Для чего нужны подсобки.

- Жень, го ебаться Урывский вопросительно посмотрел на Ямбушева, у которого в глазах читалось желание трахнуть его прямо здесь, в школьной подсобке, но, почувствовав руку Сережи на его заднице, нежно и немного настойчиво сжимающую его булки в ладонях, прикрыл глаза и издал протяжный сексуальный стон. - Го. Ямбушев резко притянул Женю к себе и поцеловал его в губы, отчего последний сначала чуть чуть простонал и задрожал всем телом. Сережа одной рукой потянулся к Жениным штанам и стал расстегивать ремень, а другой схватил его за плечо и прижал к стенке, напирая всем телом, не разрывая поцелуй, который уже стал глубоким, страстным и напористым, как и сам Ямбушев. Женя попытался как-нибудь отодвинуться назад, но сзади была стена, а впереди был Сережа, который не давал урывскому расслабиться, особенно когда стянул с него штаны, а вместе с ними и нижнее белье и взял в руки его член, начиная двигать по нему ладонью, отчего Женя громко и протяжно простонал в губы Ямбушеву, тихим шепотом прося не останавливаться. Тот прервал поцелуй, посмотрел Жене в глаза, хитро улыбнулся и опустился на колени, придерживая руками женины бедра. - Сережа, сереж, ты же не хочешь, ААХХХ....., - Женя закусил нижнюю губу, что не помешало стону выйти наружу, украдкой посмотрел на Ямбушева, который, сначала облизнув его плоть, теперь начинает постепенно вбирать ее в себя, не сводя с Жени хитрого взгляда и подмигнув ему. Женя закрыл глаза, аккуратно положил руки на голову Сережи, слегка перебирая пальцами рыжеватые пряди, несильно надавил и закинул голову назад, пытаясь скрыть пылавшее то ли от наслаждения то ли от стыда лицо, но сережа итак все видел и продолжил работать ртом усерднее. Женины мысли перемешались. он не знал, правильно ли это - сережа стоит на коленях и отсасывает ему, да еще так страстно, что от одного взгляда в его глаза достаточно, чтобы провалиться сквозь землю, но наслаждение от происходящего урывский получал огромное, поэтому продолжал откровенно стонать и вплетаться пальцами в волосы сережи. Тот уже вовсю заглатывал по самое "не могу", и, сделав последнюю пару толчков, отстранился и встал на ноги, испепеляюще посмотря на женю с довольной улыбкой, пока тот не открыл глаза и наконец не понял, чего от него хотят. - Уже?.. а может не.... - Да. - не дав ему закончить, сказал сережа и впился в его губы, попутно опуская руки ему на ягодицы и начав их разглаживать. Женя задрожал. Было что-то пугающее во всем этом, и, как бы он не пытался не показывать страх, ямбушев, точно хищник, почувствовал его тревожность и наклонился к его уху. - Не бойся, котик. Я не кусаюсь, - сказал он и нежно поцеловал его за мочкой, что само по себе не могло не подкупить. "Надеюсь", - промелькнуло у жени в голове, и он попытался расслабиться. В противоположность его идее, Сережа резко развернул его лицом к стенке и, положив руки ему на попу, стал пальцами разглаживать его задний проход, одновременно целуя в шею. - Ну же, красавица, расслабься, - шептал он ему на ухо, слегка прикосаясь губами к тонкой коже и обдавая ее горячим дыханием, - выгни спинку, будь хорошей кисой. Женя не понимал, зачем это было нужно, но сделал так, как сказал Ямбушев. В следующую секунду он почувствовал, как чужие пальцы пробираются к нему в рот. Сначала это было неприятно, неудобно, но после женя привык и стал слегка их посасывать, играя с ними языком, что очень и очень понравилось сереже. Когда Сережа убрал пальцы из его рта и наклонился к уху, спросив, готов ли он (несмотря на то, что женин ответ не повлиял бы на исход дальнейших событий), Женя легонько кивнул и уткнулся носом себе в руку (как котик). Ямбушев раздвинул ягодицы Жени и ввел один палец. Несмотря на своего рода смазку, Женя сщурился от боли и коротко простонал себе в рукав. Сережа старался действовать крайне аккуратно (что было непривычно), плавно продвигался пальцами дальше и поцеловал Женю в щеку. "Библейская, блядь, картина", - подумал Женя в попытках расслабиться, что у него довольно скоро получилось, потому что ему это стало нравиться. Он сам поддавал попку назад, даже когда Сережа водил в нем уже тремя пальцами, и за это получал лекие шлепки по ягодицам от последнего. Спустя некоторое время, пальцы Ямбушева покинули задний проход Жени, когда он решил что уже #достаточно и сейчас его ждет что то более охуйненное. Женя почувствовал, как Сережа кладет руки на его ягодицы и несильно сжимает их пальцами, и по телу пробежала дрожь. Он никогда раньше не занимался этим в таком месте, и понимание того, что в любой момент могут зайти, придавало адреналина в кровь урывскому, возможно и поэтому ощущение того, как Сережа вошел в него, немного притупились, но не исчезли совсем. Женя громко простонал, и стон его походил более на крик, и в следующее мгновение он почувствовал руку сережи, которая зажала ему рот и напряженный шепот: - Чшш, потише......нас могут услышать. Женя немного озозлился - потише ему, нет, пошумим блять! - и прикусил Ямбушева за палец. Такое выражение протеста только возбудило сергея еще больше, и он, хитро усмехнувшись, рывками стал продвигаться дальше, постепенно ускоряя темп. Женя, несмотря на то, что боль со временем отходила на задний план, не разжимал зубы и громко стонал Ямбушеву в пальцы, когда толчки были слишком глубокие, хотя это ему нравилось, безумно нравилось. Сережа двигался в нем быстрее, но соблюдая определенный ритм, отчего женя возбуждался еще больше. Он уже отпустил руку сережи, и она легла ему на ребра, помогая насаживать урывского, а длинные пальцы Ямбушева перебирали выпирающие кости, иногда будто бы случайно задевая соски и слегка поглаживая их. Сережа наклонился над ним, сбоку посмотрел в зеленые глаза жени и поцеловал его сначала в губы, аккуратно, нежно, будто бы поверхностно, совсем несовместимо с тем, как глубоко и ритмично он вставлял Жене, но урывскому это нравилось, и он охотно отвечал на поцелуй, простонав сереже в губы и углубив его. Сережа почувствовал, как легкая волна начинает пробегать по всему его телу, давая понять, что дело движется к разрядке, и резко развернул Женю лицом к себе, подхватил его на руки, отчего последний, испугавшись, обхватил руками его шею и впился пальцами в его кожу, и продолжил в нем двигаться, яростно, невероятно быстро, взасос целуя Женю страстно и отрывисто. Перепугавшийся Урывский пытался отвечать на поцелуй так же развязно, но вскоре смирился с тем, что инициатива была все-таки на стороне Ямбушева. Тот, вставляя Жене до мокрых и громких хлопков, быстро дышал, пыхтел, было понятно, что он был напряжен до предела и не менее уставшим держать целого Женю на себе, как бы он его не любил. Он собрался силами, развернулся и уперся в угол между стеной и рядом стоявшим шкафом, продолжая трахать Женю с невероятным напором и скоростью, отчего с полок шкафа посыпались разные вещи, но обоим сейчас было не до этого. Женя громко стонал, выкрикивал имя Сережи, совершенно не стесняясь и не понимая, когда успел стать таким бесстыжим, но ему было откровенно похуй. Он впивался в губы Сережи первым, когда поцелуй случайно разрывался, и сжимал спину Ямбушева пальцами, оставляя неглубокие, но длинные царапины. Ямбушев поднапрягся, сделал несколько последних толчков и, негромко простонав (было ощущение, что он не стонет, а рычит, что тоже припугнуло Урывского), излился в Женю. Положив свою руку ему на член, Ямбушев стал быстро водить по нему ладонью, слегка сжимая, и через некоторое время кончил и Женя, последним стоном оповестив виновника его наслаждения. Сережа поставил Урывского на землю, положил руки ему на талию и, приблизившись, мягко поцеловал в губы. Женя обнял его за шею и ответил на поцелуй, приподнявшись чуть-чуть на носочках. - Это было просто охуенно, котик, спасибо, - прошептал Ямбушев, разорвав поцелуй и посмотрев Жене в глаза. Не удержался и поцеловал его в носик. Женя улыбнулся, улыбнулся и Ямбушев, сказав, как он его любит. - Надо уходить, - сказал Женя, собрав свою одежду, и посмотрел на Сережу. - Ты прав. Выйдем раздельно, по очереди. Ну чтобы не спалиться. - Отвечал Ямбушев, застегивая штаны. - А потом? - Что - потом? - Сережа вопросительно взглянул на Женю, застегнув ширинку. - Можем пойти ко мне, если хочешь. - Я подумаю. - Сказал Женя, натягивая штаны. - Ну думай. Время у тебя есть, - улыбнулся Ямбушев, взял сумку, подошел к Жене, взял его лицо в руки и поцеловал в щечку. - Встретимся за семнашкой, - подмигнул он. - Хорошо, пупсик, - сказал Женя, встал, ударил его по попке и проводил до двери, думая о том, что его чувства к этому наглому, но любимому рыжему засранцу взаимны...