Дорога домой

События, произошедшие за эти несколько дней, сильно подкосили наши надежды вернуться домой. У нас ничего не было, кроме теплой одежды, согревавшей нас. Лишившись и корабля, и капитана, мы не знали, что с нами теперь будет. Мы пробыли на плавучей льдине три дня и три ночи, питаясь рыбой, которую я ловила голыми лапами. Ночью от холода не спасали даже тюленьи шубы, поэтому мы собирались в кучу, согревая друг друга. Иногда казалось, что это конец, и мы больше никогда не увидим ни Долины Мира, ни Нефритового Дворца. Гадюка тихонько плакала, уткнувшись носом в плечо Тигрицы. По прижимал к себе любимую. В его зеленых глазах уже не было такого оптимизма, а на лице не было улыбки. Шифу сидел рядом с Джун-Джи и Тонг-Фо, крепко вцепившись онемевшими пальцами в свой посох. Лис и лори прижались к нему, пытаясь согреться, при этом они даже не думали жаловаться или огрызаться. Я смотрела на них с удивлением и одновременно с пониманием. Что и говорить, в таких ситуациях даже враги перестают соперничать друг с другом, объединяясь, чтобы выжить. Я сидела рядом с Джеком и Томасом, вспоминая, как мы сбежали с каторги, как ссорились и ругались, готовые выбросить друг друга из лодки, как нас чуть не проглотила гигантская акула, как мы попали в гарем, а затем и на необитаемый остров, где повстречали тигра-альбиноса... По моей щеке невольно потекла слеза и я всхлипнула. Джек прижался ко мне и, посмотрев на меня, сказал: - Нельзя падать духом, Шейна. После всего, через что нам пришлось пройти, мы не можем сдаться! Не можем! Я посмотрела на него. - Посмотри правде в глаза, Джек, - вздохнула я. - Мы находимся в Антарктиде, на льдине, одни. Мы находимся здесь уже три дня и три ночи. Если нам не повезет и нас не подберет какое-нибудь судно, - в чем я сомневаюсь - то мы замерзнем здесь! Горностай ничего не ответил. Однако, на закате четвертого дня, он заметил на горизонте черную точку, что заставило его встрепенуться. Вскочив на окоченевшие лапы, покрытые тонкой коркой льда, он начал неистово махать руками и кричать осипшим голосом. Остальные тоже принялись махать руками, привлекая внимание судна, которое приближалось с каждой минутой. Не помню, как мы очутились на его борту, не помню, как я очутилась в теплой каюте, как лекарь растирал мои заледенелые лапы, только помню, какое счастье я испытала, когда поняла, что не все еще потеряно и мы сможем вернуться домой. Через неделю, когда мы пришли в себя, капитан судна, которое совершало экспедицию в Антарктиду, сказал, что через несколько дней корабль престанет к китайскому порту, где мы можем сойти. Эта новость несказанно обрадовала моих товарищей, так как морские приключения им явно надоели. Как и говорил капитан, через несколько дней корабль причалил к китайскому порту, тому самому, откуда мастеров увезли, как пленных. Воспоминая с новой силой нахлынули на меня. В голове проносились картинки: вот нас ведут, связанных, вот мы уже в лодке, нас переправляют на корабль, а вот мы уже в трюме... - Шейна, пошли скорее! - вывел меня из задумчивости радостный голос Джека. Поблагодарив капитана за все, что он для нас сделал, мы спустились с корабля. И вот мы уже в порту. Мы со всех лап бросились по знакомой дороге, сшибая с лап прохожих, бросавших на нас недоуменные взгляды. Мысли о доме не давали нам покоя. Взобравшись на холм, я увидела знакомую мне с детства долину... Долину Гор! Я посмотрела туда, где когда-то находилась маленькая избушка на берегу моря. "А может, все-таки..." - промелькнуло у меня в голове и, не говоря ни слова, я бросилась вниз с холма к своему дому, родному дому. Не прошло и полчаса, как я уже бежала по влажному песку, спотыкаясь, падая, но не останавливаясь ни на минуту. Друзья бежали следом за мной. Когда я оказалась у маленькой избушки, то остановилась, не зная, что делать дальше. Домик практически не изменился за столько лет. Такие же полу обвалившиеся стены, прохудившаяся крыша, а из трубы шел дым. Сердце у меня затрепетало. Неужели родители до сих пор здесь живут? Неужели они никуда не переехали? Доказательством тому был маленький какомицли, играющий с ракушками рядом с домиком. Шерстка у него была чуть темнее моей, кончики ушей черные, глаза карие. Одет он был в белую рубашку и коричневые штаны. Я смотрела на него, с трудом сдерживая слезы. Мальчик поднял голову и посмотрел сначала на меня, потом на моих друзей, стоявших в стороне. Потом снова посмотрел на меня и одно его ухо дернулось. - Вы кто? - с любопытством спросил он, разглядывая нас. Я подошла ближе и села рядом с ним на корточки. - Это я, Гудини, Шейна, - с улыбкой ответила я. - Шейна? - мальчик склонил голову на бок. Я кивнула. - Нет, - покачал головой мой брат, - Шейну похитили орлы много лет назад. Я готова была заплакать. - Это я, братик, я спаслась! - чуть ли не крикнула я, обнимая Гудини. Он обнял меня и я почувствовала его тепло. Тут послышались чьи-то шаги, дверь скрипнула и на пороге дома появилась какомицли. На ней был надет белый фартук, а в руке она держала ложку, которой, видимо, мешала еду в кастрюле. - Гудини, что за шум тут... - она замолчала, увидев меня. Минуту она стояла в оцепенении, смотря на меня своими голубыми глазами. Ложка выпала у нее из рук, в глазах появились слезы. - Не может быть... Не может быть!.. - Мама! - я бросилась к ней и обняла так крепко, как только могла. - Шейна!.. Моя маленькая Шейна! - рыдала она, обнимая меня дрожащими руками. - Где же ты была всё это время? Когда мы немного успокоились, мама пригласила всех войти в дом. Целый день я рассказывала о том, как жила в Горе Воинов, упустив те детали, где над детьми издевались и мучали их, о том, как я сбежала оттуда, как появилась в Нефритовом Дворце и о многом другом. Когда я спросила, где папа, мама с грустью ответила, что он утонул в море, отправившись на рыбалку во время шторма. Несколько дней мы прожили у меня дома, после чего мастера решили, что пора возвращаться домой. Я решила отправиться вместе с ними, пообещав маме и младшему брату, что буду их навещать. Нельзя передать словами, чтобы описать нашу радость, когда мы, поднявшись на вершину холма, увидели Долину Мира и Нефритовый Дворец. Все плакали, даже Джун-Джи и Тонг-Фо. Наконец-то, спустя девять долгих месяцев, мы были дома. Прошло немало времени, прежде чем мы смогли привыкнуть к тому, что мы дома. Прошел уже месяц, а такое ощущение, что только вчера нас отправили на каторгу в Австралию. Сколько раз я не рассказывала местным ребятишкам о наших приключениях, они не верили и смеялись. Но я не сердилась на них, я знала, что все то, что с нами произошло - правда. Джун-Джи и Тонг-Фо попрощались с нами уже не как злейшие враги. Куда они отправились, нам неизвестно, но одно я знала точно: отныне жизнь у нас пойдет на лад. Джек и Томас остались жить с нами в Нефритовом Дворце. Кстати, несколько дней назад Джек признался мне в любви, так что теперь мы считаемся парой. Мы думали, что истории с капитаном Немо пришел конец, но однажды... Одним ясным солнечным утром в ворота Нефритового Дворца кто-то постучал. Зенг принес к нам на кухню большую шкатулку, которую передал ему почтальон. На вопросы мастеров гусь только пожимал плечами. Никто не знал, что это за посылка и что в ней находится. Чтобы узнать это, мы решили открыть шкатулку. Все собрались вокруг стола, с нетерпением ожидая, когда я открою шкатулку. Когда же я ее открыла, все, включая и меня, ахнули. На дне шкатулки лежала, сверкая на утреннем солнце, красивая большая жемчужина.