Лимонад или День Рождения Дилмас

Сумерки сгущались над Лос-Анджелесом, увлекая мегаполис в ночную жизнь; звезды мерцали все отчетливее, вырисовывая созвездия в ночном небе. Томас сидел на подоконнике большого окна, открывавшего вид на половину города с двадцатого этажа. Блондин выпускал изо рта дым, приоткрытое окно позволяло порыву ветра унести его за собой. За спиной послышались знакомые шаги. Дилан приближался к Томасу, наблюдая представленную картину: облокотившись на откос и свесив одну ногу, а другую подтянув к груди, блондин сидел, смотря в небо; ветерок трепал его золотистые волосы; дым от сигареты из-за ветра метался туда-обратно, окутывая бледное лицо Томаса; на фоне многоэтажных зданий с огоньками, парень казался О'Брайену не совсем невинным ангелом, но он уже представил, как за спиной у того появляются крылья, и он, открыв окно на всю, ступает в пустоту и возвышается к небу. Дилан мотнул головой, поражаясь своим мыслям. В тишине комнаты Томас слышал ровное дыхание своего парня, скривив губы в ухмылке, он сделал вид, что так и не заметил его и специально сглотнул, зная, что О'Брайен любит смотреть, как поднимается и опускается его кадык. От внимания Дилана это не ушло, и он уже мысленно оказался рядом с Томасом и прильнул к его шее и тонким ключицам, покрывая их горячими поцелуями. Ему казалось, что Сангстеру холодно, отчасти так и было — он сидел с расстегнутой полностью рубашкой, та открывала вид на его рельефный торс. В молчании прошло еще несколько минут, Томас, выкинув сигарету в окно, не поворачиваясь к Дилану, нарушил тишину: — Наконец-то ты пришел. Ты помнишь, какой сегодня день? Дилан немного опешил — не ожидал, что Томас заговорит, брюнет до сих пор думал, что блондин его не заметил. Уронив пластмассовую бутылку лимонада из рук, О'Брайен заставил парня вздрогнуть повернуться к нему. — Я думал, меня не отпустят в понедельник, — пробормотал брюнет, поднимая бутылку. Томас свесил ноги с подоконника и уставился на Дилана, последний буквально почувствовал, как блондин нахально блуждает глазами по его телу, несмотря на то, что в комнате полумрак. Не разрывая зрительный контакт, О'Брайен подошел к Томасу, поставив бутылку на подоконник, он раздвинул колени парня и устроился между ними. Руки брюнета забрались под рубашку блондина; подушечками пальцев он провел по позвоночнику и забрался ими в штаны. Изящно выгнув спину от этого действия, Томас закинул голову и судорожно выдохнул. Дилан прильнул пухлыми губами к шее парня, оставив красную отметину, он облизал место засоса и поднялся выше, касаясь мочки уха Томаса. — Как же я мог забыть про этот день, — прохрипел О'Брайен. У Сангстера от его сладко-хриплого тона, да и ото всех действий, приятно затянуло внизу живота. — Когда-то именно в этот день мы встретились. Томас зарылся рукой в темные волосы парня, вторую положил на щеку и пальцами провел по родинкам к губам. Дилан закрыл глаза, притянув Сангстера к себе за тонкую талию, он почувствовал эрекцию парня. Последний, поиграв пальцами с нижней губой брюнета, подался на встречу, увлекая О’Брайена в поцелуе, не столь требовательном и грубом, напротив, нежном и осторожном. — Твой врач — понимающий человек, — проговорил Томас, отпрянув не на много от брюнета. — Просто у меня есть деньги, — растянув губы в хитрой ухмылке, Дилан похлопал рукой по карману. — Ты заплатил ему, чтобы он тебя опустил на вечер, — осведомился блондин. — Ага, но даже, если бы меня не отпустили, я бы сбежал, — ответил Дилан. Пальцы рук Томаса пропускали через себя мягкие темные волосы О’Брайена, облизав нижнюю губу, он подался вперед, беря лицо Дилана в свои ладони. От их холода внутри брюнета все прошибло, он потерся щекой об одну из них. — У нас всего лишь оставшийся вечер и одна ночь, — проведя пальцами по россыпи родинок на лице О'Брайена, прошептал Томас. — Чем займемся? — уже кусая нижнюю губу Дилана, полюбопытствовал он. Блондин, разумеется, знал ответ, но задать глупый вопрос, чтобы вызвать у Дилана пошлую улыбку и тихое хихиканье, того стоило. О'Брайен в два счета оказался на подоконнике рядом с Томасом и, заставив того облокотиться на откос, устроился между тонких ног парня. Несмотря на неудобную позу, от которой скоро затекут ноги, он потянулся к мягким и горячим губам Сангстера. Словно дразня, он не углублял поцелуй и, разорвав его, спустился ниже, проведя кончиком языка по соску блондина, за тем по другому. Британец громко выдохнул, а последующий выдох сорвал с его губ тихий стон. Дилан улыбнулся и пробежался пальцами от груди к паху блондина. Когда брюнет, положив руку на бугорок, провел рукой в сторону, Томас издал очередной стон, более громкий и пошлый. Сверкнув глазами, О'Брайен надавил на член и, поджав губы, остановил свои действия. Оторвавшись от британца, Дилан спрыгнул с подоконника, чем вызвал непонимание в глазах Томаса, смешанное с недовольством. Но, как только последний хотел что-то спросить, О'Брайен забрался обратно. В руке у него была бутылка лимонада, полетевшая на пол, которую Дилан столкнул, залезая на подоконник чуть ранее. Открыв крышку, О'Брайен потянулся губами к горлышку бутылки. Томас, вылупив глаза, наблюдал за ним. «Прервать такое, ради того, чтобы попить?» — спросил мысленно он брюнета. Не отрывая глаз от карих глаз напротив, Дилан принялся отпивать сладкое содержимое. Причмокнув, когда сделал очередной глоток, он понял, что немного выбесил парня и одновременно завел, тот потянулся рукой к бутылке. — Сдурел? — недовольно спросил Томас, перед этим получив по руке. Дилан сделал глоток и потянулся к Сангстеру. Томас не мог, да и не собирался обижаться на это наглое чудо, устроившиеся между его ног. Едва их губы соприкоснулись, блондин приоткрыл рот и почувствовал холодную жидкость яблочного вкуса. О’Брайен через поцелуй перегнал изо рта в рот лимонад и, сладко захихикав, отпрянул назад, смотря в медово-карие глаза совсем рядом, в них он заметил отражения огоньков с соседних домов. У Томаса сильнее завязался тугой узел внизу живота, отдавая в паху. Ему не терпелось наброситься на Дилана и отдаться ему прямо здесь, на подоконнике, но в тоже время ему было интересно, что дальше вытворит его парень. Дилан отодвинулся назад и потянул Томаса за ноги на себя, заставляя его из полу сидячего положения лечь. Нависнув над британцем, О'Брайен провел пальцами по светлым волосам парня, затем по щеке тыльной стороной своей ладони. Сангстер прикрыл глаза, и потянулся рукой к Дилану, тот быстро предпринял последующие действия, и в следующий миг Томас почувствовал, как что-то холодное выливается ему на живот. Брюнет, почти касаясь горлышком бутылки горячего тела парня, медленно провел ей вдоль торса. Тихо засмеявшись, Томас посмотрел на Дилана, тот уже приблизился языком к животу. Сложив губы в трубочку, парень медленно всасывал в себя лимонад; подушечки его пальцев гладили бока блондина, последний размяк во власти сильных рук, мурашки проносились по всему телу. Вылизывая торс блондина, О'Брайен останавливался, оставляя поцелуи, Томас громко вдыхал и выдыхал, иногда постанывал, чем только сильнее заводил брюнета. — Дила-а-ан, — еле слышно прохрипел блондин, когда американец уцепился пальцами за штаны Томаса. Разделавшись с ремнем, О'Брайен стянул с Сангстера вещи. Взглянув в карие глаза парня, который лежал и прикусывал губы, с которых едва не срывались стоны, Дилан взял в руки член партнера и большим пальцем надавил на головку. Томас толкнулся бедрами вперед, немым жестом показывая, чтобы О'Брайен действовал, и тот, задав темп, проводил по всей длине, надрачивая. Брюнет исподлобья смотрел на Томаса, глаза блондина были закрыты, губы подрагивали, дыхание сбилось. Остановившись, Дилан спустился ниже. Британец рвано выдохнул, когда теплые губы брюнета коснулись его члена. Причмокивая, О'Брайен посасывал только головку, дразнил и не принимал глубже. Томас толкнулся бедрами вперед, Дилан улыбнулся этому жесту и принял больше. Тонкие пальцы Томаса забрались в волосы брюнета, Сангстер прошептав неразборчивое «глубже», надавил на голову Дилана. Расслабив горло О'Брайен принял его до конца. Ускоряя темп, американец помогал рукой, проводя ей по внутренней стороне бедер партнера, иногда касаясь яиц, принося максимум удовольствий. Тот, не стесняясь, стонал, и от этих пошлых звуков, Дилану было все теснее в паху. — А ты сладенький, — выпустив орган, брюнет слизнул появившуюся сперму и прошептал, облизнувшись. Схватив бутылку, Дилан вылил немного содержимого на член Томаса и снова прильнул к нему. Проведя языком по выступившей вене, он слизал лимонад и вобрал головку в себя. — С яблочком, — пошло пробормотал О'Брайен, посмотрев на парня. Томас потянулся руками к нему и утянул в глубоком поцелуе, теперь уже страстном и более требовательном, чем прежде. Он целовал губы парня с большим напором, немного грубо, иногда отрываясь, чтобы вдохнуть воздух. Дилан навалился на блондина, тот языком протолкнулся в рот парня и принялся исследовать внутри, первый, не ожидая такого напора, улыбнулся прямо в поцелуй. Блондин, прикусив губу парню, принялся целовать его шею и ключицы, оставляя частые засосы. Брюнет сладко шипел и тихо постанывал. Томас расстегнул ремень на джинсах О'Брайена, последний помог с себя их спустить. Расправившись со всей остальной одеждой, Сангстер быстро поменялся местами с Диланом, нависнув над ним, провел холодной рукой от его щеки вдоль всего тела, пока не коснулся возбужденного органа. Томас перебрался в ноги парня и, схватив его член, прильнул к нему. Раскрыв рот и вытянув его в форме *О*, он вобрал его в себя. Дилан, не сдерживаясь, стонал. Блондину хотелось услышать его стон снова, и с его ускорившимся темпом их было куда больше. Британец повторил то же самое, что и его парень, когда выпустив член, облил его лимонадом и, облизав все, подметил, какой он на вкус, при этом улыбаясь. Принимая до конца, Сангстер почувствовал, что Дилан вот-вот изольется ему в рот. Растягивая удовольствие, Томас потянулся к руке О'Брайена, тот, поняв, что от него требуют, поднес два пальца ко рту блондина. Облизнув каждый из них, а потом, взяв сразу два, Томас с причмокиванием вытащил фаланги. — Может, на кровать? — предложил Дилан, пока еще не начав растягивать партнера. Тот ничего не ответив, сам протянул пальцы Дилана к своему колечку мышц. О'Брайен ввел сначала одну фалангу, дав немного привыкнуть блондину, запустил вторую. Томас насаживался на них глубже, брюнет раздвинул их на несколько градусов, поглаживая свободной рукой спину Томаса, притягивал его к себе. Блондин наклонился над парнем, тот приподнявшись, слабыми укусами хватался кожи на шеи Томаса. Сангстер, перестав тихо шипеть от небольшой боли, сам вытащил пальца брюнета и, посмотрев в его глаза, улыбнулся и перед тем, как сесть на член Дилана, вылил на его орган оставшийся лимонад. О'Брайен на это только тихо засмеялся. Дилан перехватил Томаса и поменялся с ним местами. Сангстер сомкнул губы, когда брюнет вошел наполовину. Дав привыкнуть, парень начал двигаться, постанывая вместе с блондином. Толкнувшись под правильным углом, брюнет уткнулся в простату и сорвал с губ Томаса самый пошлый стон, который он только слышал за этот вечер. Лежа на подоконнике, Томас не чувствовал его холода, так же как и Дилан, спину которого обдувал ветер из окна. Иногда останавливаясь, парни хватались губ друг друга в коротких и напористых поцелуях, после чего О’Брайен снова ускорялся, доходя до чувствительного комочка внутри партнера. У того перед глазами плясали звездочки. В такт к нарастающему темпу толчков Дилана, Томас двигался бедрами навстречу. Входя на всю длину, по самые яйца, О'Брайен слышал, как блондин выкрикивал его имя и просил не останавливаться. Томас вырисовывал невидимые узоры холодными тонкими пальцами на спине партнера. — Томми, — сорвалось у Дилана с очередным толчком. Громкие вдохи, выдохи обоих, смешанные со стонами и хлопками ударяющихся друг о друга разгоряченных тел — единственные звуки, которыми была наполнена комната. Почувствовав, приближающуюся разрядку, Томас оцарапал спину Дилана и кончил на живот парня. О'Брайен, сделав ещё несколько толчков, входя на всю длину, доходя до мягкого комочка внутри парня, излился прямо в него. Громко выдохнув, брюнет вышел из Томаса, наваливаясь на него. Немного восстановив дыхание, Сангстер сел, касаясь спиной откоса, Дилан устроился у него между ног. Блондин заключил его в объятия и, поцеловав О'Брайена в шею, проговорил. — Я рад, что ты помнишь. Томас уткнулся в темные волосы Дилана, вдыхая их запах. Последний повернулся к нему и нежно поцеловав, прошептал: — Я никогда не забуду день нашего знакомства. Город за окном утопал в ночи, парни сидели и смотрели на звезды в небе, согревая друг друга своим теплом. — Я люблю тебя, — проговорил Томас, касаясь губами мочки уха брюнета. — Я тоже люблю тебя, Томми, — ответил Дилан. — Ну, так чем займемся? — осведомился блондин. — Идем в душ. Томас вылупил глаза, понимая, на что намекает Дилан. Второй уловил непонимание. — Нет, я не об этом, хотя, я не против, — засмеявшись, пробормотал парень. — Нам нужно привести себя в порядок, если мы хотим прогуляться по городу, а потом… Томас перебил Дилана: — А потом секс в душе, — сладко прошептал блондин на ухо парня, опаляя его шею своим горячим дыханием. О'Брайен потянулся к опухшим губам Томаса за новым поцелуем. — Я согласен, — улыбнувшись, ответил Дилан.