"Улитка"

Ключи летят на пол, едва две пары ног переступают порог квартиры. Отстранившись друг от друга, один из мужчин, а именно Дмитрий Ларин, закрывает входную дверь, тяжело дыша. Покончив с этим, он повернулся к своему любовнику, и его в тот же миг прижимает к себе пара теплых, сильных рук, и, прижав к стене, его жадно целуют, отрезая совершенно все пути к отступлению. В ответ, Дима зарывается ладонями в мягкие, темные кудряшки Юры, отвечая. Мычит в поцелуй, чувствуя, как ладони ложатся на ягодицы, сдавливая. - Идем в спальню, - выдыхает Дима, оторвавшись от столь желанных губ. - Бля, нет, давай здесь, - Юра сильнее сдавливает ягодицы, желая получить в ответ стон и кивок в знак согласия. Но Ларин лишь закусывает губу и, хватая Хованского за руку, ведет за собой. - Я целый день не видел тебя, и ты предлагаешь мне поебаться в коридоре? И не стыдно тебе, Юра? - говорит он, усаживая кудрявого на кровать, а сам садится между разведенных ног, утыкаясь носом в ширинку. Довольно мурлычет, словно кот, и, придерживая бедра руками, хватает собачку молнии ртом, смотря Юре прямо в глаза. - Ах ты ж шлюшка, - выдыхает Хованский, откидывая голову назад. Ларин довольно усмехается, расстегивая пуговицу на брюках Юры, и спускает их вниз, оставляя болтаться на лодыжках. Посмотрев на бугорок в боксерах, Дима хищно облизывается, целуя его. В ответ он слышит гортанный стон, а так же чувствует руку, зарывшуюся в волосы. Высунув язык, Дима начал лизать член, при этом довольно причмокивая. Желая почувствовать на языке вкус Юры, критик нетерпеливо срывает трусы и с наслаждением зарывается носом в волосы на лобке, чуть поглаживая головку большим пальцем. - Да возьми ты его уже в рот, черт тебя дери! - рычит Юра, отстраняя Диму и приставляя к его рту сочащуюся головку члена. Ларин в тот же миг слизывает вязкую субстанцию, а после берет член в рот, заглатывая чуть ли не до основания. Рвотный рефлекс был развит у него плохо. В тот же миг, Хованский давится своим же хриплым стоном, и, не желая больше ждать, хватает любовника за волосы, удерживая его голову в одном единственном положении, и начинает вдалбливаться в глотку, смотря в зеленые глаза, похотливо взирающие в его. Двигая языком, Дима с наслаждением мычит, чувствуя член, так неудержимо врывающийся в его собственный рот. Черт, Дима любит сосать. Он действительно очень любит сосать, доказывая это раз за разом, мастерски отсасывая Юре. На вопрос: "Где ты этому научился?" он ничего не отвечает, предпочитая оставлять это в секрете, хотя сам при этом вспоминает, как он этому научился... Однажды, он проявил интерес к бананам, спокойно лежащим у него на кухонном столе. Он тогда как раз думал на тему гомосексуализма, и его интересовал вопрос, касаемый именно орального секса. И, не сдержавшись, критик взял банан, думая, как правильно это делать. Тогда, он решил воспользоваться ресурсами интернета, и тут понеслось... Вспомнив этот период своей жизни, Дима заржал, совершенно забыв, чем сейчас занимается. Подавившись и выплюнув член, Ларин потянулся губами к ничего не понимающему Хованскому, желая получить поцелуй. И он его получает, при этом трясь своим пахом о его. Юра недовольно шипит, чувствуя членом жесткую джинсу. - Сними джинсы, блядь! Ты меня так кастрируешь, придурок! Дима усмехнулся. - Кастрировать я тебя в любом случае не собираюсь. А кто меня тогда трахать будет? - и он обхватывает фаллос Юры ладонью, начиная двигать рукой вверх-вниз. Зло оскалившись, Хованский шлепнул Диму по ягодицам, начиная стягивать со столь аппетитной попки джинсы. Стянув эту часть гардероба, Юра заглянул любовнику в глаза. - Я хочу кое-что сделать. Ты только не нервничай... С этими словами Хованкий слез с кровати и прошлепал босыми ногами до своего планшета. Взяв его, он направился обратно. Положив планшет на прикроватную тумбочку, Юра потянулся к Ларину. Нежно поцеловав недоумевающего любовника, кудрявый приставил к его губам указательный палец и прошептал в самые губы: - Ш-ш-ш... Тише... Дай мне насладиться этим моментом... И Юра нажал "play". Почтальон несет письмо Маленькой улитке. Но не может отыскать Он ее калитки. Подскажите, как найти. Не стоит на месте. Что за адрес, где искать? Мы поищем вместе. Говорят, видали тут, Или там, иль рядом. Вон за лесом, за рекой, Или же за садом. Где ромашки, васильки, Где-то проползала, Только как письмо вручить, Нам не подсказала. И растерян почтальон, Где же адрес точный. Где же дом ее стоит Утром, днем и ночью? Ты, улитка, где живешь? Что от всех скрываешь? Разве писем от друзей Ты не ожидаешь?.. - Улитка, улитка, где теперь живешь? Улитка, улитка, как тебя найдешь? - подпевал пьяный в дрободан Хованский. - Ну же, Дима, спой со мной, блять! - и, потянувшись руками к паху Ларина, стащил с него трусы, напевая: - Улитка, улитка, улитка!.. Юра развел бедра критика руками, склоняясь к паху. Подув на твердый член, Юра облизнул головку, слыша приятный для слуха стон. Гаденько усмехнувшись, Хованский оставил гениталию в покое, и склонив голову чуть ниже, уткнулся носом в маленькую, чуть подрагивающую дырочку сфинктера. Юра пропел: - Ты, улитка, где живешь?.. - и проник языком в ложбинку. Дима вскрикнул, получая до одури приятные ощущения, после чего произнес: - Юра, ты... Больной ублюдок... - он приставил ладонь ко рту, пытаясь заглушить громкие стоны, прогибаясь в спине на встречу теплому, мокрому языку. Схватив Хованского за волосы, он прижал его лицо ближе к попке, желая получить больше умопомрачительных ощущений. И он их получил. И закричал от восторга. - Боже, Дима, ты течешь, как последняя сучка. А ведь мы не занимались этим всего лишь с утра... - прошептал Юра, отрываясь от столь занятного дела. Приставив два пальца к губам Димы, он сжал его член, и начал его надрачивать, приговаривая: - Улитка, улитка, улитка... Ларин, не сдержавшись, взял пальцы в рот, заглатывая их. Простонав, он потерся своим пахом о бедро Юры, желая продолжения банкета. - О, так хочешь меня, сладенький? - прошепелявил Хованский, вводя в анус пальцы. - Как ты меня жадно принимаешь... Так соскучился по моему члену? - Юра ухмыльнулся, начиная двигать пальцами, не давая Диме, собиравшемуся что-то сказать, сделать это. Раздвигая стенки ануса пальцами, Юра напевал все ту же детскую песенку, смотря в зеленые глаза Димы. Тот же, ничего не соображая от нахлынувших ощущений, томно смотрел в глаза любовника, умоляя одними лишь глазами взять себя прямо сейчас. - Ну хорошо, хорошо. Твоя взяла. - Юра вытаскивает пальцы, а в следующее мгновение Дима чувствует скользкую от естественной смазки головку члена партнера, нависнущего над ним. Секунда, и она оказывается глубоко в нем, наполняя собой без остатка. Все то, что помнит в последствии Ларин, так это таранящий его член, да мелодия треклятой "Улитки".