Вспомнить всё

— Хитоми, — еле слышный шёпот, чья-то рука нежно перебирает волосы.  — Ещё чуть-чуть, — голос после сна хриплый. Девушка перевернулась на другой бок. Губы человека, склонившегося над брюнеткой, мазнули по шее. Смешок.  — Просыпайся. Рабочий день скоро начнётся. — Лёгкий поцелуй на щеке. — Вставай. Девушка нехотя потягивается. Показавшаяся из-под одеяла пятка тут же была атакована щекоткой. Хитоми засмеялась и спрятала конечность под одеялом. — Вставай, Хаширама уже во всю готовит завтрак, — на этих словах девушка моментально проснулась. Вчерашний день пронёсся перед глазами. Она пришла предупредить Тобираму на счет брата и тот уговорил её остаться у них переночевать. Сейчас она в их квартире, Хаширама на кухне готовит завтрак, следовательно будит её, девушка залилась краской и спрятала голову под одеялом, Тобирама. И что это за нежности? Хотя было приятно. — Я уже встаю. Выйди я переоденусь, — донеслось из-под одеяла. Хитоми чувствовала себя неловко в данной ситуации. Было бы гораздо проще если бы её скинули с дивана и приказали вставать ибо она дрыхнет уже очень долго, наверное. — Ага, конечно, я выйду, а ты опять заснёшь, — хмыкнул мужчина. — Одевайся я отвернусь. Пробурчав что-то в ответ девушка выглянула из своего убежища, убедилась, что Сенджу отвернулся и скинула одеяло. Солнечные лучи проникали через окно в комнату, обычно Хитоми просыпалась от их света, которой продолжительное время светил ей в лицо, но вчера, ложась спать, она точно видела, что шторы были завешены, значит Тобирама открыл окно, когда пришёл будить её. Часы висевшие на стене показывали пол девятого. «Поздновато», — зевнула девушка. — Не подглядывай, — брюнетка начала быстро переодеваться, периодически поглядывая на Тобираму. В процессе переодевания девушка думала, когда сказать мужчине о своих чувствах. То, что сделать это нужно обязательно сегодня она и так понимала. Завтра они уходят, а Тобирама попросил ответить до их отправления. Можно было бы поговорить завтра утром, но зная себя, лучше не затягивать. Всё равно ответ утвердительный. Если бы она собиралась отказать ему, то тут можно было бы помедлить и хорошенько подумать как не обидеть его. Хотя он расстроился бы в любом случае, с какой бы стороны это не поднести, но хоть как-то можно было бы сгладить удар. Просто подойти и сказать: «Ты мне не нравишься», «Ты не в моём вкусе» или ещё лучше «Давай останемся друзьями» — все эти варианты не для Хитоми. Она бы очень переживала за человека. — Всё, — поправляя майку Учиха повернулась к мужчине. «Наверное это лучший момент чтобы ответить ему. Кто знает что будет вечером», — собралась с духом брюнетка. — Я… Я хотела тебе кое-что сказать. Думала сделать это вечером, но в принципе без разницы когда я это сделаю утро, день, вечер… Что я несу? — нервно рассмеялась Хитоми бегая взглядом по комнате и борясь с желанием посмотреть в глаза мужчины, который прекрасно знал, что она хочет сказать, но решил не подавать виду. Вся храбрость испарилась под взглядом Тобирамы, как только она начала говорить. Хитоми не знала как выразить свои мысли. В голове всё понятно, но на деле совсем не так. Девушка конечно смотрела фильмы, где героиня не решается признаться в любви, а потом от избытка нежных чувств кричит ему: «Я люблю тебя!» и всё такое, но это не фильм и кричать она точно не будет (с кухни прибежит Хаширама и тогда будет в двойне неловко). — И что же это? — он хотел казаться серьёзным, но еле заметно поднятые уголки губ выдавали его. Он знает её ответ, она это видит в его искрящихся от радости глазах, но делает вид, что не понимает — хочет услышать это от неё. — Ты знаешь, — девушка отвернулась, не давая увидеть Тобираме свои красные щёки. Всякий раз, при мысли о нём, она заливается краской. Стыдоба. Хитоми в жизни столько не краснела, сколько за эту неделю… За эту неделю она побила все рекорды в нехарактерном для неё поведении. Чему ещё удивляться? Её жизнь кардинально изменилась… или стала прежней? Может всё это время она вела себя не так как обычно. Рядом не было никого знакомого, может девушка просто приспособилась так жить. Нечему было веселиться, чаще всего она была в подавленном состоянии так как ничего не помнила и это удручало её, а потом она привыкла и жила, как будто так и надо. А теперь её панцирь начал трескаться — вернулись друзья и брат, нахлынули воспоминания, брюнетка стала значительно больше смеяться. Всё постепенно налаживалось. А теперь, признавшись Тобираме в своих чувствах, она сможет узнать что такое любовь. — Даже не представляю, что ты хочешь сказать, — настаивал на своём он, медленно подходя к девушке уже не скрывая улыбки. Обняв её со спины он прошептал ей на ушко: — Можешь на меня не смотреть, когда будешь говорить. Хитоми фыркнула и положила свои руки поверх рук Тобирамы. Они были прохладными, но, независимо от этого, объятья дарили тепло. «Не думала, что признаваться в любви настолько смущающее занятие. Открываю рот, но не могу произнести ни звука» — сердце билось как после долгой пробежки. Наконец собравшись с мыслями она сумела сказать: — Я подумала над твоим эээ… признанием? — И? — мужчина ненавязчиво подталкивал её к, известному им обоим, ответу. — В общем… ты… я считаю… точнее так и есть… у меня есть чувства к тебе и… — Тобирама не стал дожидаться окончания реплики и коснулся её, столь желанных и манящих, губ. На много нежнее, чем он себе представлял. Поцелуй застал девушку врасплох. Её ноги девушки мгновенно стали ватными, поцелуй дарил блаженство и умиротворение. Ей было уютно в объятьях Тобирамы, она бы простояла так целую вечность, обняв его за шею. — Хитоми! Ты уже проснулась? — в комнату влетел Хаширама в синем переднике, оторвавшийся от готовки, чтобы проверить девушку. Мысли о поцелуе моментально покинули голову брюнетки и она, отпихнув Тобираму, отвернулась от двери, заливаясь краской. Взгляд младшего брата не сулил ничего хорошего Хашираме. — Ой, я вам помешал, — виновато улыбнулся он. — Продолжайте, не торопитесь, завтрак подождёт. И моментально скрылся, закрыв за собой дверь. — Прости его. Он мастер появляться не вовремя. — Тобирама положил руку на талию девушки и зарылся носом в её волосы. Он помнил их запах все эти годы. Он чудился ему, когда мужчина лежал в бреду после нескольких дней её поисков. Тогда несколько дней шел ливень, а мужчина отказывался отдохнуть и слёг с простудой. На протяжении всей жизни он чувствовал его. Он был рядом, но, когда Тобирама пытался найти его источник, тут же ускользал, поэтому Сенджу не смог забыть Хитоми ни на мгновенье. — У тебя уши горят, — добавил он, заправив на красное ухо прядь волос, но Хитоми тут же свесила её на лицо, закрыв ухо. — Ладно, я пойду в кухню, а ты за мной. Мужчина с неохотой отстранился от девушки и, последний раз оглядев её стройную фигуру, вышел из комнаты. Учиха постояла ещё пол минуты, вышла следом. «Самое главное, что Хаширама не зашёл в тот момент, когда я признавалась Тобираме. Это было бы ОЧЕНЬ неловко» — повеселела она. *** — То есть как пропала? — Хаширама поедал бутерброд, но, услышав вчерашнюю историю Хитоми о её документах, отложил его в сторону, иногда поглядывая не него с сожалением. — Вот так, — пожала плечами девушка, допивая чай, — я видела её несколько недель назад, а вчера весь архив перерыла. Нет. Мой подчинённый предполагает, что её украли недавно. Я рассказала об этом Мадаре, он думает, что кто-то не хочет, чтобы она попала вам на глаза, но я пересматривала папку не раз — там нет ничего сверхсекретного! Она была составлена после моего появления здесь. — Похоже не все считают её обычной, — шатен подпёр щёку рукой и добавил: — Я собираюсь сходить к вам домой, может смогу найти следы анбу, которого вы видели с Тобирамой. — Я собиралась кое с кем встретиться и тоже сходить туда, — кивнула ему Хитоми. Она вчера отправила записку Широ с просьбой помочь ей с этим анбу. Девушка надеялась найти его следы возле дома, а если там будет ещё и Хаширама, то это будет во много раз быстрее и эффективнее. — Отлично, тогда, Тобирама, разберёшься со всем в резиденции? После войны там не хватает рук, — вопросительно посмотрел на брата Первый. Тот с удовольствием пошёл бы с Хитоми, потому что этот её «кое-кто» не внушал доверия, но Пятой действительно требовалась помощь, так что Тобирама кивнул на вопрос брата. *** Широ уже ждал девушку и входа в полицию. Заметив её из дали, махнул рукой и направился к ней. — Я удостоился чести увидеть дом нашего капитана, — кивнул он знак приветствия и его губы растянулись в улыбке. — Какой-то ты сегодня слишком весёлый, — подозрительно покосилась на него Хитоми. — С красивой девушкой что ли познакомился? — Нет… Это личное, — улыбнулся он. — Но не будем отвлекаться. Показывайте дорогу. Будем разбираться с проблемой. — Да, проблема не то слово, — горестно вздохнула девушка. Учиха чувствовала, что быстро всё это не закончиться, но к счастью она будет разбираться с этим делом не в одиночку. Минут через десять они достигли места встречи с Хаширамой. Увидев Первого Широ прошептал девушке: — Нас изначально должно было быть трое или это совпадение? — Изначально. Втроём мы быстрее справимся, — утвердительно кивнула девушка и улыбнулась Сенджу. Широ поприветствовал Хокаге, что для Хитоми было очень непривычно так как она общалась с ним и со Вторым неформально. Она же знает их с детства. Хотя на людях для девушки было бы предпочтительней обращаться к ним по форме, чтобы не привлекать лишнего внимания. — Я быстренько осмотрелся в доме. Там нет никаких следов пребывания посторонних, кроме ваших с Тобирамой. За домом есть следы, как я понял это вы гнались за анбу. След чакры уже исчез, нового нет. Последний раз он был тут вместе с вами, — Сенджу почесал затылок и неуверенно добавил, оглядывая покосившийся дом. — Знаешь, что-то мне подсказывает что следили не за домом. — Что вы имеете в виду? — поинтересовался Широ. Хаширама посмотрел на него и улыбнулся, объясняя: — Я думаю, что следили не за домом, а за Хитоми. Вероятно ты не замечала слежки в деревне, там обычно людно, но тут никого нет и тебе удалось увидеть шпиона, — обратился он к девушке, та задумавшись смотрела на дом. Сколько же воспоминаний с ним связано, а она не может вспомнить и десятка. Ей многое предстоит вспомнить и этот дом будет мелькать в каждом. Там будут происходить события, или он просто будет упоминаться, но он будет в её памяти всегда. Не такой, заброшенный, покосившийся, полу прогнивший и с выбитыми стёклами, а обжитый дом, в котором кипела жизнь. И задний дворик, где Хитоми часто гуляла будучи совсем маленькой (Мадара не хотел, чтобы она играла вместе с другими детьми. Боялся, наверное), это она помнила. Неожиданно там мелькнул знакомый Хитоми силуэт. Его она хорошо запомнила, хоть вдела всего лишь пару минут. — Стой! — крикнула девушка и побежала за анбу. Хаширама и Широ, мгновенно среагировав на её окрик, побежали за ней. Брюнетка нагнала его у самой кромки леса, толкнула и мужчина, не удержавшись, начал падать, но Хитоми подняла его и прижала к дереву. Срывая маску с анбу она была готова опуститься даже до того, что будет угрожать смертью его близких, лишь бы достать из него информацию. Ярость захлестнула её, но увидев лицо человека прятавшегося под маской брюнетка обомлела. — Акайо-сан?! — Хитоми остановилась как вкопанная. Этот пожилой мужчина был её соседом с того момента, как она поселилась в Конохе. Она делилась с ним своими проблемами, рассказывала как налаживается работа в полиции и прочее и прочее, а он на самом деле следил за ней. Как давно? Ей не хотелось верить, что с самого начала. Может его заставили? Пребывая в шоковом состоянии она не услышала его тихое: «Прости», не почувствовала как он вырвался из её рук и начал убегать, но был схвачен древесной техникой Первого. На самом деле Хитоми ожидала подобное уже давно, но не от этого мужчины. Он был так добр к ней, она верила ему, но всё это было лишь прикрытием, чтобы втереться к ней в доверие. Пригвождённый к дереву анбу изо всех сил старался сопротивляться технике парня. — Я полагаю, что вы следили за Хитоми. Ведь так? — Хаширама был на удивление спокоен. — Акайо-сан, зачем вы следили за мной? — девушка, всё ещё не отошедшая от шока. Её взгляд был полон боли. Теперь она знала, что такое предательство и насколько это больно, получить нож в спину от человека, которому верил больше всех. — Что произошло в этом доме? Меня похитили?  — Это была ошибка, — с сожалением произнёс анбу. — Всё пошло не по плану.  — Не по плану? О чём вы? — Хитоми мелкими шажками подошла поближе к мужчине. Она надеялась, что он хоть даст им хоть какую-то подсказку. — Это не должно было случиться, — продолжал шептать мужчина. — Они не ожидали, что события так развернуться. — Что произошло? — девушка не понимала о чем он говорит. Она хотела получить вразумительный ответ, а анбу только твердил про какую-то ошибку. В чём они ошиблись? Анбу испуганными глазами посмотрела на Хашираму. — Это была ошибка, — прошептал он. Неожиданно он дёрнул рукой, все отступили назад, анбу ужалось освободить руку и он молниеносно достал из кармана какую-то таблетку и принял её. Таблетка подействовала моментально и мужчина начал биться в конвульсиях. — Нет! Акайо-сан! — девушка начала трясти мужчину за плечи, но было поздно. Глаза анбу закатились и он обмяк. — Чёрт! — Хитоми пнула лежащий рядом камень. Ответы были почти у неё в руках, но теперь появилось ещё больше вопросов. Что за ошибка произошла? Почему мужчина ничего не рассказал? Все свидетели и действующие лица давно мертвы, чего бояться? — Что-то пошло не по плану? — Широ, всё это время стоявший в стороне и не ведённый во все подробности перемещения девушки из прошлого, с интересом смотрел то на своего капитана, то на Первого Хокаге. Девушка была расстроена и подавлена, а мужчина, сведя брови, смотрел на труп анбу, упавший на землю. В его голове выстраивались схемы и варианты того, почему мужчина так трясся из-за той погрешности. Что могло так его напугать, раз смерть была предпочтительней, чем рассказать правду? Или… мужчину осенило: — Скорее всего он не мог ничего сказать, потому что был связан клятвой не разглашения. Раньше они часть применялись — пояснил Хаширама, — но после были отменены, так как шиноби, выдававшие тайну тут же умирали от остановки сердца — так проявлялось действие клятвы. — То есть он предпочёл умереть от таблетки, чем от остановки сердца? — Хитоми скрестила руки. — А разница в чем? — Эээ… — растерялся Сенжду. — Это просто предположение. И развёл руками. — А может он не хотел мучатся и решил умереть по быстрому? Таблеточка то моментально подействовала, — кивнул на труп Широ. Учиха укоризненно посмотрела на парня и начала обыскивать труп. Должна быть хоть какая-то подсказка. Хокаге и Широ подошли ближе. В одном из карманов девушка нашла фотографию Акайо-сана с его дочкой. Она жила в Деревне Песка и приезжала раз в год, на день рождение отца. Характер у неё не ахти, но отца она любила. Хитоми было жаль её. Интуиция подсказала девушка, что это не всё, что было у мужчины с собой и она расстегнула его бронежилет. Под ним была папка. Такие обычно используют для личных дел служащих полиции. Уже зная, чья это папка она достала её и, прочитав там своё имя, с грустью сказала: — Вот мы и нашли вора папки. — Так это всё он! — воскликнул парень. — Это та папка, про которую ты говорила утром? — поинтересовался Хаширама из-за плеча девушка. Папка как папка. Зачем её красть? — Да, — Хитоми начала рассматривать содержимое папки. Всё было на месте. — Погоди, — мужчина вырвал папку из рук Учихи и уставился в какой-то документ. Недоумение легко читалось на его лице. — Этого здесь быть не должно. Хитоми пришлось встать на цыпочки, чтобы увидеть находку Сенджу, но это был обычный бланк из больницы с её группой крови, списком болезней, которые она перенесла и прочими непонятными, для девушка, словами. Брюнетка разочарованно вздохнула: — Это всего лишь справка из больницы. Но Хаширама так не считала его глаза лихорадочно бегали по листку. — Обсудим это дома… Ты же не против переночевать у нас ещё раз? Завтра отправляемся, так что забеги к себе — возьмёшь всё, что нужно и возвращайся, мы будем ждать. И не сказав больше ни слова Шиноби побежал в сторону деревни. — Ты ночевала у Хокаге?! — казалось глаза Широ выскочат из орбит от удивления. — Меня заставили, — пожала плечами девушка. — Позаботься о трупе. Завтра встречаемся у ворот в полдень и напомни Кано. Через минуту её силуэт был еле различим в дали. — А я опять разгребаю всё. — Горестно вздохнул парень и пихнул ногой труп. — Ну и как мне о тебе «позаботиться»? На себе что ли тащить? *** Собирая вещи в своей квартире, Хитоми чувствовала себя тут чужой. Это не её дом, всего лишь временное убежище. Её дом рядом с Хаширамой, Тобирамой и … братом. Хоть он не неё злится, что девушка понимает, что это лишь потому, что он переживает за неё. Наконец-то девушка чувствовала себя нужной. Как же давно она этого ждала… Закрывая за собой дверь Хитоми знала, что не вернётся сюда. Уже ни что не будет как прежде. «Ни что не будет как прежде» — улыбнулась она, поворачивая ключ в замке. *** — … я бы этого и не заметил, если бы не печать, — донеслось до девушки из-за открывающейся двери. — Хитоми! — радостно воскликнул Тобирама. — Заходи. — О ты уже собралась? — из кухни показалась голова Хаширамы. — Я пригласил её переночевать у нас. Ты же не против? — хитрая улыбка. — Нужно о многом поговорить. Столько версий. Закончим не скоро. Поторопитесь. Младший Сенджу отнёс вещи девушки в комнату, где она спала в прошлый раз и они вместе пошли на кухню, где во всю хлопотал Хаширама, расставляя чашки и нарезая любимый тортик Хитоми, специально купленный Тобирамой. Старший Сенджу был рад, что личная жизнь брата начинает налаживаться и он был счастлив, что спутницей брата стала Хитоми, а не какая-нибудь неизвестная ему девушка. Так же он был рад, что Хитоми выбрала брата. Ему бы не хотелось сидеть вечерами допоздна и ждать Хитоми со свидания с малоизвестной ему личностью. Эта мысль коробила больше, чем-то, что Тобирама мог посмотреть не на Хитоми, а на кого-то другого, но брат взрослый мужчина и в состоянии сам разобраться со своими чувствами и выдрать достойную пассию. Хитоми — другое дело. Она ещё неопытна в сердечных делах и Хаширама очень не хотел, чтобы кто-то ранил её своим отказом. Ведь молодые девушки так влюбчивы. Но обстоятельства складывались как нельзя лучше, правда было одна «но» и это «но» звали Учиха Мадара. Он скорее себе голову отгрызёт, чем позволит сестре встречаться с Сенджу, но Хаширама планировал уладить этот нюанс, не впутывая в разборки Хитоми и Тобираму.  — Какой ты хозяйственный, — улыбнулась Учиха, садясь на стул. Рядом сел Тобирама и пододвинул ей кусочек торта. Брюнетка осторожно отхлебнула чай и откусила торт. Крем таял во рту и девушка думала, глядя на что-то втолковывавшего брату Тобираму и смеющегося Хашираму: «Как же уютно. По-домашнему» — А теперь к делу. По завершению перекуса Хаширама положил на стол папку, найденную и анбу и раскрыл её, показав всем больничную справку. — Хитоми, — Сенджу посмотрел на неё как на маленького ребёнка которому сейчас будут объяснять какую-то очевидную вещь. — Этот бланк — доказательство того, что ты родилась в наше время, а не сейчас. Эта справка была выдана тебе после очередной твоей необъяснимой болезни… Серьёзно, ты была просто кладезем неизвестных нам заболеваний. Где ты их подхватывала? Девушка широко улыбнулась и пожала плечами, мол «не имею ни малейшего понятия». — Но не суть. — продолжил Хокаге. — После твоего исчезновения Мадара изъял все документы, упоминавшие о тебе, в том числе и твоё дело. Это бумажка лежала там. Для меня остаётся загадкой как она попала в твоё новое дело, но её там быть не должно. Скорее всего кто-то выкрал её у Мадары. Кто этот смельчак? — Хашимара, — Тобирама вернул брата к теме обсуждения. Второй знал, что если его не остановить, то он всё забудет и начнёт говорить о посторонних вещах, а это грозит затянуться на пол ночи. — Да. Справка. — Кивнул шатен. — Видишь печать на бланке? Это старая печать. Она использовалась некоторое время после постройки больницы, но была изменена ещё когда я был Хокаге. — Всё дело в печати? — Хитоми подняла бровь и скрестила руки. — Точно. — Хаширама опёрся на стол и широко улыбнулся. — Благодаря ней я всё понял. Правда я молодец? — Не время радоваться, — Тобирама серьёзно посмотрел на брата. — Справка — это всего лишь подтверждение тому, что мы и так знали — Хитоми сестра Мадары. Ты сказал, что анбу принял какую-то таблетку не желая раскрывать тайну. — Скорее всего он был связан клятвой, — рассказал о своей гипотезе Первый. — Допустим. — вздохнул Второй. — Но вопросы те же: он следил за Хитоми или домом, как давно и для чего. — Это Акайо-сан. Он переселился в соседнюю квартиру через пару дней как я появилась в Конохе. Так что скорее всего за мной. — Девушке было тяжело осознавать, что этот добрый мужчина, всегда помогавший ей — на самом деле следил за ней. Тобирама притянул девушку за плечо и обнял её. Он понимал, что ей, оказавшись в центре внимания, сложно. Хитоми никогда не любила внимание посторонних к своей персоне, пряталась, когда кто-то незнакомый заходил в дом и всё в этом духе. Она была сестрой знаменитого Учихи Мадары, клан Учиха боготворил её, а остальные кланы считали её красивой и уже в возрасте пяти лет она получила первое предложение о заключении брака, который бы скрепил узы клана Учиха и другого клана. Мадара даже не стал смотреть его название, тут же выбросив в мусорку. Он не собирался использовать сестру как средство сближения с другими кланами. И был взбешён мыслью, что ему придётся расстаться с Хитоми. Так что они разрешали ей сидеть дома, если было совсем невыносимо на улице. Со временем это прошло, но отголоски прошлого иногда напоминают о себе, хоть она это и не осознает. — Нам остаётся понять зачем он следил за тобой? — нарушил воцарившуюся тишину Хаширама. Хитоми, разомлевшая в объятьях Второго, встрепенулась, протирая глаза, её уже клонило в сон. — Может для того чтобы продолжить начатое… Хотя нет… Просто для контроля: что я делаю, не веду ли себя странно. — Предположила девушка. — Начатое, точно нет… — младший Сенджу встал и подошёл к окну. — Скорее всего те анбу получили приказ похитить тебя и таким образом собирались контролировать Мадару. Но зачем следить за тобой и кто отдал приказ? Не думаю, что твой сосед действовал по своей инициативе. — Кто-то узнал тебя раньше нас, Хитоми, — Хаширама грустно посмотрел на девушку. Их опередили. Они вновь не смогли защитить её. — Когда я появилась здесь, была угроза нападения Акацуки и Обито Учихи под личиной брата, — брюнетка откинулась на спинку стула и закинула ногу на ногу. — Скорее всего узнавший меня думал, что я состою в сговоре с «братом». — Тогда встаёт вопрос — кто тебе не доверял и ярко выказывал это, — Тобирама внимательно следил за жестами Хитоми, но часто терял нить разговора отвлекаясь на, иногда мелькающую на лице девушки, улыбку, на её тонкие запястья, пухлые розовые губы, которые он целовал утром и с удовольствием бы сделал это и сейчас. Крепко прижал к себе и защитил от всех невзгод и проблем. Она идеальна. Ни одного изъяна. Прекрасна и безупречна. — Данзо, когда был жив. Кстати! — девушка наклонилась к столу, вспомнив важную деталь, которая была очевидной для неё и поэтому Хитоми упускала её из виду. — Корень же был расформирован после смерти Данзо, хотя он давно уже не управлял им. Анбу больше нет. И да, Акайо-сан был анбу, но по документам уже лет двадцать как покинул корень, уйдя на пенсию. Почему он вернулся? — Кто-то заставил его вернуться. — Второй был уверен в своих выводах. Если этот анбу уже отслужил своё, то какой ему прок возвращаться обратно, тем более продолжать работу после расформирования корня. — Его ввели в курс дела. Он знал, что прошло тем днём в вашем с Мадарой доме, но зачем ему знать подробности? Ему могли просто приказать следить за тобой, но вместо этого его посвятили во все события и, возможно, взяли клятву о неразглашении. Так кто тебя опасается? Кто не доверяет тебе, кроме Данзо, ведь какой смысл ему продолжать работать если «наниматель» мертв? — Старейшины. — Без замедления ответила Учиха. Они единственные, кто смотрел на неё с презрением. — Хомура и Кохару? — изумился Хаширама. Такого он от них точно не ожидал. Они могли недолюбливать Учих, но ведь Хитоми живёт здесь не один год, они должны были видеть, что она замечательная девушка и она точно бы никогда не вступила в сговор с противниками деревни, даже если бы это был её брат. Хитоми бы попыталась его переубедить. Обладательница шарингана любит Коноху, ей здесь нравиться. Почему же Старейшины так отрицательно настроен к ней? Неужели действительно думали, что она помогает из врагам? — Постойте! — встрепенулась она. — Акайо-сан не единственный анбу! — Что?! — в унисон воскликнули братья. — Я совсем забыла! — Хитоми, в приступе ярости на свою девичью память, потянула себя за волосы. Как же она не вспомнила о них раньше?! — Я видела анбу и раньше. Я часто их видела до недавнего времени. Я думала, что это Старейшины послали их, что бы они следили за мной, но они не появлялись в поле моего зрения около недели. Поэтому я забыла о них. — За тобой перестали следить когда мы пришли в деревню. Я бы заметил слежку. — Нахмурился Тобирама, пытаясь вспомнить, действительно ли он никого не видел или анбу были знатоками своего дела. — Об этом и говорю, — Учиха отпила уже остывший чай. — Давайте быстрее разберёмся с тем, кто эту кашу заварил так как я безумно хочу узнать ЧТО ПРОИЗОШЛО!!! В конце реплики девушка уже кричала. Ей надоели хождения вокруг да около. Она хотела услышать конкретный и чёткий ответ и была в бешенстве, потому что его никто не был в силах дать. Ей хотелось побыстрее разобраться с этой «великой тайной», так как хотелось наконец-то вздохнуть с облегчением и радоваться жизни и тому, что они с Тобирамой теперь вместе. — Успокойся, — мужчина как раз подошёл к ней и накрыл её ладонь своей. Его рука была прохладной, как и утром, в отличии от Хитоми, руки которой постоянно были горячими. Поэтому она переплела их пальцы, забирая прохладу, а Тобирама сел на свой стул, не желая разрывать их руки и наслаждаясь этим соприкосновением. — Что ж, — Хаширама вновь нарушил идиллию и улыбнулся в ответ на злой взгляд брата. — Завтра поговорим со Старейшинами на этот счет. Может они дадут нам ответы. — Очень на это надеюсь, — пробурчала девушка, прислонившись к плечу Второго. — Давайте выпьем ещё по чашечке чая и спать, а то уже поздно, — Первый обернулся, вглядываясь в ночную темноту, и направился к плите ставить чайник. Они сидели и допивали чай. Хитоми в полудрёме смотрела в окно. Мысленно уже находясь в кровати, брюнетка забыла, что чай горячий и, отхлебнув его, обожглась. От боли из глаз хлынули слёзы, в голове что-то стукнуло. Как в замедленной съёмке чашка упала на пол, разбившись на мелкие осколки, чай разлился по полу, а Хитоми захлестнули воспоминания: Вот они: Мадара, Хаширама, Тобирама и она маленькая — сидят в придорожной закусочной. Они возвращались в деревню с первого совета Каге. Старший Сенджу спорил с братом, а Тобирама отдавал Хитоми свои данго, она сама пила чай, болтая ногами в воздухе. Чай был горячий и когда Хитоми делала очередной глоток в закусочной раздался взрыв и глаза застелил туман. Послышались крики, лязг оружия, кто-то схватил её и побежал к выходу. Она испугалась и начала вырываться и кричать.  — Хитоми, это я. Всё хорошо. — Успокаивал знакомый голос. Когда они выбежали из закусочной девочка увидела, что это Тобирама и крепко прижалась к нему. Сердце всё ещё колотилось как бешеное. Вскоре к ним присоединились остальные.  — Шиноби из Страны Тумана. Похоже не всем нравится заключение мира между деревнями пяти стран, — скривился Мадара, забрав сестру из рук Сенджу. — Как ты? Не задело?  — Нет, только язык обожгла, — сказала она и показала пострадавшее место.  — До свадьбы заживёт. — Потрепал её по голове Хаширама.  — Хитоми!!! Хитоми!!! — кто-то тряс её за плечи. Девушка медленно возвращалась к реальности. Таким испуганным Тобираму брюнетка ещё никогда не видела. Убедив его, что с ней всё в порядке, девушка в его сопровождении пошла умыться, а Хаширама убирал осколки чашки и вытирал пол. POV Тобирамы Хитоми умылась и вытерла лицо полотенцем, которое я ей подал. Когда она закончила я развернул её к себе, заключив в кольцо рук и поцеловал. Когда я ощутил вкус её губ, я чуть было не сошел с ума: они были такими мягкими, податливыми и сладкими, что я готов был всю оставшуюся жизнь только и заниматься тем, что целовать их. Крепко сжимать в объятиях эту девушку, чувствовать её, целовать её — вот настоящее счастье. И весь мир не важен, нас только двое в нем… У нас свой мир.  — Я так испугался, когда ты замерла, — шепот казался криком в тишине комнаты. — Думал, может тебе плохо стало.  — Это просто воспоминание, — Хитоми пытается меня успокоить и кладёт рук на место, под которым часто-часто бьётся моё сердце. Бьётся для неё, ради неё. — Так иногда бывает, но чаще они приходят во сне. — Хорошо. Пойдём, а то брат решит, что случилось что-то серьёзное, — как же не хочется её отпускать. С удовольствием постоял бы так ещё немного, но Хитоми уже валиться с ног от усталости. Конец POV Тобирамы Девушка кивнула и направилась в свою временную спальню. Она была счастлива.