You are Mine

      Глава 22. Первый шаг к восстановлению       POV Джи Ён:       Первые несколько дней после того, как Сын Ри проснулся, он не позволял мне даже выходить из комнаты. Единственное: я мог оставить его, когда он спал, поэтому я использовал эту возможность, чтобы принять душ. Тем не менее, я был рад, что он не отталкивал меня, как делал со всеми остальными, даже со своим лучшим другом, но это было также немного проблематично. Ему потребовалось три дня, чтобы позволить медсестре прикоснуться к нему. Он отказался говорить с нашим психиатром, что сделало его психическое восстановление довольно сложным. После второго дня он снова начал улыбаться, говорил мне, что он в порядке, но я знал, что это не так. Всякий раз, когда я позволял своим рукам перемещаться выше его локтя, он паниковал, его глаза расширялись, дыхание становилось коротким и руки начинали трястись. Но, несмотря на это, он отказался говорить о том, что произошло. После четвертого дня ему разрешили вставать с постели.       — Просто ходите медленно и не слишком много. Используйте эту возможность, чтобы принять душ. Я специально сказал медсестре не помогать вам мыться, но для вас действительно очень важно сейчас быть чистым. Пусть GD-ши поможет вам, если вы не хотите нашей помощи, — объяснил врач. — И, пожалуйста, пересмотрите своё мнение о разговоре с психиатром.       Сын Ри нахмурился, медленно поставил свои ноги на пол, всё ещё сидя на краю кровати.       — Доктор, я в порядке. Мне не нужен психиатр, —улыбнулся он, но доктор покачал головой.       Перед тем как уйти, он выразительно посмотрел на меня. Я знал, что должен был заставить Сын Ри поговорить с кем-то. Он не мог просто держать всё в себе, как и не был способен справится с этим сам. Но, прежде чем я смог хорошо обдумать это, он попытался встать, но ноги были ещё слишком слабыми и не выдержали. Так быстро, как только мог, я схватил обе его руки и попытался сделать так, чтобы парень опирался на меня. Вместо этого он упал на кровать и вздохнул, но не выпускал моих рук.       — Ты в порядке? — спросил я, волнуясь, на что Сын Ри просто улыбнулся.       — Да, я просто немного отвык.       Он глубоко вздохнул и попытался снова. На этот раз Панда поддерживал себя моими руками, так я помогал ему сохранять равновесие. Внезапно, наши глаза оказались на одном уровне, и я действительно пока не привык к этому.       — Можешь стоять сам?       — Думаю, что да, спасибо, — сказал он и медленно отпустил мои руки.       На шатающихся ногах Сын Ри осторожно сделал несколько шагов, но спустя минуту выглядел так, будто снова собирался упасть. Я слегка улыбнулся и снова предложил свою руку, которую он взял довольно-таки охотно. С тех пор, как он проснулся, ему было странно комфортно рядом со мной, пока я не прикасался к нему слишком настойчиво. Если быть справедливым, я тоже изменился и был очень нежным по отношению к нему. Не мог по-другому, когда он был таким хрупким как физически, так и психически.       — Ты не использовал свои ноги в последнее время. Конечно, твои мышцы сейчас не способны на такие подвиги.       — Наверное, — вздохнул он, поддерживая свой вес, опираясь на мою руку.       Было не очень комфортно держать его вес только одной рукой, но я также знал, что он не позволил бы мне прикоснуться к нему по-другому. Но он не смог держать всё это в себе. Панде было необходимо поговорить об этом так или иначе. Осторожно я обернул свою руку вокруг его талии и сразу же почувствовал, как он вздрогнул и захотел отступить, его глаза расширились в панике.       — Н-не трогай меня там, пожалуйста, — пробормотал он, заикаясь.       Тем не менее, я не отпустил. Я не хотел давить на него так, но он должен был, по крайней мере, признать, что не был в порядке.       — Сын Ри-я. Ты не в порядке. Я знаю это, так что не притворяйся, что всё хорошо, — сказал я довольно тихо, ища его глаза, но он просто смотрел на мою руку.       — Отпусти меня, — умолял он.       — Если я отпущу тебя, ты упадёшь, — пытался я объяснить и отвлечь, но он начал двигаться, пытаясь сбросить мою руку.       Видя, как он начал паниковать, я вздохнул и вернул его к кровати, посадив на край, и сел рядом. Медленно он начал успокаиваться и через минуту выглядел снова расслабленным.       — Тебе нужно поговорить с кем-то о том, через что ты прошёл. Если не хочешь говорить с психиатром, поговори с кем-то ещё. Ты не можете держать в себе такие вещи. В этом нет ничего хорошего, — снова попытался я достучаться до него — Мне очень жаль, что всё это случилось с тобой, и я просто хочу, чтобы тебе стало лучше, поэтому, пожалуйста, поговори с психиатром.       Некоторое время он молча смотрел на свои руки и запястья, которые до сих пор были опухшими, но они уже зажили.       — Я… я не могу говорить об этом. Я не хочу, — прошептал он.       Осторожно я взял его за руку, но на этот раз он расслабился, а не вздрогнул.       — Разве ты не хочешь, чтобы тебе стало лучше?       — Конечно, хочу, но… — начал он, но стал задыхаться, и я видел, как слёзы наворачиваются в уголках его глаз.       Он выглядел таким напуганным, что я не мог давить на него дальше. Я встал, чтобы вызвать медсестру, но он остановил меня и посмотрел в замешательстве.       — Давай попросим стул, который сможем поставить в душе, так что ты смог бы сам помыть себя, и никто тебе не будет помогать. Согласен?       Его лицо немного просияло, и он кивнул. Когда он отпустил мою руку, я вышел из его палаты, ища медсестру, но вместо неё встретил Тэ Яна, который сидел снаружи у двери палаты.       — О, хэй, ты жив, — он усмехнулся, вставая, чтобы поприветствовать меня.       Покачав головой, я засмеялся и поздоровался с ним в ответ.       — Что ты имеешь в виду?       — Ты был в этой комнате так долго, что можно подумать, что это ты потерпевший.       — Ему спокойно в моём присутствии, так что я остаюсь с ним.       — И ты хочешь оставаться с ним, — усмехнулся друг.       — Проехали, я должен найти медсестру, — проигнорировал я его замечание.       — Как он? — спросил он, следуя за мной к стойке регистрации.       — Физически очень хорошо восстанавливается. Психически… — совсем нет. Я хочу, чтобы он поговорил с нашим психиатром, но он отказывается. Как и с другими. Не знаю, что ещё могу сделать. Я хочу помочь ему, но не знаю как.       — Я думаю, ему нужно время, — пробормотал он, и я просто кивнул.       Да, ему нужно время, но чем раньше он пытается столкнуться лицом к лицу со своими страхами, тем быстрее будет в порядке. Мы подошли к стойке регистрации, и я попросил медсестру принести стул, чтобы поставить его в душ. Подождав, пока она наконец принесёт его, мы вернулись в палату Сын Ри. Тэ Ян выглядел, будто хотел сказать мне что-нибудь, но хорошее самочувствие Панды было более важным в данный момент. Когда мы вошли в комнату, парень напрягся и выглядел немного напуганным, но, так как Тэ Ян держал дистанцию, смог смириться с его присутствием.       — Принёс стул, — сказал я и понёс его в ванную комнату.       Затем я помог ему встать и медленно, шаг за шагом, пошёл с ним в душ, посадив его на стул. Он с облегчением вздохнул, когда смог снова сесть. Я не хотел оставлять его одного. Здесь было очень скользко, и он мог упасть, но он не хотел начинать мыться, пока я находился рядом. Но потом я понял, что должен развязать его больничную рубашку, чтобы он смог полностью принять душ.       — Сын Ри-я, ты не против, если я расстегну твою рубашку? Я не буду прикасаться. Просто расстегну её и сразу же уйду.       Я посмотрел в его глаза, видя его секундную неуверенность, но потом тот кивнул, хотя заметно напрягся. Медленно я обошёл его и посмотрел на завязки. После чего предупредил его, что собираюсь начать, и расстёгнул завязки на больничной рубашке одну за одной. Я на самом деле ни разу не коснулся его кожи, хотя испытывал громадное искушение сделать это. Его светлая кожа выглядела такой мягкой, и я знал, какой нежной она будет под моими пальцами. Но так я бы напугал его, чего хотел меньше всего. Последний узел был как раз над его копчиком, и, чёрт, я мог видеть его зад. Покачав головой, я снова встал к нему лицом, схватил его на секунду за руку, прежде чем снова ушёл. Я закрыл дверь в ванную комнату и стал ждать, пока не услышал, как он включил душ. Затем я сказал медсестре, чтобы она заменила его простыни.       — Ты выглядишь таким домашним, это действительно интересно, — прокомментировал радостно Тэ Ян.       Я посмотрел на него, показывая, что мы должны выйти из комнаты на некоторое время, и он сразу же последовал за мной.       — Ты пришёл сюда, чтобы сказать мне что-то, не так ли? — спросил я, не обращая внимания на его комментарий.       Он вздохнул, признавая поражение.       — Да, я пришёл сюда, чтобы поговорить с тобой. По двум вопросам на самом деле. Первый из них касается предателя в нашей банде. Другой больше… личный.       — Скажи мне про более важный, — сказал я и усмехнулся, задаваясь вопросом, что он посчитает более важным.       — Ну… Я подозреваю кое-кого, кто может быть предателем. Мне жаль, но я не могу сказать тебе, кто это: приказ хёна, прости. Но чтобы подтвердить, это он или нет, скажи мне, кому ты говорил о своём новом питомце.       Это был трудный вопрос. Мало того, что эта миссия была очень давно, я к тому же никогда не запоминал таких деталей.       — Дай подумать. Дженни, конечно. Игорь, но он мёртв, так что я должен найти нового телохранителя для Сын Ри-я. В любом случае, ммм… хён, очевидно, знал об этом, его охранники, которые были там в то время. Но я думаю, что это всё.       Он вздохнул, разочарованный, потому что надеялся узнать больше, но потом я кое-что вспомнил.       — О, я напрямую не говорил с ним, но Маста Ву вошёл в офис хёна после меня, потому что он также получал новое задание.       Его голова мгновенно дёрнулась, а глаза засветились, и я понял, что дал ему ту информацию, которую он хотел.       — Реально? Он? Но он был лояльным членом банды на протяжении многих лет.       — Да, но пока хён не стал во главе.       Он был прав. С тех пор как Сын Хён стал главным, некоторые из старших членов банды действительно перестали вести себя так, как когда лидером был наш отец. Может быть, он был под влиянием SM. Это вызывало беспокойство, но это была его работа, так что я не стал вмешиваться. Плюс ко всему, у меня не было времени думать об этом. Я был слишком сконцентрирован на том, чтобы поставить Сын Ри на ноги, и также поручил некоторым нашим парням найти Джон Хёна.       — А что насчёт личного? — спросил я через минуту.       Он почесал затылок, смотря в сторону.       — Хё Рин пригласила меня на ужин со своим братом. Я отменял уже дважды, так что я не могу снова отказаться, но я не знаю, хорошая ли это идея…       — Это ужасная идея! Её брат — детектив! Что делать, если он был в одном из твоих баров, рыская вокруг, и увидел тебя там? Он работает над моим делом. Отмени это, — сказал я сразу, смотря на него со всей серьёзностью.       — Но она действительно хочет, чтобы я пошёл.       — Тем не менее, этот парень может знать наши лица. Что ты будешь делать, если он узнает тебя? Я думал, что она не была близка со своей семьёй.       — Это так, но она недавно помирилась со своим братом, поэтому он и попросил встретиться со мной.       — Что, если он увидит твою татуировку? Подожди, она знает о татуировке? Что, если он показывал её своей сестре? Блин, я только сейчас понял, насколько безрассудно, что ты с ней, — заметил я и был немного ошарашен. — Подожди, у вас уже был секс, да? Так что она уже видела её?       — Успокойся, Джи Ён-а. Я не думаю, что она знает о татуировке. И… ммм… она любит заниматься сексом в темноте, так что я не думаю, что она уже видела её.       Я не мог сдержать свой смех.       — Бедняжка, — я рассмеялся. — А если серьёзно, не встречайся с ним. Это слишком опасно.       — Я должен, думаю, я не могу отказаться, — вздохнул он.       — Ты хотел моё мнение. Вот оно. Не встречайся с ним.       — А я бы сказал встреться с ним, — раздался вдруг голос Сын Ри, и мы оба обернулись, увидев, как он стоит в дверном проёме.       Он был мокрым, его больничная рубашка была расстёгнута, и он едва мог держаться на ногах. Если бы я не знал, что он получил травму, нашёл бы его очень горячим, но вместо этого я похоронил эту мысль и подошёл ближе, предлагая помощь.       Сын Ри POV:       Сначала вода на моей коже обжигала. Это было похоже на иглы, колющие мою кожу, но медленно стало комфортно. Я вздохнул и просто наслаждался теплом в этот момент. Медленно я начал мыть себя. Двигаться всё ещё было трудно, потому что отлежал за это время мышцы. К счастью, раны заживали хорошо, так что я мог принимать душ самостоятельно. Не то чтобы я хотел позволить кому-то быть рядом со мной, так или иначе. Джи Ён обращался со мной очень нежно в последние несколько дней, что полностью не соответствовало его характеру, и я ценил это. Знаю, что не был в порядке, и он тоже это понимал, поэтому я был очень рад, что хотя он и убеждал меня поговорить с психиатром, но не заставлял меня. За последние несколько дней он действительно заботился обо мне, и странно: я на самом деле наслаждался его компанией. Как будто он полностью изменился. Я не чувствовал себя больше его домашним животным, а скорее казался другом, о котором он заботился. Я был уверен, что он сдерживался, когда его глаза иногда блуждали по моему телу. Они показывали, как он сожалеет обо всём, что случилось со мной, но было в них и желание, которое пугало меня. Всякий раз, когда я просто думал о ком-то, кто прикасается ко мне, я чувствовал, что задыхаюсь. Лицо Джон Хёна, который насиловал меня, начало всплывать в моей памяти, хотя я очень старался забыть о нём. Я ненавидел, что не мог справиться с этим. Джи Ён спас меня, и я был на 100% уверен, что он найдет и убьёт этого ублюдка. Тем не менее, у меня были почти панические атаки всякий раз, когда я думал о том, что произошло. Вздохнув, я попытался успокоиться, выключил душ и начал вытираться полотенцем так хорошо, как только мог. Я осторожно встал, чтобы надеть мою больничную рубашку, скользнув в неё, и сразу же опёрся на раковину, чтобы поддержать себя. Почти обессиленный, я посмотрел в зеркало, чтобы увидеть себя в первый раз после того, как был похищен. Волосы немного отросли, и показались мои чёрные корни, но не это привлекло моё внимание. Я выглядел ужасно. Мои естественные тёмные круги под глазами стали темнее, чем когда-либо, и последствия того, как Джон Хён толкнул меня на землю, были ещё видны. Я тут же задрожал, думая об этом. К счастью, я был отвлечен Джи Ёном, который повысил свой голос:       — Это ужасная идея! Её брат — детектив! Что делать, если он был в одном из твоих баров, рыская вокруг, и увидел тебя там? Он работает над моим делом. Отмени это, — сказал он в приказном тоне.       Её брат? Чей брат? Он разговаривал с Тэ Яном, поэтому, возможно, они говорили о его подруге? Джи Ён упоминал, что её семья работала в полиции. Я попытался закрыть рубашку, чтобы подойти к двери и послушать их разговор, но я не мог дотянуться до своей спины. Проклиная своё негнущееся на данный момент тело, я забил на это и попытался подойти ближе к двери. Мне потребовалось некоторое время, чтобы я мог наконец подслушать.       — Бедняжка, — Джи Ён засмеялся, и я задавался вопросом: они что сменили тему? Но потом он продолжил: — А если серьёзно, не встречайся с ним. Это слишком опасно.       Я был озадачен. Почему это было слишком опасно? Это был только её брат, не так ли? Конечно, он был детективом, но Тэ Ян должен был в конце концов встретиться с ним.       — Я должен, думаю, я не могу отказаться, — ответил тот.       — Ты хотел моё мнение. Вот оно. Не встречайся с ним.       В этот момент дверь поддалась под моим весом и открылась. В панике я решил опереться на дверной косяк. Теперь, когда дверь была открыта, я уже говорил, не задумываясь:       — А я бы сказал, встреться с ним, — сказал я, стараясь не казаться в ужасе.       Я был полностью в курсе, что моя больничная рубашка всё ещё была открыта, и если кто-то был бы позади меня, то он мог бы видеть всё, и я также знал, что мои колени вскоре не выдержат, потому что я был слишком обессилен, чтобы стоять на ногах. На секунду я посмотрел на Тэ Яна, который выглядел смущённым, но потом мои глаза обратились к Джи Ёну, и его взгляд послал дрожь по моей спине. Он смотрел на меня голодными глазами, сканируя моё тело сверху вниз, и, хотя я знал, что он не будет ничего делать, мне стало некомфортно. Я сглотнул и попытался держаться за дверную рамку как можно сильнее. Наконец его взгляд изменился, и он выглядел обеспокоенным, затем подошёл ко мне, протягивая руки и давая мне решить, хочу я его помощи или нет. Охотно я взял его за руки и позволил отвести меня к кровати. С облегчением я сел на её край.       — Я должен идти, — сказал Тэ Ян, вероятно, видя моё лицо, которое показало ему, как некомфортно мне рядом с ним, особенно когда моя рубашка всё ещё была не застёгнута.       — Тэ Ян-и… — Джи Ён остановил его и развернул, чтобы посмотреть на него. — Если ты будешь встречаться с ним, то не обедайте в её или его доме. Идите в ресторан, который тайно принадлежит нам, чтобы у тебя была возможность скрыться, если он узнает тебя.       Он кивнул, поблагодарил друга, успокаивающе улыбнулся мне, а затем наконец вышел из комнаты. Я расслабился и закрыл на секунду глаза. До сих пор не привык к другим людям, кроме медсестры, Дэ Сона и Джи Ёна, рядом со мной. Сын Хён, который сопровождал Дэ Сона однажды, оставался за пределами комнаты, так что я едва видел его.       — Ничего, если я снова застегну твою рубашку? — спросил меня Джи, и я просто кивнул, стараясь сохранять спокойствие. — Ты можешь повернуться немного?       Медленно я выполнил его просьбу и ждал его застёгивающего прикосновения. Закрыв глаза, я пытался дышать нормально, но не смог не напрячься. Это отчасти парадоксально, что раньше, когда я не ждал его прикосновений, на самом деле получал от них удовольствие, а теперь, когда он не осмеливался идти против моей воли, я боялся этого. Он удивил меня, прикоснувшись к коже на моей спине, и я инстинктивно вздрогнул, чувствуя лёгкую боль в животе из-за моих ран.       — Прости, — извинился парень сразу же.       — Я… я в порядке. Ты не хотел намеренно напугать меня, — пробормотал я. — Просто застегни остальную часть, пожалуйста.       Он закончил и встал с кровати, садясь на стул рядом. Некоторое время было тихо, и я подумал, что лучше снова лечь. Примерно через пять минут Джи Ён заговорил:       — Тебе не станет лучше, если ты будешь всё держать в себе, — сказал он спокойно. — Я просто хочу, чтобы тебе стало лучше, ты же знаешь это?       — Я… знаю. Это не так просто, как звучит, — пробормотал я, натягивая одеяло, пока оно почти не скрыло моё лицо.       Я не хотел признавать всё, что случилось со мной, или всё, во что вовлечены мои чувства, если быть честным. Моё эмоциональное состояние было разодрано в клочья, но, пока я не вспоминал тот день, всё было в порядке.       — Давай заключим сделку. Я не буду больше беспокоить тебя этим, но, как только твоё тело заживёт, ты пойдешь к психиатру. Согласен?       Вздохнув, я посмотрел на него, некоторое время изучая выражение его лица. Он выглядел искренним и обеспокоенным, смотря на меня ласковым взглядом. Когда я смотрел в его тёмные глаза, они снова загипнотизировали меня, и по какой-то причине я доверился его словам. Медленно я кивнул, согласившись на его предложение. Он улыбнулся и взял меня за руки, снова рисуя успокаивающие круги.       — Тэ Ян-и сказал, что я кажусь таким домашним по отношению к тебе, — он усмехнулся, и мгновение я не понимал, разговаривал он со мной или сказал это для себя.       — Ну… по сравнению с тем, как ты вёл себя раньше, вроде как да.       Он поднял свои глаза, и их цвет тут же изменился. Он смотрел с вызовом секунду, но потом глаза снова стали спокойными.       — Ты предпочитаешь, чтобы я был жёстким к тебе? — спросил он ехидно, знакомая самодовольная ухмылка проявилась в уголках его рта.       — Нет, 100% нет. Так намного лучше, — я покачал головой, и он сжал мою руку немного сильнее.       — Я знаю, не волнуйся. Я бы не посмел быть жестоким к тебе прямо сейчас, — он улыбнулся, и вновь я был поражён, насколько сильно он изменился.       Раньше он никогда не улыбался мне так и никогда не был так нежен со мной. Меня волновало, почему он вдруг так сильно изменился. Конечно, я был этому рад, но просто не мог понять почему. Было похоже, что его стены, которые он воздвиг вокруг себя, внезапно исчезали, когда он смотрел на меня. Но, видимо, он просто вёл себя так рядом со мной. Что изменилось, что он открылся так сильно? Было ли это потому, что я, его питомец, по его мнению, подвергся насилию из-за него и он баловал меня, пока я не поправлюсь, и затем он может быть снова мудаком? Я просто не мог понять его, но прямо сейчас не хотел загружать себя этими мыслями. На данный момент я решил просто наслаждаться этой странной, но очень нежной его стороной.       На следующий день я проснулся в пустой палате. У меня снова был кошмар, но я почти привык к ним. Его не было здесь. Жалюзи были уже открыты, позволяя солнцу светить на моё лицо. Ворча, я немного сместился и почувствовал, насколько лучше мне было. Обычной боли почти не осталось, и я подумал, что они увеличили количество обезболивающих. Немного смутившись, я сел, чувствуя голод. Это был первый раз, когда я действительно чувствовал себя голодным с тех пор, как я проснулся в этой больнице. Это был хороший знак, не так ли? Я как раз собирался позвать медсестру, чтобы принести мне еду, когда услышал два знакомых голоса. Один из них был Джи Ёна, но другой удивил меня больше. Это была Дженни. Я не ожидал, что она придёт, так что это был приятный сюрприз. Как ни странно, я не чувствовал себя некомфортно, когда думал о том, что она будет в этой комнате. Сначала вошёл парень, смотря немного удивлённо.       — Ты проснулся! Это очень даже хорошо, — улыбнулся он. — У меня есть сюрприз для тебя.       — Дженни здесь, — сказал я, ухмыляясь в ответ, наслаждаясь тем, как его улыбка сошла с лица, потому что сюрприз был испорчен.       — Ты слышал, как мы пришли, да? — спросил он раздражённо, и я довольно кивнул.       Затем вошла и Дженни, но остановилась в дверях, смотря на меня осторожно.       — Ничего, если я подойду ближе? — тихо спросила она, и я улыбнулся от её вежливого голоса.       — Иди сюда, — снова улыбнулся я, показывая, что она должна подойти к моей постели.       Она тоже улыбнулась, подходя и садясь на край кровати, держа в руках сумку, и тут же мои глаза расширились, когда она открыла её.       — Я принесла еду, — с гордостью сказала она, пододвигая прикроватный столик к моим ногам, выкладывая на него еду, которую принесла.       — Дэбак, Дженни. Хотя я наконец-то голодный, не думаю, что я могу съесть всё это, — смеялся я, еле сдерживая слюнки.       — Не волнуйся, я помогу. Я не имел возможности есть еду Дженни некоторое время, потому что был здесь с тобой, так что не мечтай, что это только для тебя.       Как только она закончила всё выкладывать, все мы начали есть. Я практически чувствовал, что мы вернулись в нашу квартиру. Так или иначе, рядом с ней мне было комфортно. Так же, как тогда, когда я ещё был прикован к стене в своей комнате. Было сюрреалистично думать, что я был принуждён к той жизни, как сейчас, но я не мог представить, что бы было, если бы я не встретил Джи Ёна в тот день. Когда я думал об этом, то, вероятно, я был бы уже мёртв, потому что те отморозки, которые хотели меня изнасиловать, наверное, убили бы меня после того, как закончили бы со мной. Технически я обязан ему своей жизнью. Дважды.       — Так, я слышала, что ты быстро идёшь на поправку, — прервала девушка мои размышления.       Всё ещё жуя, я кивнул.       — Да, и медленно я действительно чувствую, что мне становится лучше. Боль почти прошла.       — На самом деле? Ты уже сказал это врачу? — спросил Джи Ён, но я покачал головой. — Тогда я сейчас пойду и скажу ему. Может, он сможет уже выписать тебя.       Сказав это, он встал и как раз собирался выйти из комнаты, но снова повернулся, смотря на меня беспокойно.       — Ты будешь в порядке, если я оставляю вас наедине?       Я бы даже не заметил, если бы он ничего не сказал. Как правило, я не чувствовал себя комфортно наедине с другими людьми, но с Дженни я просто чувствовал себя нормально. Нет, это не было странно, просто необычно.       — Да, я в порядке, не беспокойся обо мне, — заверил я его.       Немного осторожно он задержал на секунду свои глаза на мне и потом ушёл. Как только он вышел, Дженни начала хихикать, что чуть не подавилась кимбабом.       — Что смешного?       — Не то чтобы особенно смешно… просто так… странно видеть его таким… таким…влюблённым.       «Вот опять. Дэ Сон говорил то же самое. Но Джи Ён не мог быть действительно влюблённым в меня. Он сказал, что он не умеет любить, так с чего бы вдруг у него развились чувства ко мне? И, даже если бы у него были чувства ко мне, что это будет значить для меня? Буду ли я его любовником? Хочу ли я этого? Я не хотел быть его домашним животным, но предполагаю, что если буду его любовником, то это даст мне больше привилегий, но я не люблю его, так возможны ли такие отношения, если они не взаимные? Будет ли он считать меня его возлюбленным независимо от моих чувств? Он казался таким нежным в последнее время, и я не мог себе представить, что он снова будет принуждать меня. Но об этом стоило бы подумать всерьез, если бы он действительно любил меня, в чём я глубоко сомневался».       — Дэ Сон-хён сказал то же самое, но почему же вы думаете, что он любит меня, а? Где доказательства?       — Должна ли я говорить тебе? — спросила она, не веря своим глазам. — Он не оставлял тебя одного, и если он это делал, то только ради тебя. Он занимался своими делами лишь тогда, когда ты спал, а это значит, что он практически не спал. Оппа приказал своему охраннику охранять тебя. Он делал и делает всё ради тебя. Как правило, он очень эгоистичный человек, но он делает все эти вещи для тебя. Кроме того, он спас тебя. Он знал, что это была ловушка для него. Даже его хён сказал ему, что это слишком опасно — идти к тебе, однако он всё-таки поехал туда и рисковал своей жизнью ради тебя. Он мог умереть, спасая тебя, но ты того стоишь, судя по всему.       Её последнее предложение ударило меня, словно молния. Он рисковал своей жизнью ради меня. Я даже не думал об этом в таком ключе. Я сразу же вспомнил разговор между нами, когда он объяснил свои причины, почему любви для него не существовало. Одной из причин было то, что он всегда сначала будет выбирать свою собственную жизнь, а не чью-то ещё. Но, спасая меня, он сделал всё наоборот. Означало ли это, что он действительно любил меня? Это было нереально, что он вдруг позволил себе любить, когда не мог себе этого позволить ранее, но, согласно его собственной теории, это была именно любовь.       «Джи Ён любил меня. Что я должен теперь делать? Я не любил его, так ведь? Конечно, я был благодарен ему, что он спас меня, и больше не ненавидел его, но любить?».       — Ты наконец-то понял это, да? — она улыбнулась, взяв меня за руку, и, как ни странно, это было утешительно.       Может быть, не так утешительно, как прикосновение Джи Ёна, но мне всё ещё было комфортно рядом с ней. На самом деле я чувствовал себя спокойно, но совершенно по-другому. Это было не исцеляющее, как когда он трогал меня, скорее более знакомо. Как будто прикосновение моей сестры. Бессознательно я вздохнул и закрыл глаза, сжимая немного её руку.       — Даже если он любит меня, моя ситуация не изменится, — пробормотал я.       — Изменится многое. Просто подожди и посмотри, пока не вернёшься домой, — улыбнулась она.       — Дженни? — начал я, смотря в её широко раскрытые глаза, не уверенный, должен ли я на самом деле озвучить свою просьбу.       — Да?       — Это может показаться странным, но… не могла бы ты обнять меня? Как Джи Ён наверняка сказал тебе, я чувствую себя некомфортно, когда меня касаются где-нибудь ещё, кроме моих рук или подмышек, но я чувствую себя очень спокойно рядом с тобой, так что мне интересно, запаникую ли я, если ты обнимешь меня, — объяснил я с горечью в сердце.       Она мило улыбнулась и снова сжала мою руку.       — Конечно. Всё, чтобы помочь тебе чувствовать себя лучше, оппа, — сказала она и медленно подошла.       Она действительно была осторожной, проверяя, был ли я в порядке, каждую секунду. Скользнув своими руками вокруг моей шеи, она притянула меня ближе в своё мягкое объятие. Моё сердце заколотилось, да, но это не чувствовалось страшным или отталкивающим. Я чувствовал себя приятно. Удивляясь себе, я обнял её, и тепло чужого тела опять-таки чувствовалось странным, но потому, что это была она, я был в порядке. Не было ни единого шанса, что она может причинить мне боль. Вздохнув, я положил свою голову ей на плечо и наслаждался её спокойным дыханием. Через какое-то время мы отпустили друг друга, и тогда я увидел Джи Ёна, который опирался на дверную рамку, наблюдая за нами. Сразу же я понял, что он только что увидел, и моё сердцебиение снова ускорилось. Мгновение, его глаза были тёмными, что почти пугало меня, напоминая мне о том, каким он имел обыкновение быть, но затем он смягчился и вошёл в комнату, когда мы полностью отстранились друг от друга. Он знал, что я видел его, но просто спокойно сел на стул, ничего не сказав.       — Ну и что? Что сказал доктор? — с любопытством спросила Дженни.       — Он придёт проверить Сын Ри-я, как только ты уйдёшь. Это не срочно, так что вы оба можете наслаждаться своим временем, — объяснил он и вынул блокнот, который я раньше не видел.       Джи подтянул свои ноги, чтобы скрестить их, и начал что-то рисовать, и мне стало интересно, что именно. Может быть, он рисовал что-то для своей коллекции, но, возможно, просто делал какие-то наброски, но в первый раз я видел, как он сидел так небрежно перед другими людьми. Но, может быть, ему было достаточно комфортно, потому что это были мы. Я хотел спросить его, что он рисует, но мы с Дженни так много говорили, что, когда она ушла, я был настолько обессилен, что едва мог держать глаза открытыми. Он заменил Дженни на краю моей постели, и его рука каким-то естественным образом скользнула в мою.       — Спасибо за то, что привёл её, — пробормотал я, пытаясь не заснуть, но мои глаза были уже закрыты.       Я почувствовал, как он сжал мою руку, и ответил тем же. Если бы не был таким уставшим, я бы спросил, почему он постоянно держит меня за руку, но я был уже где-то слишком далеко, чтобы сделать это.       — На самом деле это не моё решение. Она почти заставила меня, — он усмехнулся, но потом немного понизил свой голос: — Вы выглядели очень непринужденно, близкими. Я рад, что ты делаешь прогресс.       Было что-то новое в его голосе, но я слишком устал, чтобы как следует это проанализировать. Сегодня был первый день, когда я действительно чувствовал, что выздоравливаю, но у меня не было смелости, чтобы постараться не уснуть и подумать о тоне его голоса. То, что врач должен был прийти позже, определённо было хорошей идеей. Я слышал, как он говорил что-то ещё, но я так устал, что больше ничего не понимал, и через нескольких секунд уже отправился в мир грёз.