Бегущий в лабиринте: Испытание первое

Кейт снился сон. Перед глазами с бешеной скоростью мелькали смутные изображения лиц и мест. В груди зарождались самые разные чувства — приятные и неприятные, хоть Кейтлин и не видела их чётко. — Ладно тебе, — вдруг услышала знакомый женский голос Кейт, тот же, что сказал ей в прошлом сне (или не во сне?) «Мы ведь ещё увидимся, да?». Девушка продолжила: — Просто подойди и поговори с ним. Он же не пошлёт тебя куда подальше, верно? Всё кругом снова замелькало, голова раскалывалась на части, словно кто-то стучит по ней огромным молотком. Казалось, будто вот-вот рухнет стена в мозге и откроет ей воспоминания о прошлой жизни. Затем Кейт видит себя, сидящую за столом напротив какого-то парня, лица ей не разобрать, но внутри образовалось очень знакомое чувство, этот парень есть в Глэйде, она это точно знала. Кейтлин, та, которая во сне, пыталась сдерживать эмоции и к глазам подступили слёзы. — Я не хочу потерять, забыть её, она моя подруга. Отправьте меня с ней, Томас! — «Томас?» — Ты же можешь это устроить, — слезы предательски покатились по щекам. Лина всё же забыла ту, о которой говорила. Забыла. И, судя по всему, из-за Томаса и Создателей. — Прости, у нас всё запланировано. Сказала бы месяц назад — возможно, всё бы получилось, но мы отправляем её уже завтра. Прости, Кейт, — лицо парня, вдруг прорисовавшееся, выражало полное безразличие. Нет, сейчас Томас совсем другой, у него есть сострадание, есть чувства, и ему, как и всем остальным в Глэйде, плохо живётся. Всё вдруг снова пошло кругом, и голова Кейтлин заболела. Потом был третий, последний момент во сне. Лина заметила девушку впереди себя. Кейтлин видела только её спину и слышала голос: — Мы ведь ещё увидимся, да? — голос был оборван, словно девушка вот-вот заплачет. Тут же Лина вернулась в реальный мир и почувствовала себя подавленно. Хотелось увидеть больше. Узнать больше, ведь она была уверена, что это был не сон, а воспоминания. Девушка открыла глаза. Рядом с ней стоял Минхо и спрашивал: -Кейт! Спишь? — Теперь нет, — съязвила Кейт, но тут же улыбнулась присутствию парня. Минхо подал Кейтлин руку, помогая слезть с гамака, и сказал: — Слушай, выглядишь так, словно тебя избили. — Спасибо, ты тоже. Чуть позже оказалось, что Минхо действительно избили. Когда Ворота закрылись, глейдеры собрались у костра и Минхо кое-что им всем рассказал. — Как вы все знаете, сегодня с Алби произошла фигня. Он накинулся на меня и умолял убить. Сказал что-то, вроде «нам нельзя уходить». Все об этом знают, но я вот к чему: не сдавайтесь, ребята. Мы на прямом пути к выходу. Мало ли что видел Алби. Как бы не был ужасен тот мир, — дальше Минхо продолжил на крике, показывая, как ненавидит это место, — везде лучше, чем в этих чёртовых стенах! Один из глейдеров поднялся с места и возразил: — Но здесь у нас есть всё, Минхо. Мы обустроили это место, жили здесь, сколько себя помним и… — Ты не заметил, — перебил парня явно встревоженный Ньют, — что вся наша привычная жизнь рушится, Джек? — Дослушаем его, — прикрикнул Галли. Кажется, он, по-видимому, придерживался позиции Джека. Интересно, насколько глупым надо быть, чтобы не понять, что пора выходить из Лабиринта? — подумала Кейтлин. Джек продолжил: — Мы не знаем, что ждёт нас там, а здесь мы знаем всё. Я считаю, Создатели поместили нас сюда, чтобы защитить от внешнего мира. Кейт покачала головой, показывая, насколько считает глупым это предположение. Но остальные оказались не на её стороне. Все, кроме Минхо, Томаса, Ньюта, Уинстона и ещё двух ребят, разразились одобряющими криками. Кейтлин не могла это терпеть. Её переполняла злость. Она встала с бревна, на котором сидела и высказалась: — Какие вы глупые! Черт, даже шанку ясно — оставаться здесь — верная смерть. И мы либо умрём от голода, либо замёрзнем нахрен! — С каких пор ты употребляешь слово «шанк»? — Заткнись, Ньют, — отмахнулась девушка и, раздражённая, пошла прочь, прочь от глейдеров, потому что хотелось ударить кого-нибудь, а это запрещено правилами. Кейтлин побежала в лес. В то место, где соединяются две стены и где лежат два одеяла Томаса. За ней кто-то увязался, но девушка не обращала внимания и просто шла. — Кейтлин! — крикнул кто-то позади неё. Голос она узнала сразу. — Томас…- пробубнила себе под нос девушка и остановилась. Парень подошёл к ней поближе и, положив ей руку на плечо, сказал: — Эй, ты чего? Мы найдём способ переубедить их. Тем более, твоя…речь переманила пару людей на нашу сторону. Лина вздохнула. Как же ей надоела жизнь в Глэйде. — Ясно… Ясно, — больше она ничего не смогла сказать. И тут в голову пришла идея. А не рассказать ли Томасу о своих снах? Ведь у него то же самое, что у неё. Сны-воспоминания. — Томас, нужно поговорить. Парень кивнул и, взяв девушку за руку, повёл её к своему местечку у стены. Они сели и начался разговор. Кейтлин пересказала весь свой странный сон от начала до конца. Рассказал о девушке, которая не первый раз произнесла фразу «Мы ведь ещё увидимся, да?». Не забыла и упомянуть о том, каким безразличным было лицо Томаса, когда перед ним сидела, заливаясь слезами, Лина. — Чёрт… Я работал на ПОРОК, это ведь… — Что? На какой «порок»? Парень повесил голову. Очевидно, он держал это в тайне, а теперь проболтался. Но, раз девушка открылась ему, он обязан был сделать то же. — Мне ведь снятся сны, ты знаешь, и в каждом из них я слышу фразу «ПОРОК — это хорошо», но, если честно, сомневаюсь, что ПОРОК действительно хороший. Это слово расшифровывается, как «Программа Оперативного Реагирования «Общемировая Катастрофа». В общем, это Создатели Лабиринта и этих экспериментов. — ПОРОК, говоришь… ПОРОК, — девушку вдруг осенило, от мгновенного прилития радости она вскочила с места и крикнула: — ПОРОК! Боже, в этом слове пять букв! И оно развешано по всему проклятому Лабиринту, это же очевидно! Все таблички гласят «ЭТО ПОРОК». Всё проще, чем кажется, Том! Томас тоже подскочил на ноги и широко улыбнулся: — Возможно, ты права. Завтра утром мы с Минхо попробуем ввести код, — парень так сильно обрадовался, возможно, разгаданному коду, что обнял Кейт и быстро побежал прочь рассказать всем новость.