Завтра будет утро

      Я сделала еще глоток вина, продолжая болтать ногами. Голову уже немного повело, и все вокруг стало слегка размытым. Я сидела прямо на кухонной тумбе рядом со своей тарелкой с ужином. Меня уже не смущало то, что футболка, надетая на меня, поднималась неприлично высоко.       — Ты мало ешь, — сказал Женя, который стоял рядом со мной, облокотившись на столешницу.       — Зато много пью, — улыбнулась я.       — Да, даже больше меня, — он поднял одну бровь и подлил мне еще вина.       — Хочешь меня напоить? — усмехнулась я, пытаясь сделать это как можно соблазнительнее.       — Я уже видел это кино, — рассмеялся он, а я смутилась.       — Да, не очень хорошая была ночь, — пробубнила я.       — А мне понравилось, — он приблизился к моему лицу. И сразу воспоминания о вырывающемся наружу содержимом желудка сменились на воспоминания о тепле его объятий. Я шумно выдохнула.       — Да, я прекрасно выспалась, — вдруг выпалила я, намекая на то, что той ночью между нами ничего не было. А его нынешний откровенный флирт совершенно сбивал меня с толку.       — Это же хорошо — медленно говорил он.       — Может быть, были альтернативы, — я потупила взгляд.       — Ты хотела, чтобы я воспользовался альтернативой? — его нос уже практически касался моего плеча, сводя меня с ума. Это невозможно.       — Я…я не понимаю, — воскликнула я.       — Что? — Женя отстранился и посмотрел на меня.       — Сначала ты зовешь меня на ужин, оказываешь знаки внимания, а потом мы просто спим вместе. Готовишь завтрак, помогаешь мне в работе, — я начала часто дышать. — А теперь наряжаешь в свою футболку и откровенно флиртуешь. Я не понимаю, как мне быть и как вести себя.       Я высказала это все на одном дыхании и только потом осмелилась посмотреть ему в глаза. Женя улыбался и молчал, что начинало меня раздражать. Он владел всей этой ситуацией, а я чувствовала себя подневольной.       — Мужчинам — не обязательно разъяснять правила игры, женщинам — необходимо, — задумчиво произнес он.       — Что это значит? — немного раздраженно спросила я.       — А разве тебе не нравится наша такая дружба? — он перестал улыбаться.       — Дружба? — хотя я сама так же определяла наши отношения, но из его уст это слово звучало довольно убого.       — Нет, назовем это интересом. Или небезразличием, — ответил он, не отрывая от меня взгляда.       — Я небезразлична тебе? — прошептала я.       — Это отличное определение, — он подошел ко мне ближе, — пользуясь им, я могу делать все, что захочу.       Он подходил ко мне все ближе, но не касался меня. Воздух в легких заканчивался, а я забывала вдыхать новый. Вот, сейчас все будет, как я задумывала. Только у меня из головы никак не уходили его слова.       Я смотрела ему в глаза, которые находились в сантиметрах десяти от моих. Я чувствовала, что его пальцы лежат рядом с моей ногой так же, как и жар его тела. Вот сейчас его губы коснутся моих, и все закончится.       Небезразлична.       Нет. Кажется, уже поздно. Я не смогу отпустить его ни при каких обстоятельствах. Поздно превращать это в обычный перепихон, учитывая то, что это никогда и не могло стать им. Я шумно вдохнула воздух.       Кажется, я хочу большего. Кажется, я влюблена.       Осознание этого ударило меня, словно током. Я подскочила на месте, испугав Женю. Он отскочил от меня в сторону. Я спрыгнула на пол и начала озираться по сторонам.       — Что случилось? — испуганно спросил он.       — Мне… Я… вспомнила… идти, — слова путались в голове.       — Что? — Женя попытался меня остановить, но я вырвалась и побежала за платьем. Мне нужно было срочно уйти отсюда. Быстрее.       — Тебе вызвать такси? — в полном недоумении спросил Женя, когда я вылетела в коридор, поправляя платье.       — Нет, спасибо, — я влезла в туфли и открыла дверь. Мне не хотелось стоять и ждать лифта под его пристальным взглядом, поэтому двинулась к лестнице.       — Я позвоню тебе завтра, — крикнул он мне вслед.       Я ничего не ответила, а просто вихрем неслась вниз по лестнице, будто бы это мне помогло скрыться от нового чувства.