Мы нашли друг друга

Pov Ароникиэль       «Хм, странный малый… идет уже который день». Вы спросите: что в нем странного? Да, в принципе, все! Начиная с того, что как только он ступил на мою землю, — в тот момент сработала сигнализация о приближении чужака, — ни разу не снимал свой плащ! Парень имел странные очертания. Плащ топорщился с разных сторон, складывалось впечатление, что юноша прячет что-то. Капюшон полностью покрывал голову и не давал возможности разглядеть лицо незнакомца. Он каждый день продвигался в мою сторону… Я бы даже сказал, упорно продвигался. Не снимал свой чёртов плащ, хоть и было довольно жарко, середина лета все-таки. От редких прохожих шарахался по кустам. Парень ни с кем не общался. Наблюдая за ним через кристалл, я понял, что хочу увидеть его и снять этот плащ! Что он прячет? Почему один? Все больше и больше появлялось вопросов, на которые, увы, у меня не было ответов. Я мог бы это все узнать, но, как мазохист, сидел все это время и наблюдал за ним через следилку. Что-то в парне было интересно мне. Я это чувствовал, но никак не мог определить, что именно так притягивает к нему. И с большим интересом начинал думать о нем, все чаще следить за его поведением. Выискивая хоть какие-нибудь ответы на многочисленные вопросы в моей голове. Даже во время работы часто замечал, что думаю именно о нем. Я никогда так не волновался от предстоящей встречи, а то, что она не за горами, даже не сомневался.

***

      Я встал с кресла, в котором сидел уже несколько часов, чтобы размять суставы. Энергия перестала поступать в магический шар на столе, и тот померк. Все это время я находился в библиотеке, моя самая любимая комната во всем замке. Тут я мог сидеть часами, а все благодаря тому, что она была отделана эльфами, что не каждым было под силу получить. Но сила, деньги, а главное связи, открывали много просторов и возможностей для фантазии. Изумительные резные картины на панелях из лиственницы, покрывающие стены, были в человеческий рост. Потолки уходили вверх на несколько метров, что позволяло иметь еще один уровень, для более удобного доступа к шкафам с книгами. На следующий ярус вела ажурная винтовая лестница из позолоченного дерева, на перилах были изображены различного рода листья, лианы, даже иногда проглядывались звери. Она находилась около дверей. Остальная часть стен была отделана тканью бирюзового цвета с серебряным орнаментом тех же листьев. Такой же тканью были обтянуты диваны и кресла в библиотеке, для отдыха и чтения книг, тут же. Паркетный пол из широкой дубовой дощечки, покрывал длинный ковер с коротким ворсом серого цвета. С потолка свисали несколько воздушных хрустальных люстр, освещая помещение мягким магическим светом. Все это было выполнено в таком легком стиле, что глаза радовались, а сердце отдыхало, находясь в этом помещении. Пройдясь по библиотеке, я подошел к панорамному окну, завешенному тяжелыми светло-серыми шторами, подпоясанными по бокам толстыми шнурами с махровыми кисточками. Выглянув в окно, я увидел сад, множество различных цветов, кустарников, могучих деревьев. Кольцо его опоясывало весь замок по периметру. Сам замок находился в предгорье, что не так способствовало росту зелени. Но мне ничего не стоило поднять этот сад своей магией. Погода была прекрасна, давно таких деньков не было. Солнечно, небо чистое, ни облачка! В такие дни ненароком и думаешь, что жизнь прекрасна, если бы не одно Но…       Я был изгоем в обществе. Но все боялись меня, ведь я был одним из сильнейших некромантов в Аркенте. Аркент — наша столица, в которой можно было встретить многие расы. Люди, демоны, эльфы, гномы, неки и много других рас. Нек, кстати, можно было встретить крайне редко, но не суть важно сейчас. Из-за такого разнообразия рас моя биологическая мамаша и поплатилась за свою беспечность. Завела роман с человеком, чтоб насолить своему мужу за его постоянные гулянки налево. Через некоторое время она залетела от него. Что самое интересное: все лекаря и врачеватели, к которым она обращалась сделать аборт, говорили ей: умрет ребенок — не жить и ей. Чтоб скрыть свой позор, она для своего мужа отправилась на курорт поправлять свое здоровье. А сама же укатила в глушь, чтоб никто, даже последняя собака, не мог догадаться о ее беременности. Так что, меня она уже ненавидела с того момента, как только узнала, что беременность не прервать. Слишком много проблем я ей доставлял. Когда же все-таки пришло время рожать, она нашла в своих владениях, в небольшом селе, молодую женщину, которая недавно потеряла ребенка. Договорившись с той, через несколько дней после родов передала меня ей. Надеясь, наверно, на то, что и я тоже богу душу отдам через некоторое время. Чтоб та молчала обо мне, каждый год выплачивала ей приличную сумму. А вот тут, я бы, наверное, даже посмеялся над своей родительницей. Не того она человека выбрала. Из-за спешки даже ничего толком о ней не узнала. Девушка оказалась совестливая, потеряв своего ребенка, она не обозлилась как многие представительницы женского пола на весь мир. Всем сердцем полюбила меня, воспитывая и ухаживая, как за своим ребенком. Своих детей она уже не могла иметь. Вот так я и рос — в любви и ласке. Не зная, что моей матерью является вовсе не моя кормилица, а та блистательная эльфийка, которая приезжала к нам в один и тот же день каждый год.       Чистокровная! По ней это было сразу видно. Что могло связывать ее и мою маму, я не мог понять. Высокая, статная фигура, красивое лицо слегка вытянутой формы, зеленые глаза и светлые, почти платиновые волосы. Она всегда выглядела шикарно, приезжала всегда одна на прекрасном жеребце. Но прекрасна она была, как зачастую бывает, лишь внешне, о чем я узнал лишь намного позже. Смотря на меня, всегда кривила свои тонкие губы и постоянно хмурилась. Хоть она и была красива, но пугала меня очень сильно, всегда доводила до слез, получая при этом неимоверное удовольствие. Когда она уходила, Кинда — моя кормилица — брала меня на руки и укачивала, стараясь успокоить. Так проходило мое детство, со временем я привык к таким посещениям и пытался по возможности не присутствовать при разговорах с этой эльфийкой. Что удавалось не всегда, она требовала моего присутствия, чтоб наблюдать за мной пока говорила с Киндой.       Мы жили в то время в маленьком деревянном домике на две комнаты, нам большего-то и не надо было, мы были счастливы вместе. Но однажды все это перечеркнуло одно происшествие, после которого вся моя жизнь поменялась… Я сидел среди грядок огорода, сажал семена. Засыпав очередное зернышко, прижал почву плотней и просто пожелал, чтоб всходы появились быстрей. Моя ладонь засветилась зеленым светом, а все посеянные семена тут же вылезли из своих лунок приличными саженцами. Я сидел в шоке, ведь такого не могло быть! От испуга я кинулся искать Кинду. С круглыми глазами влетел в домик, испугав ее своим видом настолько, что она выронила плошку с водой, которую несла к столу. Толком ничего не объяснив, я просто схватил женщину за руку и потянул в огород. Когда мы дошли до грядок, она оглядела пространство, засаженное крупными саженцами, и усмехнулась. — Да! — Закрыв рот руками, восторженно прошептала она, — а она говорила, что никакой магии не будет, как же она ошибалась! - Я непонимающе уставился на нее. Кто она? На счет чего ошибалась? Откуда все взялось? Повернувшись ко мне, Кинда поцеловала мою макушку, благо еще дотягивалась. — Мам, это как?! — Я все еще прибывал в шоке. Посмотрев на меня очень серьезно, она кивнула своим мыслям и потянула меня домой. Зайдя в комнату, мы уселись по обоим краям небольшого стола, где моя кормилица еще долго собиралась с мыслями, в чем я ее не торопил, прекрасно понимая, что речь пойдет о чем-то неприятного для нее. — Ники, — начала она, обращаясь ко мне, — понимаешь, в чем дело… ты сын госпожи Нернелиникалэй, — эти слова повергли меня в шок. Такого не могло быть! Просто не могло. Та эльфийка моя мать? — Так вот… — Было видно, что после стольких лет совместной жизни ей было трудно говорить со мной о матери, которая относилась ко мне, точно к предмету. - Она эльфийка, а соответственно — ты тоже, но из-за того, что ты полукровка — эльф лишь наполовину — Госпожа думала, что в тебе не будет ни капли магии, ведь когда ты был маленьким, на эльфа ты совсем не был похож. Кто твой отец я не знаю. Может, человек, может, еще кто-то.… Но смотря на твою достаточно сильную магию, я склонна думать, что он не был человеком, — пробормотала она. Я непонимающе на нее уставился, для меня это было как гром среди белого дня, я ничего не мог понять. Магия? Внутри меня? Что за бред! И мама не моя мама? — Я вижу, что ты ничего не понимаешь, — Кинда медленно встала из-за стола, по ее движениям было видно, что поделившись со мной кусочком правды, ей стало легче, но сделать для нее это было тяжело. - Погоди, я сейчас тебе все объясню. Женщина взяла в руки железный узорчатый чайник, набрала в него воды и поставила греться. Я терпеливо ждал. — Так вот, насколько я знаю, у твоей матери был бурный роман с одним мужчиной в свое время, но так как она замужем, сам понимаешь, роман скрывали. Когда Нернелиникалэй узнала, что понесла, было уже поздно что-то делать. Она уехала тогда из замка под предлогом отдохнуть от суеты на курорте, а сама просидела в какой-то глуши, дожидаясь твоего рождения. Она была в бешенстве, что так получилось. Когда же ты родился, нашла меня, как кормилицу. Я сначала думала, что Нернелин меня к себе возьмет, но появившись на пороге моего дома, всучила сверток с тобой и сказала, чтоб забирала себе, деньги на содержание мне будет платить раз в год. Она приказала тебе ничего не говорить. Но твоя сила проявилась, и утаивать от тебя правду больше нельзя. Ники, ты сейчас ни капельки не похож на эльфа, но со временем, когда твоя магия войдет в полную силу, ты преобразишься. Для эльфа ты очень быстро развивался, в твои года они еще маленькие. Поэтому мать тебя не забирала все это время. Она думала, что ты человек, — Кинда встала и отошла к плите, где вскипел чайник. Заварила чай и поставила передо мной кружку. Обхватив ее ладонями, я только сейчас понял насколько ледяные у меня руки. Я сидел в полном шоке, не каждый день узнаешь, что ты наполовину эльф. Да еще и с чокнутой мамашей, которая, нагуляв тебя неизвестно от кого, сбросила на чужие руки. И все из-за чего? Из-за того, что во мне не могло быть магии? Только потому, что я не похож на эльфов? Да, дилемма. И все ее презренные взгляды мне стали ясны! Я не был ей ровней, я для нее никто! Переместив взгляд на Кинду, я понял. Вот ей! Вот этой женщине я действительно нужен, она меня всегда любила, она не предала меня и никогда не придаст. Ей все равно, есть у меня магия или нет, ей все равно, как я выгляжу, она меня просто любит и все! Но все же не утерпел и спросил: — Мам, но ты же меня любишь? Ты же так же и останешься для меня мамой? — Она встала, спокойно обошла стол и, встав на колени возле моего стула, сказала: — Солнышко, конечно люблю, мне все равно человек ты или эльф, ведь я тебя вырастила и выходила. Мальчик мой, ты у меня единственное счастье в этом мире! — она смотрела на меня глазами полными слез, обхватив ладонями мое лицо, поцеловала и прижала к себе. Она всегда так делала, когда видела, что мне плохо. -Я тебя никому не отдам, ты мой сын! Слышишь? Мой!       Вот так я узнал, что являюсь полукровкой, полуэльфом и еще кем-то. В тот день я получил первый дар магии, благодаря которому мы могли не волноваться на счет урожая. Я помогал маме, чем мог. Через некоторое время я стал замечать, что изменения во мне все-таки начались. Вытянулась фигура, но из-за того, что я очень много работал физически, выполняя всю мужскую работу по дому и хозяйству, она у меня не была поджарая и худая, как у эльфов. Скорее телосложение мне досталось от отца, так как за какой-то год я вымахал на голову и прибавил в весе, в мышцах. Мать не могла насмотреться на меня. Радовалась, как ребенок, что я такой красавчик у нее росту. Лицо тоже преобразилось. Перед тем, как проснулась магия, я был сереньким - темно русые волосы, присыпанные пеплом. Серые глаза, невыразительные губы. Сейчас же волосы окрасились в черный цвет воронова крыла, с синим отливом. Глаза стали темно-серого цвета, как облака перед самой грозой. Брови вразлет, губы увеличились, но не намного, стали более пухлыми и обрели более четкий контур и более насыщенный цвет. Если бы не солнце, кожа была бы, наверно, бледной, но я был загорелый, так как все время проводил на улице. Кинда ходила и постоянно подначивала меня, что все девушки с ближайшей деревни будут моими. Я в эту деревню ходил иногда. Но это было до того, как я преобразился.