E X I T

E X I T — читает Тэхён. Намалёвано ярко-красной краской прямо на осыпающейся кирпичной стене. Ниже чёрным с подтёками (Тэхён думает, что нарочно) и мелко так, что ему приходится подойти ещё на два шага: does not exist. Тэхён осматривает стену и ни секунды в этом не сомневается. Она крепкая, хоть и сыпется, и высокая, конца не видать, как Тэхён ни старается. Он стучит пальцами по ней: глухо так, тук-тук, кто там, эй, пустите, пожалуйста. Ну пожалуйста. Никто не отзывается, конечно, только надпись сияет всё ярче. У Тэхёна в глазах рябит. Костяшками пальцев тоже стучит. Кулаком потом. Никакого толку. Exit does not exist, смирись, Нам Тэхён. Ему бы хотелось иметь с собой баллончик с краской. Или мел, или маркер, или что угодно, чем можно оставить свой след в истории. N A M T A E H Y U N — значилось бы на стене. Чуть пониже, буквами помельче, чтобы соблюдать стилистику: что? Какое-нибудь дурацкое: was here. died here? Вполне возможно, кстати. Не то чтобы Тэхён собирался умирать прямо сейчас, просто ему нравилась эта стена и перспектива остаться здесь навсегда — настолько навсегда, насколько позволит короткая человеческая жизнь, двадцать лет из которой он уже прожил. Он садится, прислоняясь к стене спиной. Подумав, снимает куртку, подкладывая под себя, потому что на земле холодно. Ещё бы тебе не было холодно, Нам Тэхён, в твоих рваных джинсах, в которых дырок больше, чем ткани. Зато в вязаном свитере, хоть и тонком, и в куртке, хоть и в кожаной с лёгким подкладом. Молодец, Нам Тэхён, ты такой умный. E X I T над его головой пылает закатом, костром инквизиции и всем, чем можно пожелать. Тэхёну нравится про костёр, но закаты он любит больше. Вот есть выход, которого нет, и наверняка есть вход, ведь как-то он сюда попал. Тэхён лениво думает, что это хороший вопрос. Раз. Он идёт по улице, в наушниках что-то играет фоном. Два. Город ослепительно ярок и оглушающе шумен; мимо проносятся машины и большие автобусы, спешат люди и перемигиваются светофоры. Три. Тонкая улочка (откуда она вообще взялась?) привлекает его внимание, он поправляет наушники (куда они делись?) и сворачивает. Тэхён смотрит вперёд, но ничего не видит. Где-то далеко-далеко впереди брезжит свет (в конце тоннеля — и, скорее всего, это мчащийся навстречу поезд), справа и слева — тоже глухие стены. Тэхён думает ещё немного и начинает по новой. Раз. Он выходит из дома, собираясь съездить к девочке из университета, с которой взялся выполнять проект. Два. Город ярок и шумен, а у него немного болит голова, потому что вчера праздновали чей-то день рождения. Три. В автобусе ему душно, а от женщины рядом разит духами так, будто она вылила целый флакон, два, три флакона, приняла ванну из этих проклятых духов. Четыре. Его клонит в сон, он вернулся вчера — сегодня — поздно и плохо выспался. «Выход…» — механический голос что-то бубнит. EXIT — цепляется взгляд за надпись. does not exist, Нам Тэхён, просто запомни это, d o e s n o t — это конечная. Эй, парень, вообще-то конечная остановка, давай просыпайся. Ты всё проспал, Нам Тэхён, и что за чертовщина тебе снилась? «Выхода нет» — отмечает он в голове, чтобы затем записать. Двери автобуса раскрываются перед ним.