I need you

Ночь. Это, пожалуй, самое любимое время.Ночь-это время для новых открытий, мечтаний, слез, надежд, чуда. А еще для чашечки какао и изучения звезд на небосклоне.Вы удивитесь, какой нормальный человек в два часа ночи изучает звезды? Правильно, эрудит. Я Аризона Мэттьюс, шестнадцатилетняя эрудитка, дочь самой Джанин Мэттьюс. Честно говоря, я вижу свою мать только по праздникам, и то лишь пару часов. И так всю жизнь. Но у меня есть замечательный отец, Джек.Папа перешел из Бесстрашия, но то, что он именно оттуда, выдают лишь его тату. А так можно смело сказать, что мой папа из Дружелюбия: добрый, оптимистичный, с улыбкой на лице. Еще мой папа безумно красив собой: выпуклые скулы, копна темных волос, прямой нос, шикарные карие глаза, высокий рост, широкие плечи, подкаченная фигура, которая, кстати, и в его сорок продолжает радовать всех женщин. Его любят все, кроме моей матери. Думаю, что она не нуждается в представлении. Почему моя мать не любит моего отца? Он загубил ее карьеру. Не появись я на свет шестнадцать лет назад, моя мать заняла бы пост главы фракции раньше. Но думаю, что сначала моя мама была по уши влюблена в отца. А он в нее.Он ради нее отказался от своей фракции, бросил свою семью, пост Лидера. Да-да, мой отец был Лидером, но потом появилась я. Моя мать наотрез отказалась воспитывать меня. И отцу разрешили уйти из фракции. Что, если честно, очень странно. Думаю, здесь не обошлось без моей горе-мамочки.

***

Я была смесью своих родителей: светловолосая, как мать, подтянутая и высокая, как отец. А глаза выдавали то, что наполовину я похожа на мать, наполовину-на отца: один глаз был голубой, как у матери, второй — карий, как у отца. Итак, левая сторона меня была отцовская, правая, соответственно, — материнская. Порой папа называл меня из-за этого кошкой.А что касается характера, то я была смесью двух родов: Мэттьюс и Торнес. От Мэттьюс я взяла хладнокровие в нужный момент, спокойствие, ум, рациональность, трудолюбие, порой язвительность. От Торнес — упорство, граничащее с упрямством, выносливость, ловкость, смелость, оптимистичность и остроумие. Этакая едкая смесь получилась. Только вот эта смесь не могла сейчас успокоиться: завтра тест, который, возможно, определит мою судьбу, а я не знаю в какую фракцию мне податься.Отречение-нет. Я не смогу каждый день помогать людям, хоть и добрая.Искренность-пф, точно нет. Говорить правду я умею и могу, только не хочу. Дружелюбие — тоже нет. Я хоть и люблю солнце, и поля мне нравятся, но жить как хиппи я не хотела. Остаётся только Эрудиция и Бесстрашие. Ну, если выберу Эрудицию, то, скорей всего, пойду в медицину, чем, собственно, сейчас и занимаюсь. А вот если выберу Бесстрашие, то не знаю, чем я буду там заниматься. Отец говорит, что сейчас там творится невесть что: правила стали жестче, страшнее, чем были при нем. Да таким, как я, там не место, ибо, как говорил мой отец: «Тебя либо убьют за твой язык, либо за твои выходки, либо из зависти». Мой характер был не сахар. Это точно. Мои мысли прервал стук в дверь:  — Почему ты еще не спишь? -отец просунул голову в щель.  — Не могу уснуть.  — Может, рассказать тебе сказку? -усмехнулся он, от чего у него на щеке появилась ямочка с левой стороны, которую унаследовала и я. — Да, про Бесстрашие.-ответила я, но все истории, мифы, сказки про фракцию воинов я знала наизусть.  — Хм, ну что ж, -сказал папа, усаживаясь со мной на кровать, -Ты ведь хочешь уйти туда, да? — Может быть.  — Выбери их.-ответил отец, целуя меня в макушку.  — Что? Но ты же говорил, что там опасно! -я не могла поверить свои ушам.Пару недель назад он говорил мне о том, как там не безопасно, что тебя могут убить в любой момент.А сейчас он просит меня туда уйти. — Лучше там, чем здесь, в Эрудиции.Здесь из тебя сделают робота, монстра, который на все пойдет ради своей цели.Ты станешь, как твоя мать.Поверь мне, она творит такие вещи, что волосы дыбом встанут.Риз, уйди в Бесстрашие, я прошу тебя, не смотря на тест.Пообещай мне.-отец плакал. — Я обещаю, обещаю. — Она послала поговорить с тобой.Поговорить о том, чтобы ты осталась здесь. — Что? Что ты такое говоришь? — я не верила свои ушам. — Она хочет сделать тебя своей преемницей.Она хочет сделать тебя собой.И скорей всего, она попытается меня убить.- я ужаснулась, мое лицо приобрело гримасу лютого страха за отца. — Не бойся, Зо. Со мной все будет хорошо. Я скроюсь. Но пообещай мне, что ты точно уйдешь в Бесстрашие. Я люблю тебя, моя хорошая. Люблю больше всей жизни.Ты — мой лучик света.  — Папочка, я тебя тоже люблю. Сильно, очень сильно.-я заплакала и обняла отца. — Церемонию выбора проведут завтра вечером, после теста.Я думаю, что они придут за мной в то время, когда тебя не будет дома. — я не могла сдержать слез, моего отца могут убить, а я не могу ничего сделать. — Обещай, что не будешь никому мстить за меня, иначе они устранят и тебя. — Хорошо.  — Я лягу с тобой. — я лишь кивнула.Отец крепко обнял меня. Мы уснули. В квартире наступила тишина.

***

Сегодня тест и Церемония. После ночного разговора мне не по себе. Я ковыряю в тарелке овсяную кашу и жду, когда закончится этот завтрак. Сегодня мама пришла к нам по предлогом того, что это важный день, и нужно поддержать дочь. Спасибо, мамочка, что почтила нас своим вниманием. Но можешь засунуть его в жопу. — Тебе пора одеваться.-холодный голос моей матери помог отрезвиться. — Хорошо. — я не спорила, ибо может быть худо моему папе.Я поднялась к себе в комнату и начала рыться в шкафу. Я искала штаны минут двадцать, и когда поняла, что их у меня просто нет, огорчилась, ведь мне придется прыгать с поезда, а делать это в юбке не очень и удобно.Ладно, справимся.Я надела юбку до середины бедра, белую блузу без рукавов и балетки.Свою светлую копну оставила распущенной. Ну, удачи, Аризона.