Даже сломанные часы дважды в сутки показывают точное время

— У вас есть зажигалка? Артур, разглядывающий Крайслер-билдинг, уходящий далеко в небо, выходит из оцепенения и оборачивается к Имсу. Наверное, по закону подлости должен идти проливной дождь, барабанящий по маркизе кафе, под которой они стоят, но в Нью-Йорке сегодня солнечно. Дождь пойдёт в четверг. — Держите. Достав из кармана плаща зажигалку, Артур протягивает её Имсу. На потёртом металлическом корпусе выгравирован пиковый роял-флэш и «А.». Забирая зажигалку из рук Артура, Имс касается его пальцев своими, и это мгновение затягивается на мучительно долгое время. Имс поднимает на Артура взгляд и прищуривается. «Не смотри на меня так», — думает Артур. — «Не смотри на меня так, будто через два года скажешь, что любишь меня.» Имс достает из помятой пачки сигарету, щёлкает зажигалкой и затягивается. Выдохнув густое облако дыма и зажав её губами, он с любопытством вертит зажигалку в руках прежде, чем отдать её Артуру. — Подарок? — догадавшись, интересуется Имс. — Любите рисковать? — Люблю людей, которым нравится рисковать. Имс понимающе хмыкает. Имс умрёт. В первый раз — через два дня их знакомства. Во второй — через неделю. В третий — через два года. Сколько бы раз Артур ни прыгал назад во времени и ни пытался изменить ход событий, это происходит снова и снова. И теперь произойдёт ещё раз. — Мне кажется, мы с вами знакомы, мистер…? — Имс вглядывается в лицо Артура, вспоминая. В прошлый раз Имс не сдался, пока не угадал его имя. — Артур. Да, были, но в прошлой жизни, — спрятав руки в карманы, Артур качает головой, когда Имс протягивает зажигалку. — Оставьте себе. Он всё смотрит и смотрит на Имса, не сводя с него взгляда, будто бы боится, что забудет хоть одну деталь: цвет глаз, морщинки в их уголках, когда тот улыбается, родинки, шрамы, татуировки. — Это тогда, когда я был фараоном? — Имс тихо смеётся, а Артур прикрывает глаза, чувствуя, как его грудь сжимается от тоски. Он больше не услышит этого тёплого хрипловатого смеха. Они не проснутся в одной постели. По квартире не будет разноситься аромат свежесваренного африканского кофе. Имса больше не будет в его жизни. Но уйти — это самое правильное, что Артур может сделать из всего того, что он когда-либо делал. Открыв глаза и сделав глубокий вдох, как перед прыжком в холодную воду, Артур порывисто подаётся вперёд. Коснувшись сухими губами колючей щеки Имса, он тихо шепчет: «Береги себя», и разворачивается, чтобы исчезнуть в толпе. В последний раз. Наверное, Имс сейчас ошалело смотрит ему вслед и думает о том, что он чудак. В тот момент, когда Артур собирается прыгать, кто-то хватает его за предплечье и выдыхает на ухо: — Не убегай, детка, мы что-нибудь придумаем.