День девятый
31 декабря 2013 г., 02:52
Первое, что увидел Минхо, проснувшись, — сонное личико Тэмина. Минхо с обожанием рассматривал его, ловя каждую деталь. Длинная рыжеватая чёлка почти закрывала глаза, отчего Тэмини забавно щурился и чему-то сладко улыбался во сне. Минхо подумалось, что он уже давно не видел его искренней улыбки. Когда Тэ не знал, что за ним наблюдают, он был мрачным и подавленным, а когда в его поле зрения маячил кто-то из хёнов, то выглядел ненормально возбуждённым и то, что пытался изобразить, даже отдалённо не напоминало тот внутренний свет, который исходил из него раньше. Минхо не понимал, в чём причина этих перемен, но ему это не нравилось.
Пижама Тэмина задралась во сне, и под ладонями Минхо ощущал тоненькую талию. Горячая нежная кожа будоражила воображение. Минхо невыносимо хотелось дотронуться до бархатистой щёчки Тэмина, погладить его по растрёпанным волосам или провести подушечкой пальца по приоткрытым губам, но он лишь аккуратно высвободил руку и с сожалением отстранился, чувствуя прилив крови к стратегически важным местам.
Минхо вылез из постели и поёжился — без Тэмина стало зябко и неуютно. Он кинул нежный взгляд на свернувшийся в его кровати тёплый комочек, отозвавшийся трогательным подсасыванием, поправил на нём одеяло и, убедившись, что тот по-прежнему крепко спит, поплёлся в ванную устранять утренние проблемы самостоятельно.
***
Минхо уже пару дней лелеял надежду выловить Кибома наедине и поговорить о более чем странных выходках Тэмина, но либо времени не хватало, либо он нарывался на Ки в таком расположении духа, что только огребал люлей. Сегодня же, наконец, представилась такая возможность. Судя по звукам, из хёнов встал только Кибом и тихонько чем-то гремел в кухне. Как и ожидалось, Дива в своём розовом фартуке, мурлыча себе под нос какую-то песню, самозабвенно протирал подоконник. Стараясь не шуметь, чтобы не привлечь внимания остальных, которые мигом подтягивались на шум из кухни, Минхо тихонько подошёл к нему и поздоровался: — Доброе утро! — Он старался говорить тише, но в сонной тишине дома это разнеслось громогласным рокотом. Кибом, испугавшись, подпрыгнул. — Ты меня до инфаркта доведёшь! — Он обернулся, прижимая руку к сердцу. — Что ты тут забыл так рано? Минхо в примирительном жесте поднял руки вверх. — Извини, не хотел пугать. — Он уселся на стул и протянул было руку к лежавшим на столе свежим булочкам, но, решив не сердить Кибома раньше времени, опустил её. Лучше потерпеть до завтрака. — Мне с тобой поговорить надо. — Ну так говори. — Развёл руками Кибом и вернулся к прерванному занятию. — С Тэмином что-то происходит. По-моему… Он боится меня, — наклонившись в его сторону, словно собираясь поведать страшную тайну, сообщил Минхо. — Что за бред? — возмутился тот, смешно сморщив нос, и ловко смахнул пыль. — Он стал агрессивным, — на полном серьёзе продолжил Минхо. — И ко мне враждебно настроен. — С чего бы? Ты его чем-то обидел? — Кибом угрожающе сощурил глаза. За своё дитё он готов был порвать кого угодно. — Не знаю, — потерянно вздохнул Минхо. — По-моему, нет. Кибом мигом оттаял и задумчиво побарабанил пальцами по столешнице. — Тогда и не переживай понапрасну. — Он похлопал Минхо по плечу. — Он подросток. Для них нормально быть немного агрессивными, — напуская умный вид, заключил Кибом, будто сам был намного старше. — Не выдумывай. — Я не выдумываю! Говорю тебе, тут что-то другое. Он ведёт себя… странно. Кибом отложил тряпку и внимательно посмотрел на него. — Странно? — Не знаю, как объяснить. Можешь мне не верить, но... Я просто чувствую, что что-то не так. — Минхо глубоко вздохнул, огляделся и, притянув Кибома ближе, перешёл на доверительный шёпот. — Ну уж ты-то знаешь о моих чувствах к нему. Мне кажется, Тэмин тоже об этом узнал, или догадался, не знаю… а теперь боится меня, какие-то подлянки устраивает. — Этого не может быть, — возразил Кибом. — Согласен, он взвинченный немного, но я не думаю, что это связано с тобой. — Может. Он всячески меня изводит. Измазал мне спину какой-то гадостью, что я почти неделю не мог раздеться; любимую рубашку испортил, во время завтрака меня тогда кофе ошпарил. Всего как-то слишком много для случайности. А сегодня ночью, когда сломалось отопление, — Минхо понизил голос до почти беззвучного, — он мне между ног врезал. Я уже не говорю о том, что он в последнее время спит беспокойно: ворочается целыми ночами, стонет во сне, просыпается и периодически куда-то отлучается. Я уже волноваться стал. — А мне что прикажешь делать? Снотворного ему купить? — усмехнулся Кибом. — Может, посоветуешь что-нибудь? Ты же у нас самый умный. — Могу посоветовать поговорить с ним. Спроси у него напрямую, чем мучиться догадками. Ки продолжил уборку, уже не глядя на поникшего Минхо. — Мино, просто поговори с ним. — Слыша за спиной разочарованный вздох, смилостивился Кибом и, тепло улыбнувшись, снова похлопал его по плечу. — Уверен, ты преувеличиваешь. Знаешь же — у страха глаза велики. Тэмин любит тебя. Как и всех нас. — Хотелось бы. — Минхо выдавил из себя улыбку и поплёлся в свою комнату, понимая, что придётся разбираться с разбушевавшимся маннэ самому.***
Тэмин с досадой саданул ногой по кровати Минхо и тут же скривился от боли в ушибленной лодыжке. Вот же дурацкая кровать! Пользуясь тем, что Минхо куда-то вышел, Тэмин вот уже полчаса ползал вокруг неё и всеми доступными методами пытался вывести из состояния трудоспособности. Достал даже пилу и молоток для свершения своих коварных планов. Так или иначе, но он заставит хёна спать с ним! Однако подлая кровать оказалась достойным противником и, будто насмехаясь над его попытками её уничтожить, гордо стояла на своих четырех ножках. — Ах так, да? — прошипел Тэмин, крепче сжимая в руках инструменты. — Значит, не хочешь по-хорошему? Тогда держись... Претворить угрозу в действие он не успел — щёлкнул замок, отпираясь. Тэмин подскочил на месте и развернулся на источник звука. На пороге застыл ошарашенный Минхо, переводя непонимающий взгляд с Тэмина на инструменты в его руках и обратно. После всего произошедшего маннэ с режущими предметами в руках выглядел по меньшей мере устрашающе. — Хён, — позвал Тэмин, незаметно от него шаркая ножкой, намереваясь скрыть следы преступления и сметая опилки под кровать. Закончив, он неуверенно улыбнулся и сделал пару шагов навстречу, сжимая в руках инструменты. Минхо сглотнул, инстинктивно дёрнулся и отступил на шаг, сразу утыкаясь в коварную дверь, так неожиданно и подло упирающуюся в спину. По виску скатилась капля пота, в горле пересохло, а угроза в виде приближающегося маннэ неотвратимо надвигалась. От ощущения тёплого дыхания на щеке Минхо передёрнуло. — Т-тэмини... Опусти пилу и молоток. Пожалуйста, — просипел он, в конце срываясь на полупридушенный писк. Тэмин похлопал ресничками и снова шагнул навстречу. Минхо зажмурился. Он понимал, что бояться Тэмина глупо, но ничего не мог с собой поделать. — Тэ, опусти инструменты, — повторил он. — Прошу. Гипнотизируя Минхо взглядом, Тэмин положительно кивнул и, восприняв просьбу буквально, разжал кулаки. Минхо даже не вскрикнул, когда молоток приземлился ему на ногу. Звуки не были способны передать спектр его ощущений. Он просто покраснел, закусил губу, а перед мокрыми ресницами закружились противные мелкие звёздочки. Он не знал, как выглядел со стороны, но перепуганный Тэмин отступил к кровати и помалкивал, прижав ко рту ладони и хлопая глазами. Когда звёзд перед глазами поубавилось и Минхо смог что-то рассмотреть вокруг, он глубоко вдохнул, наконец вспомнив, как это делается; трясущимися руками подобрал с пола пилу и молоток и похромал за дверь, озираясь по сторонам. — Куда бы их спрятать понадежнее? — приговаривал он себе под нос, с надеждой разглядывая антресоли. — Может, для верности ещё и кухонные сюда закинуть? Он вскинул голову, будто вспомнив что-то, и добавил: — И вилки с палочками.***
Было уже поздно. Репетиция относилась к разряду полностью выматывающих, но только не для Минхо, который сидел в углу с перебинтованной ногой и наблюдал за танцующими мемберами со стороны. Перед последним заходом он выцепил в отражении едва держащуюся на ногах стройную фигурку Тэмина. Сегодня тот занимался с каким-то остервенением, словно вымещая внутреннюю злость, и даже во время перерыва повторял какие-то связки. Минхо задумался. Неужели Тэ в самом деле сердился на него из-за чего-то? Неужели смог разгадать его чувства и теперь ненавидит его? Минхо ведь так старался избегать его в попытке отвести от себя подозрения, так боялся напугать. А что в итоге? Уже сидя в машине на заднем сидении и глядя на притихшего Тэмина, он думал, что Кибом был прав: им надо поговорить. Как можно скорее. Выяснить, почему Тэ такой злой, попытаться наладить отношения; если понадобится, попросить прощения или заверить, что никогда не тронет его против его воли. Последняя мысль отозвалась неприятным щемящим чувством в районе сердца. Когда на его плечо опустилась голова со взлохмаченной каштановой копной волос, Минхо вздрогнул. Не удержавшись от искушения, он провёл рукой по пухленькой щеке Тэмина и завёл за ухо прядь волос, упавшую ему на лицо. Пушистые ресницы дрогнули, но Тэмин не проснулся и лишь плотнее прижался к плечу Минхо, что-то бормоча во сне — его губы едва заметно шевелились. Минхо смотрел на него и не мог налюбоваться. Каким же Тэмини был хорошеньким, когда спал. Как ангелочек. И не скажешь ведь, что временами в нём просыпается истинный Люцифер.
