и рванула в коридор, лишь бы Пак снова ничего не учудил. Спиной чувствовала, что он собирался что-то сказать. Наверное, это новая форма пытки – постоянно извиняться. Я стала какой-то пуганной, со страхом выглядывала из-за угла и только потом на полусогнутых шла дальше. Слава богу, в столовой мой стол был свободным, а рядом не сидела компания хулиганов. Значит, у Сеха с Беком с мозгами все в порядке, решили отдохнуть, только у Чана что-то перемкнуло. Я облегченно вздохнула и начала набирать вкусности, облизываясь. Увлечение было таким сильным, что глаза видели только еду в красивых коробочках. Не удивительно, что я вздрогнула, когда чья-то рука опустилась на плечо. Оборачиваться даже не хочется…нет…нет… - Ён, может, пообедаем вместе? – звучит голос, которого я не ожидала услышать. - Сухо?! – оборачиваюсь и всматриваюсь в лицо. Так, Чан ведь не мог как-то перевоплотиться в старосту?! Это же не розыгрыш?! Передо мной Чунмён, да?! - Ты уже забыла обо мне? – усмехнулся парень, набирая себе сладостей. – Ты просто неуловимая. За тобой бегать, будто квест проходить. Сядем вместе за стол? - А да… - ошарашенно отвечаю, взгляд, наверняка, как у испуганной косули. – Ты хочешь обсудить со мной поездку? - Ну да… да, поездку, - замешкавшись, ответил Сухо. - Хорошо, - кивнула я, подхватывая поднос и направляясь к столику. Старалась идти очень быстро, чтобы Сухо не заметил моего сбившегося дыхания и кривой походки. Давай, детка, переставляй ноги быстрее. Но все равно страшно, потому что парень смотрел мне прямо в спину. Так, Ён, это просто деловой обед, вы просто обсудите организационные вопросы… Спорим, Чунмён, будет есть шоколад, облизывая свои розовые губы? Черт, Ён, естественно он будет есть! Это же столовая! Кажется, я тупею от этого красавчика, нужно немедленно приобрести губозакаточную машинку. Так, нахожу взглядом красотку Сохи, смотрю на ее ноги от ушей, талию, большую грудь и яркие красные губы. Она придется по вкусу парню, а я - нет! Нужно сосредоточиться на деле… Но, черт возьми, как тяжело сдерживаться, когда Сухо такой замечательный. - Ёнхи, я тут принес кое-что, - говорит он, ставя поднос, - хочу поделиться этим с тобой. - Да, конечно, давай, я буду рада. И парень уходит куда-то, а возвращается с двумя чемоданами на колесиках с названием «обаяние» и «харизма», но это не все, за парнем тянется железнодорожный состав «умопомрачительности», а к столовой подъезжает камаз «эйфории». - Выгружай! Стена трескается, сносится этим блеском. Вокруг меня только улыбка Чунмёна, его пресс, его шикарное тело, его мускулистые руки. Сверху сыпется золотой дождь, в котором мерещится блеск его волос. Начинает звучать музыка «парень-мечта». Я окончательно тону в этом море, перестав сопротивляться и просто плывя по течению. - Ён, не слишком много? - Ну, что ты…Это прекрасно, оппа. Я удачно врезаюсь в стол, возвращаясь в реальность из своих девичьих грез. С каждым разом все хуже и хуже, теряю стальную леди, скоро начну плеваться радугой, кидать лепестки, петь диснеевские песни… Вздыхаю, садясь на место и хватаясь руками за голову. В локоть что-то упирается. Йогурт. Банановый. Беру в руки и верчу упаковку, на которой сбоку прикреплен желтый стикер. «Не сердись». Я улыбнулась, понимая, что Чан нашел меня и здесь. Где это лопоухое создание? Когда успело сделать свое злобное дело?! Он планирует успокаиваться?! С каждым поступком почему-то мое прощение сходит на «нет». Это же невыносимо терпеть! Сухо садится напротив меня и принимается за еду. Я предпочитаю не наблюдать за этим действием, боясь показаться неучтивой, но и есть не могу. Что, если у меня петрушка в зубах пострянет или просто лапша изо рта вывалится?! А, если Чунмён пошутит, и суп выльется через нос?! Есть небезопасно, поэтому начинаю говорить. - Думаю, нам уже пора начать готовиться к поездке, собирать деньги, составить списки, распределить всех по комнатам, - быстро говорю, сжимая в руках йогурт. – Ко мне домой приходить, пока не получится… - Почему?! – заинтересованно спрашивает парень. - Ну… у меня, - стараюсь придумать правдоподобное объяснение, - тараканов травили, там сильно пахнет ядохимикатами. Все пропитано ядом. Не такая уж и большая ложь после вечеринки Пака. - Но ты все равно там живешь? – недоуменно спрашивает Чунмён. – Это же очень опасно… - Да, я уже принюхалась, не переживай, - что я несу, но главное, уверенно говорить и не дергать глазом. – Нам просто нужно собираться где-то еще. Кафе, конечно, хорошо, но это немного странно… - Почему?! – снова заинтересованно смотрит Сухо, заставляя меня постоянно отводить взгляд и заикаться. Что за вопросы?! Я не знаю, как на них отвечать… - Мы можем оставаться в школе, после обеда есть свободные классы. - Но мы ведь сходим в кафе? Ён, мне нужен реванш за тот раз, - усмехается Сухо, а потом спрашивает взволнованно. – А ты не будешь есть?! - Нет, не хочется что-то. А у самой весь поднос забит едой под завязку, да еще и с горкой, как будто есть собралась не старшеклассница, а какой-нибудь здоровенный столяр с завода. Но я же не собираюсь уничтожать эти запасы, поэтому парень просто подумает, что я ненормальная. Но это гораздо лучше, чем быть бездонным колодцем, в который влезет самосвал еды, особенно в моменты повышенной нервозности. - Ён, так мы пойдем с тобой на сви… Я отвлеклась, потому что в столовую зашел Пак. Его темноволосая голова возвышалась над всеми, а шума было, как от перфоратора. Часть девчонок облепили тело парня, которое скрывала (точнее почти ничего не скрывала) тонкая майка, а другая часть девушек начала шептаться. Кажется, сейчас кончился матч, где двадцать два потных парня бегали за мячом… И почему эта прекрасная игра, увлекшая Чана, так ВОВРЕМЯ закончилась?! Пак скользнул взглядом по столовой, остановился на мне, помахал рукой и пошел покупать себе обед. Я надеюсь, он не разрушит наш прекрасный разговор с Сухо своим присутствием. С другой стороны, лучше уж один хулиган, чем трое. Я улыбнулась, вспоминая милые личики ребят, которые полночи вымогали конфеты, и перевела взгляд на Чунмёна. - О чем мы?! - Боже, Ён, ты непрошибаемая, - смеется Сухо. – О, йогурт! Можешь дать мне свой в обмен на мой? - А, конечно, - я с готовностью протягиваю упаковку, а Сухо дает мне свой. Клубничный. Это придется съесть, чтобы не обидеть парня… Я не свожу с него взгляда, наблюдая, как парень откручивает крышку и припадает к горлышку своими губами. Давай, Сухо, запрокинь голову, показывая свою шею… Плохие мысли, Ёнхи, нужно попить. Но тут я не беру во внимание одного субъекта – Пака, который стоит в двух шагах от нас. Сначала он удивленно смотрит на меня, потом переводит взгляд на Сухо и его руки, сжимающие йогурт. Взгляд Чана мгновенно темнеет, а губы изгибаются в злобной усмешке. Я думаю, что он пройдет мимо, а дома обязательно достанет приколами насчет старой влюбленности. Но Чан останавливается и с размаху дает ладонью Чунмёну по спине, заставляя того выплюнуть йогурт прямо на стол. Староста удивленно утирает губы ладонью и ошарашено смотрит на Пака. - Прости, Чунмён, - очень искренно говорит Чан, - у тебя на спине сидел огромный паук. - Да? Тогда спасибо. - Обращайся, - Пак продолжает улыбаться, но что-то меня настораживает, а потом Сухо получает еще несколько хлопков по плечам. – Лапки остались… Чанёль садится на свое место, но, кажется, постоянно оглядывается. Я чувствую спиной, что он рядом и слушает нас своими ушами-локаторами. Из всех сил стараюсь расслабиться, не обращать внимания, но заканчивается все тем, что парень толкает и меня. За секунду до этого успеваю проглотить йогурт, иначе рубашка Сухо пестрела бы розовыми сливочными пятнами. - Да, что такое?! – возмущаюсь я. – Сдурел? - Везде пауки! – жмет плечами Чан. – Столько пауков развелось… Потом мы распрощались с Сухо, которому нужно было идти на заседание совета старшеклассников, но он проводил меня до школьных ворот. - До встречи, Чунмён, - помахала ему рукой и в приподнятом настроении пошла по аллее, решив прогуляться до дома пешком. Стояла такая прекрасная погода, светило солнце, листва деревьев так красиво шелестела, напоминая этим шорохом волны моря. Я подставила лицо солнышку и шла вперед, напевая под нос свою любимую песню про «свет в нашей жизни»… Но тут появилось одно большое длинное ушастое пятно. Я открыла глаза, поняв, что солнце куда-то делось, и увидела перед собой улыбающееся лицо Пака. - Я думал, Сухо никогда не свалит, - сообщил он мне. Хмыкнула, а потом просто обошла парня и продолжила идти, не обращая на того никакого внимания. - Эй, Ён, ты чего?! – шагал рядом Пак, смущая меня своим видом. Надел бы рубашку сверху, что ли, а не щеголял накаченными руками. – Давай вместе пойдем домой, Ён… Зубрилка! Да, что с тобой?! - Это с тобой что? – не выдержала я и повернула голову к Чану. – Что было в столовой?! - Я купил тебе йогурт, зачем отдавать его Сухо?! – возмутился Пак, дуя губы. – Ты так сильно злишься на меня, да?! - Я. На. Тебя. Не. Злюсь! – отчеканила я, вкладывая все отчаянье в эти слова. Поверь мне, Пак, успокойся, не нужно больше никаких извинений. У меня от них нервный тик и мания преследования появилась. - Ён, Ён… - он продолжал идти за мной, озорно улыбаясь и то и дело обгоняя. – ЁНХИ! Что мне сделать?! - Ничего, - с надеждой прошу я. Пак останавливается напротив меня и сжимает в руках плечи. Он просто не дает двинуться с места, как бы я не пыталась вырваться. Парень заставляет смотреть в свои прекрасные темные глаза, которые странно гипнотизируют меня. - Послушай меня, Ён, я понимаю, что налажал очень сильно. На это есть свои причины… - Не нужно мне ничего объяснять, Чан, - снова пытаюсь вырваться, но парень только сжимает сильнее плечи. Его ладони, словно огненные, прожигают мою кожу через ткань блузки. - Нет, послушай, Ён. Я хочу извиниться, реально извиниться за свое поведение в эту ночь. Думаю, раньше я неправильно тебя понимал, поэтому немного предвзято относился. - Немного?! - Не придирайся к словам, я тут, между прочим, стараюсь быть правильным, - хмыкает Чан, чаруя своей улыбкой. – Спасибо за твою помощь и терпение, Ён, ты ведь не хотела меня менять на самом деле, поэтому… - Никаких поэтому, Пак, - вмиг посерьезнела я, вскидывая свой жгучий взгляд. – Ты все правильно изначально понял, в тебе куча недостатков. Ты отвратительно одеваешься, грубо разговариваешь, пошло шутишь, много себе позволяешь, ничего не учишь, пьешь и тому подобное. Я хотела поменять в тебе каждый пункт по своему вкусу, точнее по требованиям твоей матери. - Брось, Ён, ты так говоришь, чтобы я отстал от тебя сейчас, - вкрадчиво смотрел парень. – Я вообще-то все слышал и прекрасно помню, что ты сказала ночью. - Рада за тебя. А теперь пусти меня, Пак, - я начала сопротивляться и смогла отцепиться от рук парня, с ним рядом было просто невыносимо жарко. Ну, вот, что он пристал ко мне? Смотрит так хитро, улыбается, будто знает что-то секретное. Я стараюсь идти быстрее, но тень Пака всегда обгоняет меня. Почему мы живем в одном доме?! Когда это все кончится?! Я не хочу больше тратить время на уговоры, терпеть Чана, появляющегося всегда в самый лучший момент, ходить с ним в школу. Давайте обойдемся привычным скрипом с задней парты, этого достаточно, чтобы постоянно меня подбешивать. - ЁН! – снова кричит Пак и хватает меня за руку. – Ты же хорошая, ты должна меня простить. - Чего?! Это слово ты сейчас сказал? Хо-ро-шая? – протягиваю я, смотря в темные глаза парня со всей гаммой своих чувств. – Может, ты хотел сказать вредная, невыносимая, надоедливая, несносная зубрилка?! Солнце в голову напекло?! - Очень смешно, Ён, - усмехнулся Пак, щурясь на солнце и заставляя меня улыбнуться в ответ. – Я пока с головой дружу. - А, по-моему, нет, - усмехаюсь, но ухмылка быстро переходит в игривую улыбку. Кажется, наши с Паком локальные конфликты будут продолжаться до скончания веков. – Слушай, я на тебя не злюсь, так что можешь не притворяться. - Притворяться? Я от всей души, - смеется Пак и закидывает мне руку на плечи, прижимая к себе. Да, плевать, что я не в восторге и мне ужасно тесно в этих тисках. Мы идем по тропинке, как заправские друзья. И самое удивительное, что сейчас мне вполне спокойно, весело, хочется дальше огрызаться, но не из-за злости, а для поддержания формы. Интересно, а Чан шутит на счет извинений или нет? Впрочем, он упертый, как баран, вряд ли бы без собственного желания стал просить прощения. Сразу становится тепло на душе от того, что меня поняли правильно. Это ведь не ненависть управляла моими поступками, а желание помочь. И хоть поздно, но Чан оценил это. Он, конечно, не изменится от этого, не станет лучше, просто принесет мне своим «спасибо» капельку счастья. Мне хватит этой малости, чтобы терпеть парня и дальше. Неисправимый хулиган, кажется, я снова тебе верю. - Я, правда, не злюсь на тебя, - почему-то снова повторяю, неловко прижимаясь к боку Пака. - Точно? – щурится парень, выхватывая мой рюкзак и вешая себе на плечо. - Точно, так что не надо пытаться быть хорошим. - Что, Ён, хо-ро-шим?! – смеется Пак, передразнивая меня. – Я не ослушался? Не тупоголовым, настырным, упертым, развязным идиотом, а хорошим?! - Короче, без обид, хулиган. Если бы ты подумал раньше, то заметил, я на тебя зла не держала. - Да, ладно, а в школе, что весь день было?! - Свобода. Я поняла, что ты очень сильно дорожишь своей жизнью, поэтому насильно заставлять тебя больше не буду. У нас с тобой полно других дел, ведь так? Если ты не хотел, не нужно было просить. В общем, я заканчиваю с этим фарсом… - Ён… - Пойдем домой, Чан, - отцепляюсь от парня и забираю рюкзак, начиная копаться в нем в поисках ключей. - Но мы ведь будем общаться, Ён? – спрашивает Пак, отнимая и поднимая рюкзак ввысь. Я вынуждена прыгать вокруг него в попытках схватиться, но куда уж мне! С каждым толчком, тело все сложнее оторвать от земли. – Ёнхи, если ты не злишься на меня, то не будешь игнорировать, ладно? - Ладно, ладно, отдай! - Я не должен быть пустым местом! – продолжает говорить Пак, теперь просто спрятав рюкзак за своей спиной. Да, что он творит! Как мне достать ключики?! Я продолжаю цепляться за руки парня, а потом спотыкаюсь о собственную ногу и просто падаю сверху на Чана. Пак от неожиданности издает странный звук и ударяется спиной о стену дома, его руки отпускают рюкзак, чтобы сразу схватить меня за талию и не позволить упасть вниз. Да, лучше бы я валялась на земле, чем прижималась к накаченному телу! Тяжелое дыхание, быстро бьющееся сердце и красные щеки явно выдают мое смущение. Чан, наверняка, снисходительно посмотрит сверху вниз и обзовет недотепой. Но нет, кажется, он смотрит на меня совершенно по-другому…