Потерянная ценность

Повествование ведется от лица FellСанса. — Эй, мелкий, — я обернулся на зов грубого голоса, что резал слух. Передо мной сидел Папирус, закинув ноги на стол. Уставившись на меня, он произнес: — дело есть, прогуляемся? Тон его ничего хорошего не предвещал. Уже попрощавшись с жизнью, я покорно открыл дверь, жестом приглашая своего брата пройти первым. Тот лишь усмехнулся, а через долю секунд мы уже стояли у реки. Где-то далеко был слышен плеск, в небе парили птицы, а морозный воздух заставлял голову думать по-полной. — А ты молодец. — Неожиданно сказал скелет, облокотившись на дерево и достав из кармана сигарету. Он протянул мне пачку, но я поспешно замотал головой. Закурив, Папирус продолжил: — Убить Фриск… И как, сложно было решиться убить свою возлюбленную? — Я не любил ее! — вскрикнул я. Откуда он это знает?! Откуда он вообще взял такую информацию? Тема наших с Фриск отношений в моем мире была запутанной еще тогда. Мы встречались с ней до этого, но я ее никогда не трогал. Не потому, что не хотел ее убивать. Наоборот. Просто не мог. Я знал, что нарушаю правило «при встрече с человеком надо его убить», но ничего поделать с собой не мог. Она пыталась говорить со мной, что-то спрашивать, но я поспешно растворялся во тьме, откуда потом и следил за ней. Свет хотел прогнать тьму… Но нет. Я бы и дальше ее никогда не трогал, если бы не ревность. Да, я ревновал ее. Да, я, Санс, один из самых жестоких существ своего мира, ревновал какую-то девчонку! Если бы не Папирус, который тем самым дал мне задание, то ничего бы с ней не было. Но во всем виноват лишь я. Тем, что поддался чувствам, тем, что стал «мягким» и добрым. Доброта — зло, доброта никому не нужна. Почему я вообще должен испытывать какие-либо чувства? Это слабость. И эта другая Фриск. Я ее ненавижу. Ее доброта и показное милосердие. Как же глупо! Какой же я слабак! — Правильно мыслишь, братец, — улыбнулся Папирус, похлопав меня по плечу. — Ты вслух половину всего произнес, если что. Плюс, эта Фриск никогда бы тебя не любила… - Что мне нужно сделать? - перебил я. - Убить Фриск морально. Притворись, что ты в нее внезапно влюбился, примени свое обаяние, все дела. Можешь даже сам поверить, что что-то к ней чувствуешь. Ну и повстречайся там с ней, а потом сделай что-нибудь плохое. Не мне тебе о таком говорить, - он подмигнул, докурив очередную сигарету. - Может, займешься пока Сансом из этого мира, босс? - Что с ним такое? Обычный безмозглый скелет. Он не представляет опасности. - Удивился Папирус. Конечно же! - Пронырливый он больно. Все мне кажется, что он что-то знает. Посмотришь за ним, хорошо? - мой брат лишь кивнул и внезапно пропал, слившись с тенью. Отлично. Осталось всего одно дело. - Андайн, привет. Встретимся? - ласково сказал я в трубку телефона. Время включить свое красноречие.

***

Однако, сейчас скелетов мы оставим в покое и переместимся в место, где находятся Фриск и Санс, которые о чем-то яростно спорят. Темные глаза девушки блестели. Возможно, из-за азарта, но, быть может, и из-за слез... Сам же скелет, то понижая, то повышая голос, пытался что-то доказать, но подруга упорно не желала принимать его точку зрения, предпочитая доказывать из собственных знаний. - Я тебе повторяю, ну не может быть огонь, который не потушит вода! - вскрикнула Фриск, подняв голову к небу и ударив себя ладонью по лбу. Но, увы, силу рассчитывать не умела, как и место, куда надо попасть: врезав себе по носу со всей дури, она потеряла равновесие, и, вскинув одну ногу вверх, грохнулась на землю, издав жалобный писк. Но уже через пару секунд она очнулась и, осознав, что натворила, не удержалась. Своим весельем она заразила и Санса, и вот уже оба существа смеялись, сидя на не очень-то и теплой земле. Первым осознал это Санс, и, встав, скелет потянул свою подругу за руку, помогая ей подняться на ноги. - Вставай-вставай, дорогая. Иначе ты отморозишь себе задницу и она отпадет. А ты ведь этого не хочешь? – усмехнулся скелет, от чего девушка вновь хихикнула, но внезапно она посмотрела на свою одежду. Ужаснувшись, Фриск решила поправить свитер и джинсы, отойдя в сторону. Правда, попала она именно на то место, куда падали лучи яркого солнца. Ее волосы тут же заблестели, привлекая внимание случайных проходивших мимо монстров. Но, увы, надолго они не задерживались, ибо от такого блеска глаза их невольно начинали слезиться, посему они и старались покинуть место спустя несколько секунд. К удивлению, скелета это не останавливало, и он, не отводя взгляд, наблюдал за девушкой, поражаясь ее красоте, пока она не видит этого. Санс до сих пор не мог понять, что же с ним не так. Почему ее расположения завоевал не он, бывший рядом с девушкой в тяжелые моменты, а тот, кто чуть было не убил ее. Ведь Санс всегда был рядом: когда она только попала в этот мир, именно скелет помогал ей сдружиться с монстрами, которые обходили ее, боясь; именно Санс помог ей прийти в себя после ее истерики, когда она узнала, что больше никогда не вернется домой, и ей придется остаться тут навсегда. Когда девушка мучалась от приступов, когда она боялась выйти на улицу – Санс всегда был рядом, всегда поддерживал ее. Конечно, скелет и сам далеко не сразу начал проявлять к девушке какие-либо чувства, помимо дружеских, но тем не менее… Как же он запутался! Скелет не любил неопределенность. Не любил думать «а может, она меня все-таки любит? Или нет…». Он любил конкретику: да или нет. Но узнать такой ответ он не мог, поскольку невероятно стеснялся задать такой вопрос девушке, ибо думал, что его ждет тотальный провал. И это в лучшем случае! Хотя, может, она тоже испытывает к нему что-нибудь? Просто тоже боится сказать. Но… Они же так давно знакомы, и, если бы она что-то и чувствовала бы к нему, то наверняка скелет бы это понял. Может, пора уже смириться с этим и признать свое поражение? С его «клоном» девушка и гуляет сколько, и общается. Они даже живут вместе! - Санс? – робкий голос Фриск вывел его из раздумий. Открыв глазницы, он увидел девушку, которая держала его за ладонь и обеспокоенно смотрела на него. – Ты что-то говорил, я не могла разобрать... У тебя что-то случилось, Санс? – скелет лишь покачал головой, но, внезапно он почувствовал в себе какую-то силу. Аккуратно высвободив свою кисть из руки девушки, он сжал ее, но тут же раскрыл. На ладони лежала синяя, как цвет его магии, роза. - Возьми, Фриск, - сказал скелет, протягивая цветок ей, но девушка, не обращая на это внимания, лишь крепко обняла его, уткнувшись носом ему в плечо. Ошарашенный Санс ответил на ее неожиданное проявление нежности, и на землю полетела роза…

***

Издалека ее можно было принять за статую, уж слишком идеальной и удивительной она казалась: стройная фигура была словно старательно выточена профессиональным скульптором и казалась совершенной; длинные и пышные невероятного розового цвета волосы покоились на ее плечах, а сама она казалась абсолютно неподвижной. Просто глядела в небо, сидя на высоком камне. Ее ноги омывали волны бескрайнего моря, простирающегося на многие километры вперед. Но она этого совершенно не видела в этом неудобства, ибо ее мысли полностью занимало другое. Или другой, кто знает… Внезапно она нарушила тишину. С криком ярости она вскочила, вынув свой меч из ножен и, подбежав к первому дереву на ее пути, оказавшемуся многолетним дубом, ударила со всей силы по коре, пытаясь высвободить свои злость, отчаяние, тревогу… Успокоить свои чувства, вонзив оружие в растение. Казалось, прошло уже очень много времени, а она, не чувствуя усталости, продолжала, пока не, откинув меч в сторону, прижалась головой к стволу. И зарыдала от бессилия и своей же беспомощности, которые впервые накрыли ее с головой, заставляя забыть, кто она, и потерять самоконтроль. Стучала по стволу, ломая ногти, пыталась встать на ноги, но тут же падала из-за слабости во всем теле. Казалось бы, нет никаких выходов. Только если окунуться в воды моря, слиться с ними, стать одним целым. Навсегда. Задумавшись об этом, она наконец-таки встала и побрела к берегу. Очутившись на краю еще одного камня, она посмотрела вниз, где плескалась вода. От вида волн ее начало мутить, и она уже хотела повернуться и уйти, как откуда-то раздался громкий стук. Вскрикнув и потеряв равновесие от неожиданности, она полетела прямо в море. «А умирать-то на самом деле не так и страшно, как все говорят» - промелькнула последняя мысль в ее сознании, когда она уже не видела света из-за толщи воды. Темнота. Пустота. Конец. Неожиданно она почувствовала, что ее схватили за талию и тянут вверх. Попытки сопротивляться ни к чему не приводили, и она уже смирилась с этим, покорно поднимаясь к свету. - Какая же ты дура! Делать тебе что ли больше нечего? – раздался вскрик у нее над головой. – Я, конечно, все понимаю, но не это! Зачем, Андайн?! Чуть приоткрыв глаза, она увидела скелета, намокшая футболка которого казалась будто бурой, будто окровавленной. Его куртки нигде не было видно, а с его черепа стекали капли воды, продолжая свой путь уже на руках. Но его как будто бы это не беспокоило. - Санс… Лучи солнца мешали ей, «заглядывая» даже сквозь веки, из-за чего Андайн перевернулась на другой бок. Но заснуть вновь ей не давало что-то очень мокрое и холодное. Поднеся руку ко лбу, она нащупала тряпку. Пытаясь осознать, откуда это, в ее голове возникли воспоминания прошлого вечера: ее истерика и последующая попытка суицида, спасение и…Санс. Но где же сам ее спаситель? Приподнявшись, она осмотрела комнату. Зря. Никаких намеков на то, что кто-то был здесь. Успокоив себя и решив, что на самом деле ей все приснилось, стражница решила утолить голод, поскольку ее живот уже не знал, как намекнуть на это. Подойдя к двери, она насторожилась: с кухни раздавались странные звуки. Какие-то шорохи. Машинально протянув руку к бедру, дабы достать свой меч, она удивленно нащупала лишь пустоту. Посмотрев вниз, она поняла, что стоит в одних только шортах. Вздохнув, она поняла, что придется надеяться только на себя. С грозным криком распахнув дверь, стражница уже приготовилась отвесить люлей всем плохим бякам, но тут же получила сковородой по голове. Поиграла в воительницу. Сделала из себя крутую, да. Ага. - Андайн, прости меня, пожалуйста, я не хотел. Просто я сам испугался, и тут такое… - однако, стражница не реагировала, закрыв ладонями лицо. Поняв, что натворил, Санс вздохнул и, не говоря ничего, подхватил ее на руки и потащил в сторону спальни. - Спасибо тебе, Санс, ты меня спас. – устроившись на кровати с чашкой чая, Андайн улыбнулась Сансу, который сидел в нескольких метрах от нее. – Я в долгу перед тобой. Клянусь своей честью, - произнесла она, опустив голову. Но внезапно наступила тишина, показавшаяся стражнице весьма зловещей. Как затишье перед бурей. Осторожно подняв глаза, она наткнулась на скелета, который оказался в полуметре от нее. В его глазницах читалось безумие, смешивающееся с злостью и жаждой…чего-то плохого. Сглотнув, она протянула руку к нему, дабы спросить в чем дело, но неожиданно скелет взял ее двумя пальцами за подбородок, рассматривая лицо Андайн. Странно, но она не сопротивлялась. Не потому, что не могла, а просто не хотела… - Правду ведь говорят, что для потомков твоего рода честь – значит жизнь? – прошипел Санс, ухмыляясь. Андайн лишь кивнула, не в силах ответить ему. Его улыбка стала еще шире, а золотой зуб заблестел, нагоняя еще больше страха на нее. – Мне нужно кое-что сделать с этим миром. При любом непослушании я тебя убью. Но сначала лишу чести. Думаю, ты понимаешь, о чем я, - рука скелета легла на бедро Андайн, чуть сжав, отчего стражница вздрогнула, испуганно посмотрев на Санса, и понимая, что она угодила в ловушку: такие, как Андайн не могли разрушить свою клятву, и теперь, фактически, она в его владении… - Ты ведь согласна? – Вновь кивок. Захохотав, скелет толкнул Андайн обратно на подушки, и, встав, провел рукой по воздуху. Та ахнула : из ниоткуда появилась картинка, сильно смахивающая на шахматную доску. Только вместо привычных фигурок на ней стояли силуэты всех ее знакомых из Подземелья. Не было только одной: Фриск. - Первым делом нам нужно устранить Санса, - И на глазах Андайн фигурка скелета превратилась в пыль.

***

Она оказалась зажатой в угол, откуда нельзя было выбраться. Напротив нее стоял Папирус, грозно возвышаясь над бедной девушкой, отчего она даже съежилась, став еще меньше. Фриск прекрасно осознавала свою вину. Но эта ложь… Прежде быв честной, «чистой», ей было очень нелегко от этого груза лжи. Вранье своим друзьям, Сансу, еще одному Сансу, Папирусу… Она устала от этого. Но это было единственным выходом, исход которого вполне мог быть фатальным, но девушку это не останавливало. Фриск должна была идти к своей цели. - Прошу тебя, Папирус… Дай мне объяснить, прошу. - Как ты смеешь, Фриск? Мой брат без ума от тебя, а ты до сих пор делала вид, что не замечала этого! Не замечала того, что он не сводит с тебя взгляда. Не замечала того, что только он беспокоится больше всех о тебе. Что ты ему нужна! Ну даже ладно, пропустим и это. Как смела ты еще признаться в любви ему, другому Сансу? Он же тебя практически убил, а ты…Это низко, Фриск. И подло. Я разочарован в тебе, прости. - Пойми, я должна сделать это. Я должна была сказать этому Сансу, что люблю его. Я хочу… - последние слова ее оказались неразборчивыми из-за ее всхлипа, но каким-то чудом Папирус уловил. Шокированный, он встал на колени перед ней. И обнял. Настолько крепко, насколько мог. Чтобы защитить ее. И поддержать. - Прости меня…