Бывают дни.

      Бывают дни, когда выйдя из дверей аэропорта с небольшой сумкой в руках Фелисити думает, что Нью-Йорк по-прежнему прекрасен.       Бывают дни, когда Фелисити напоминает себе, что проделала такой длинный путь от Стар-Сити до Нью-Йорка совсем не для того, чтобы любоваться красотой и величием любимого города. Она здесь, чтобы навестить старого друга. Закинув сумку на плечо, девушка поправляет прядь белокурых волос, выбившуюся из хвостика, и взмахом руки ловит такси. По пути до отеля Фелисити просит таксиста остановиться возле её любимого цветочного магазина. В номере отеля, куда заселяется девушка слишком много света, что ни соответствует, ни поводу по которому она здесь. Ни настроению. Ни тем более траурному чёрному мини-платью до колена. Стоя возле зеркала в полный рост она слегка касается собственного отражения, словно хочет убедиться, что там именно она, а не кто-то другой. В привычно живых глазах мисс Смоук сейчас лишь пустота, невысказанная боль и горе, что она держит в себе, не позволяя кому-то это увидеть. Она привычно прячет всё за ослепительной улыбкой, яркой помадой, яркими платьями и юбками. Она носит маски, так как он и учил. Но сегодня в этом нет необходимости. Сегодня она может позволить себе быть собой.       Бывают дни, когда Фелисити понимает, что из всех вещей, что она ненавидит в жизни, больше всего она ненавидит посещать кладбище. Здесь слишком тихо. Для такого мрачного места здесь слишком много палящего над головой солнца. Здесь слишком много холода для такого жаркого дня. Фелисити медленно бредёт по тропинки, пока не доходит до нужного памятника. Замирает в шаге и смотрит на белый камень и щурит глаза. Нил Кеффри. — Буквы режут не только глаза, но и сердце. Сжимая в руках букет, она, решаясь, делает шаг. — Здравствуй, Нил, — Слова сипло слетают с губ. — Прости, что так долго не приходила, — виновато добавляет она, и сглатывает ком в горле. — Прости, что не уберегла. — Слеза падет с ресниц, и катиться по щеке. Присев на корточки Фелисити проводит ладонью по буквам, словно это может помочь ей почувствовать, что он рядом. Что как ангел-хранитель убережёт от бед. Она убирает пожухлую листву с холодного надгробья и меняет увядший букет цветов, из небольшой вазы рядом на свежий. Должно быть их приносит Моззи. Вряд ли кто-то ещё навещает эту могилу.       Бывают дни, когда Фелисити думает, что Нил её не слышит, но всё равно садится прямо на газон и рассказывает о своей жизни в Стар-Сити. Как и прежде, словно Нил жив, делится с ним тайной о Стреле. Рассказывает о Джоне. Рое. Сёстрах Лэнс и Тее. Фелисити не знает, сколько вот так вот сидит на земле, разговаривая с надгробием, но приходит в себя, когда слышит приближающиеся шаги. Она думает, что это Моззи, но повернувшись резко поднимается, когда видит мужчину в галстуке с маленьким мальчиком на руках. Встав на ноги, она отряхивает платье, стирает солёные дорожки со щёк, и пристально смотря на мужчину, ждет, когда тот преодолеет несколько шагов, что их разделяют. Она думает, что, скорее всего это и есть тот самый Питер Бёрк. Куратор Нила из ФБР. — Вы — Питер? — Не отрывая взгляда от имени на камне, спрашивает Фелисити. — Да. — Отвечает он. — А вы? — Спрашивает Бёрк. Фелисити не нужно смотреть на него, чтобы почувствовать любопытство в голосе мужчины. — Друг. — Отвечает блондинка и обращает внимание на малыша, что тянет к ней ручки. — Это Нил — мой сын. — Знакомит их Бёрк, когда Фелисити позволяет малышу крепко схватить свой указательный палец. — Вы… — Фелисити закусывает губу на полуслове и вновь смотрит на малыша, словно надеется, что увидит в нём человека, имя которого он носит. Фелисити знает, что это глупо. Фелисити не верит в переселение душ. — Да. — Хрипло отвечает агент. Малыш Нил не сводит с Фелисити своих огромных глаз, и девушка чувствует, как губы сами растягиваются в тёплой приветливой улыбке смешанной с горькими слезами.       Бывают дни, когда разговор между Фелисити и Питером прерывается так же внезапно, как и начинается. — Нил никогда не рассказывал о вас. — Бёрк нарушает тишину. — Не сомневаюсь, что вы один из тех, кто многое узнали о Ниле особенно за последние несколько лет, пока он работал с ФБР, но думаю, кое-что он вам всё же не рассказал. — Фелисити бросает едва заметный взгляд на мужчину. — Пусть так и останется. — И всё же, как вас зовут? — Это единственная наша встреча и сомневаюсь, что она ещё когда-нибудь повториться. — Фелисити словно и не замечает вопроса агента, и продолжает прерванный разговор.       Бывают дни, когда Фелисити понимает, что Питеру лучше ничего не знать о том, что связывает её с Нилом иначе у агента, честно выполняющего свой долг, появится повод надеть на неё наручники. Поэтому Фелисити пользуется телефонным звонком от Оливера как предлогом и отходит в сторону. — Да Оливер? Она знает, что Бёрк прислушивается к каждому слову, поэтому не говорит лишнего. — Нет, я не в городе. Девушка молча слушает то, что говорит Куин, а потом коротко отвечает: — Да я скоро буду. Смоук заканчивает разговор и смотрит на Питера. Тот старательно делает вид, что вовсе не подслушивает. Блондинка прячет телефон в сумочку, бросает прощальный взгляд на могилу Нила, и медленно бредёт прочь с кладбища, чувствуя, как Бёрк смотрит ей вслед.