Заноза

Где козлы водятся?

В порыве истерики хватаю телефон, и звоню Кире. Уж она точно меня не бросит. Гудок, второй, третий. - Ну, что опять случилось? — отвечает подруга. -Кирусь, он меня брооосил, — отвечаю ей, и начинаю снова истошно рыдать. Слышу тяжелый вздох моей подруги. - Ты представляешь, два года отношений в задницу! Эта тварь меня бросила! - Жди, через пять минут буду, — она скинула звонок. Я продолжала сидеть на полу и рвать наши общие фото, его футболку, кухонным топориком разбивать вазу, подаренную им мне, выкидывать его вещи из квартиры. Этот козел, именуемый Владиславом, как оказывается перетрахал половину района. Вот такое оно «буду любить тебя вечно, а потом у нас буду прекрасные дети» и бла-бла-бла. Господи, что за кретины ко мне повсюду попадаются? Как сквозь сон слышу пиликанье дверного звонка. Ползу по стеночке к двери. За ней стоит Кирка и я бросаюсь ей на шею с истошными воплями. - Эй, мать, ты чё так разревелась? Из-за этого урода недобитого? Так я тебе давно говорила кидай его! Харе выть, а ну посмотри на меня! — сказала она, а я подняла зарёванное лицо. - Ёбушки-воробушки. Сань, ты чего так ревешь?! Тобой сейчас детей пугать можно. - Спасибо, блин. Умеешь поддержать. Он сказал, что я никому не нужна такая цветная-расписанная. Изуродовала себя, а теперь… - я сразу ответила на немой вопрос этой мадам о том, что мне этот не-человек сказал. Зная её, она может пытать не хуже любого прокурора. - Чё? Это он тебе сказал, это жалкое подобие человека? Да ты у нас огонь-баба! За тобой что, мало мужиков ходит? Зачем тебе ЭТО нечто нужно? Он нахрен никому не упал, успокойся. Неси свою тушу в ванную, смывай с себя панду и пошли собираться! — строго сказала она, а я посмотрела недоумевающим взглядом. - Плюнь на него, развейся. Зачем ты сейчас себя так топишь? Давай, двигай быстрее, время уже. Я ушла в ванную. Закрылась, взяла мицеллярку, смыла то, что называлось «пандой»: чёрные круги вокруг глаз были драматично размазаны, как в мыльных сериальчиках про вечную любофф. Мне стало противно от этого сравнения, и я быстро начала снимать боевой раскарс. Умылась холодной водой и мне полегчало. Нанесла любимый кремушек, и вообще, словно заново на свет родилась. Мне уже заботливо ударили в дверь, сказав, что если моя тушка не поторопится, то её поторопят силой. В принципе, больше мне тут было делать нечего, и я вышла из обители моих баночек-скляночек. Первое, что я увидела, как Кира доедает последний кусок шоколадного пирога. Почему последний? Потому что их всего два было, а этот шоколадный маньяк не будет себе отказывать во втором куске. Шоколадный торт, с шоколадом, в шоколаде. Плохо не стало? А вот эта женщина может умять его за пол часа в одно рыло, как говорится. - Так, ну, на монстра ты уже не похожа, так что пошли будет делать из тебя прЫнцессу, - с набитым ртом – в прочем ничего нового- меня взяли за руку и поволокли в спальню. Я уверена, что моя баба постарается на славу, дабы отбить у меня желание порыдать снова. Пожалуй, Кира - это тот человек, который со мной везде и всегда. Вот прям моё-моё. Сколько же всего было за одиннадцать лет дружбы. Мы прошли огонь, воду, медные трубы и ГАИшников на скорости 120. Нда, если я когда-то скажу, что с ней скучно, то можете считать, что я наглая (пардон за французский) пиздунья. Раньше мы жили в соседних подъездах, но мне от почивших бабули и дедули по стороне папы досталась двухкомнатная квартира. Похожая досталась моему брату Жене, но от дедули и бабули со стороны мамы. Теперь я частенько маюсь от скуки, и прошу Киру переехать в мою обитель зла. Мы с ней очень много всякого наделали. Всему плохому её научила: бегали в 6 классе чай курили за школой. Вдвоём на школьной лестнице тайком пили. Там был черный вход в актовый зал и архив библиотеки, соответственно там мало кто ходил. Когда волосы в синий покрасила она первая узнала. Обо всём первая всегда узнавала. Про первую татуировку, про то, с кем гуляла, кто нравился, про всё. Это у нас уже не дружба даже. Это братство «без яиц». Женя. Евгений. Ежик. Мой любимый старший брат-кретин, с которым мы творили такое, от чего родители хотели либо нас в дурочку отправить, либо самим там отлежаться. Разница у нас всего два года, поэтому никакой субординации и приличного поведения. Могу хоть среди ночи ему позвонить, всегда приедет и поможет. Кретин он потому, что сей субъект, не смотря на свой возраст, ведёт себя, как дитя малое. Господи, вспомнить, как он на Хеллоуин приперся. Все в костюмах Дракулы, ведьм, зомби и других прикольных костюмах, а этот огузок вырядился в Рапунцель, натянул парик блондинистый, и ходил склеивал Рыцарей. Мало того, что выряжен, как, кхм, неформал, так и накрашен не ахти как. В общем, пока я колупалась в своих мыслях, перестала плакать, и забыла о том козле. Кира выбросила всё из косметички на стол, и начала во все стороны махать кисточками. Когда она отошла в сторону, я увидела в зеркале своё отражение. Да, что-что, а красить она умеет. Просто волшебница: от слез и следа не осталось. Она ловко выделила серо-голубые глаза тёмной подводкой. Я невольно улыбнулась. - Красавица! - вынесла вердикт подруга. – Но волосы сама убирай куда-то. А то опять я запутаюсь и придется тебе клок отрезать, - после этого мы вдвоем засмеялись. Как-то раз мы запутали мои волосы в плойке, было страшно, что мне снимут скальп, но мне было не жалко отрезать небольшой комок волос. Это лучше, чем потерять всё. - Вся в тебя! А с волосами и не знаю, что делать. Соберу в хвост. - Какой мать твою хвост? Я сейчас плойку сама возьму, и как это, - она угрожающе кинула в меня эту самую плойку. Мне было так не охота, но жалобные глаза на неё не подействовали. – Так, давай сюда. Давай-давай, не смотри на меня так. Не хочешь сама, сейчас я тебе наведу марафет! - Ну Киииир, - я попробовала ещё раз состроить те самые глаза, которым всё прощают и разрешают. – Но там же жарко, с хвостом самое то, - но нет, никто не сжалился. У меня всё же вырвали из рук плойку и мне осталось только вздохнуть. Но через 20 минут все волосы остались на месте. Крупные локоны – классика жанра. Она пошла к моему шкафу и начала там рыться. Пока я задумалась, почувствовала, как на меня что-то свалилось. И это что-то. - Лифчик? Какого чёрта? -вместо ответа в меня полетели красная шифоновая майка и черная кожаная юбка, а рядом упала коробка из-под обуви. - Ты головой ударилась?! Я это не надену! — она посмотрела на меня, как на умалишенную. - Нет, Кутузова, наденешь! - А может никуда не пойдем? Давай дома посидим, - провыла я, но Кира отрицательно качнула головой и победно улыбнулась. Пожалуй, она единственная, с кем я не хочу спорить. Да и на споры сейчас настроения нет.

***

До клуба мы добрались быстро. Как хорошо, что на улице середина июля, не нужно тащить на себе куртки-шапки-сапоги, а можно легко и удобно одеваться. Такси остановилось прям перед входом в один из городских клубов. В этом клубе Кирюсю знают, так как её дядя - владелец данного заведения. Мы быстро попали в помещение, которое оглушало современной музыкой, и кишело молодыми людьми. Здесь не было дикого разврата и похоти, как в других прожжённых сомнительных учреждениях. Всё со вкусом и никакого буйства. Никаких шлюх в клетках, потасовок и блюющих дрищей. Обожаю это место, хотя подобные заведения вообще не переношу на дух. Я воспринимаю это место не как типичный клуб. Мы с мадам, коей является моя подруга, направились к бару. - Две самбуки и лайм, - крикнула я бармену и повернулась к подруге. - Я тебе поражаюсь. Час назад ты ревела мне в плечо из-за этого козла, а сейчас с довольной миной сидишь. Ты по- тихому травы без меня курнула, да сукападла? - Ничего подобного я не употребляла! Про какого козла ты говоришь? Никаких козлов не припоминаю, - ответила я с улыбкой, на что получила одобряющую улыбку в ответ. Кроме шуток, я всё же рада, что Кира вытащила меня из дома, а не оставила в комнате рыдать и убиваться. Тем временем, нам поставили самбуку и лайм, и мы, уничтожив это, решили отправиться на танцпол. Два часа песен и плясок. За это время мы порядком напились, наплясались, и наслушались тупых подкатов. Не радужно, но ни на что изначально не рассчитывала, не за этим я здесь. Мы решили, так сказать, закинуть ещё по шоту и ещё немного потанцевать, а потом можно домой. Мы подсели за бар и попросили две «Хиросимы». - Сань я отойду на пару минут в уборную, - я кивнула подруге, что услышала, и она отправилась по делам насущным. Бармен Виталя не выпендривался перед своими. Никаких подкидываний бутылок и туда-сюда. - Да, девочки. Вы все рекорды сегодня бьёте, спасибо, что не посуду, - улыбнулся молодой человек и поставил передо мной два шота. – Кире потом поджечь? - Кире потом отдельно сделать. Поджигай два, - он только улыбнулся, но перечить не стал. Тем временем мне подожгли шоты. Через стул от меня сел парень. Я не придала этому значения. - Всё, можешь тушить, - ну мне два раза повторять не надо. Дело только в том, что я пью аки заправский алкаш: не закусывая. Два шота подряд. Когда я выдохнула и вернула пустые стопки Виталию тот самый молодой человек присвистнул и пересел ко мне. - Плохо то не будет, красавица? – молодой человек с ухмылкой, но без «язвы» в тоне спросил меня. Я лишь отрицательно качнула головой. – Нда, молодежь, пьете вы, конечно, не слабо. - Кони пьют, а люди выпивают. Звучит, как тост, - я повернула голову в сторону этого человека. - А что так печально то? - Ну, меня бросил мужик, у меня устали ноги, а ещё отросли корни и надо бы их покрасить, - мне было интересно, что мне ответят на мой выпад. Тем временем телефон зажужжал. Я разблокировала экран и там было сообщение от Киры: «Ты сейчас хватаешь этого мужчинку, и уходишь либо с ним, либо вперед ногами. Поняла? И никаких мне тут занудств! Вперёд и с песней.» Я метнула взгляд в сторону дверей в уборные, и эта мадам жестами мне показывала, чтобы я быстрее соображала и цепляла парня. Я лишь улыбнулась и отвернулась обратно. - Тебя? Бросил? Тебя, серьёзно? – я не знаю, было удивление настоящим или напускным, но глаза явно вылезали из орбит его глазниц. – Да ну, врёшь? С какой стати ему тебя бросать? - Ну я не такая. Вот во всём не такая. Вот внешность не такая, как у нормальных людей, характер не такой, сплю я с ним не так, дышу не так - я всё делаю не так. Вот всё ему не так было. Ну и нашел он кого-то, - я лишь тяжко выдохнула. Виталия попросила поджечь и Кирин шот, так как она не придет сюда, пока я не уйду отсюда с новоиспеченным знакомым. – Про полгода измен мне сообщили сегодня утром. Снизошло с барского плеча, - я осушила ещё одну стопку. – Как-то так. Мне не полезли под юбку, не стали зажимать за плечи, и что ещё там делают эти альфа-самцы. Меня просто взяли за руку. Просто за руку. Отчего-то я даже не дернулась, хотя чужих прикосновений и вовсе не выношу, и всегда ищу в них подтекст. - Понимаю. Проходили через такое. И не через такое. Тебя как зовут-то? - Саша. А тебя? – я понимала к чему идет. Я четко осознавала, чем может кончится этот разговор. Я потом пожалею (а может и нет), но полгода без нормального секса, а последние два с половиной месяца вообще без него, при условии, что раньше он был регулярным, тяжело. - Илья. Пошли отсюда, - Мне подали руку, я спрыгнула со стула. Обернулась и увидела Киру. Такую довольную, что невольно улыбнулась сама. Мне написали сообщение с пожеланием приятного вечера, но я уже просто не знала, что на это ответить.

***

На улице дул лёгкий ветер. Что обычно происходит в таких ситуациях? Люди, вываливаясь из клуба вызывают такси и бегом домой трахаться, как животные? Да. Бегут в кабинки туалетов сразу в клубе? Да. Трахаются за углом того самого клуба? Тоже да. Но не со мной. С новоиспеченным знакомым я отправилась гулять по городу. Давно перевалило за полночь, на улице практически не было людей. Есть разговоры такие интересные. Называются обо всём и ни о чем. Именно такой разговор мы и вели, но мне этого было достаточно, чтобы проникнуться к Илье симпатией. Я не была интровертом или экстравертом. Я амбивет: разговорить меня сложно, но возможно. Так вот меня разговорили. - А ещё в том клубе я оставила свою подругу. И даже не чувствую угрызений совести. - То есть, ты кинула подругу, - я утвердительно кивнула. – Оставила одну на произвол судьбы, - я снова кивнула. – Женщины. Вы вообще знаете, что такое дружба? – не со злостью сказал Илья. Я только засмеялась, а он вопросительно поднял бровь. - Она сказала, либо я выйду оттуда с тобой, либо ногами вперед, - я рассмеялась ещё раз из-за выражения лица парня. Поднялась вторая бровь и он только улыбнулся. – А ещё у меня устали ноги, и я с радостью пошла бы босиком, - меня покачивало со стороны в сторону, собственно, как и молодого человека. Но мы не шли прям шатаясь на всю улицу аки алкаши, слегка пошатывало со стороны в сторону, но из-за туфель на высоком каблуке мне было вдвое тяжелее, чем ему. Поэтому ему необходимо было поддерживать одной рукой меня за талию, дабы на очередной кочке меня не унесло, и я не вывихнула ногу. - Я бы с радостью отдал свою обувь, но ты в ластах по земле ходить не сможешь. Мы шли через мост. Я подняла глаза на Илью. Фонари были довольно яркие, и мне удалось лучше рассмотреть его, чем в свете клуба или тусклых фонарей спальных районов. Он был мне симпатичен не просто, как человек. Он мне нравился внешне. С минуту может мы смотрели друг на друга словно истуканы. Я почему-то не могла себе первой пойти на такой отважный шаг, как первой написать, позвонить, поцеловать. Раньше не могла. Мне стало интересно, что чувствуют люди, которые проявляют инициативу первыми. Но я не успела. Меня опередили. Просто положили руку на затылок и притянули к себе. Мне снесло крышу. Она помахала мне рукой. Сказала, что завтра вернется и оставила наедине с молодым человеком. Я же говорила, что знаю, чем всё закончится? Нет, я не разочаровывалась сейчас ни в себе, ни в нём. Мне было страшно сказать себе правду, но я правда надеялась на то, что происходит сейчас. Я знала, что будет дальше. Нет, мне не страшно, не стыдно. В конце концов у меня хорошая отговорка.

У меня полгода не было секса.