Only you my friend

      Этот миг… прекрасный, переполненный необъяснимыми чувствами, и в нём есть свои смертельные последствия. Но она не придала этому никакого значения.       Слендер, оставшись в одних брюках, начал медленными движениями гладить нежную кожу девушки, которая сидела у него на коленях в полу-обнаженном виде.       Роза до сих пор не понимала, что они делают. Ведь он — монстр, который относился ко всему холодно и с особой жестокостью и зачем ему то, что они делают сейчас, в эту кромешную ночь, пропитанной смертельной страстью? Ответ прост, он чересчур любопытный демон. Каждый раз убивая очередную жертву, смотрел воспоминания и его смешило, как люди не ценят свои жизни, как предают друг друга, как продают свои тела ради каких-то жалких зелёных бумажек.       И сегодня, приняв облик «джентльмена», он решил понаблюдать за такими зрелищами «собственными глазами», не полагаясь только на воспоминания. Гуляет, значит, по безлюдному переулку и встречает по дороге женщину, строившую из себя строгой и интеллигентной, одним словом — правильной, а если взглянуть на неё Его глазами, она — просто шалава, ничего больше. Спустя некоторое время ситуация повторяется, но вместо бабы мужчина. Слендера всё время удивляло, что люди думают только об одном. Недоумение, путаница… глупость. Но сегодня что-то юркнуло у него глубоко в теле, в самой бездне его души, голова кружилась, из-за чего он был готов упасть в самое дно обморока. Подобное он испытывал уже, но то было очень давно. Чувства знакомые, но не такие сильные, какие он проявлял к той единственной.        Палочник желал… Что-то горячего и послушного… То, что принадлежало ему и только ему. — Ты тоже почувствовала адское желание? — спросил Слендер, легко проводя языком по ключице. — Да, — протяжно вымолвила Информатор, сильнее прижимаясь к телу хозяина.       Скользкие, чуть липковатые вектора свободно разгуливали по телу слегка дрожащей девушки, от которой веяло обжигающей нежностью. Безликий ощущал это. Ощущал от её легких прикосновений подушечками пальцев в области груди. Он улыбался, до сих пор целуя её в шею и мягкие полуоткрытые губы. Роза, одурманенная своим хозяином, решила сделать первый шаг, хоть и не имела нужного опыта. Девушка окунулась в Бездну и не хотела оттуда выбираться к свету. Всё, что ей хотелось — дать желанное своему господину. Она не любит хозяина — только уважение и должное отношение к нему было достаточным. Но сейчас оба забыли о своём главном правиле — не испытывать друг другу яркие чувства, оба стали пленниками адского наслаждения. Она чувствовала, что сможет и хозяин не стал мешать, лишь отстранившись от своего занятия.       Одной рукой Роза, отстегнув ремень, приспустила брюки Палочника, касаясь ноготками его возбужденного паха, другой гладила полу-накаченный торс. Ему хотелось, чтобы следующий шаг произошел мгновенно — вектора, гладившие покрытую мурашками спину, избавили обоих полностью от одежды. Лучи холодной, одинокой луны сквозь белые шторы освещали их тела белоснежным сиянием. Одно хрупкое и маленькое, другое мужественное и с мелкими царапинками. Ничего необычного…       В её голове зудело, причём жутко. Она стала осознавать какую ошибку они делают, однако остановится было уже невозможно. Пришлось ещё больше окунутся во мрак Бездны.       Руки сами потянулись к белому, словно мел, лицу и губы его покрылись жарким поцелуем. По-собственному желанию девушка отважилась на такое: поцеловать хозяина без его же дозволения. Это показалось ему не слишком дерзким поступком, но и закрывать на такое глаза безликий, конечно, не собирался. Оба неожиданно оказались на незаправленной постели. Подушки, разбросанные по всей кровати, вовсе не мешали, а наоборот позволили быть девушке в комфортной обстановке. Руки обвивали его шею и чуть наклоняли голову «безликого с лицом» ниже. Она хотела не поцелуя — другого. Чего они ждут давно. Дыхание обжигало тело, вектора же решили не оставаться в сторонке. Пара векторов обвили запястья, словно наручники, и убрали их за голову, пока в это время Слендер просто гулял языком и руками по телу. И вот, тот миг, которого Она страшилась. Или, точнее, ждала? — Тебе не будет больно, — прошептал Палочник, в упор смотря в ядовитые глаза Розы, — просто смотри на меня, — приказным тоном. По спине вновь пробежались мурашки, было и холодно, и жарко. Их возбуждение возросло. Ей было наплевать, будет ли ей больно или нет; Ему было наплевать будет ли ему от «этого» приятно. Это — всего лишь практика, после неё между ними больше не будет подобного. По крайней мере, он так считал.       Вектор медленно входил, вырвав у девушки громкий стон. Это было больно, адски больно, но девушка терпела. Меж ног текла тёплая жидкость, капая на простыню. Вектор постарался… Слендер видел красное личико своей преданной куклы и её сдержанность, что радовало глаза. Да, прокси, Информаторы, марионетки — все они, испытывая боль, должны быть сдержанными и терпеть несмотря ни на что. Ибо они будут не достойны быть рядом с Ужасом Леса. Это лицо показывало ему, что Информатор так просто не оставит своего хозяина. Но глаза… они не умеют скрывать твой внутренний мир. Ей было ужасно больно и она не хотела терпеть. Ей было обидно, что вот так извивается под могучим телом своего господина, хотя они давали друг другу слово, что ни тот, ни та не будут испытывать чувства друг другу. Они должны вести себя как настоящие хозяин и слуга, и вот такой интим должен был обходить их стороной. Но разве этот миг показывает Его чувства к ней? Это — практика, Розали, здесь ничего такого нет, ведь ты знаешь какой он любопытный. Так она себя успокаивала, не заметив, что вместо вектора у неё внутри было его естество. Он ещё не начинал. Он ждал её взгляда. Пока она не посмотрит, он не станет двигаться.       Ядовитые глаза встретились с белоснежными и в них играли искорки стыда, негодования, пылающего желания… Он получил, что хотел, и теперь стал начинать двигаться. Сначала медленно, осторожно, побаиваясь сделать что-то не так, но позже темп нарастал. Стоны обоих разнеслись эхом по комнате. Сейчас было не так уж больно — ей хотелось ещё, как и ему.       Практика, значит? Кажется, минувшие тяжелые времена затмили его память. С ней ему было хорошо, но не так хорошо, как с…       С последним толчком на простынь уже капала чёрная с белыми пятнами жидкость, слипаясь с нежной кожей. Какое это было наслаждение. Это и вправду удивительная вещь. Но и в ней есть своё зло. Люди бегут к ней навстречу ради чего-то. Неважно, какой не была бы цель, хорошая или плохая, важен лишь результат. И у него результат — положительный. Испытав на себе это волшебное, забытое наслаждение, он упал рядом со своей куколкой, сильно утомившись.       Ночь запомнилась и ему, и ей своим фейерверком, взорвавшийся совсем неожиданно. Оба провалились в Бездну. И оба вернулись оттуда на следующее утро…

***

      Здание было двухэтажным, с многочисленными окнами и одной дверью. Рядом были только сожженные деревья и сухие кустарники. Ни одной живой души не было. Все были только внутри этого здания и на заднем дворе. Одно название бросало в дрожь и гнев любого неосторожного существа: SCP.       Но они не были страшны им. Они, как и остальные, — лишь жалкие куски мяса.       Открыв дверцу, мир перевернулся с ног на голову. С этой поры всё и начнётся. С этой поры они переживут большее, чем в свои ранние годы. И выкарабкаться из этих проблем будет намного сложнее и пока они оба это понимают, Смерть не дотронется до них своим ремеслом.       «Будь по-аккуратней, Тим. Как-никак мы нужны Слендеру живыми…»       «Будь осторожен, Алекс. Ведь если тебя не станет, то у меня не будет никакого смысла жить. Это глупо прозвучит, но я, чёрт, люблю тебя! Люблю с самого нашего знакомства! Твои глаза, цвета небосвода, завораживали меня уже не первый год. Я хочу смотреть на них вечно. Хочу, чтобы ты тоже когда-нибудь почувствовал то же, что и я… Ты — моё любимое успокоительное…»