Что хранят в себе тайны вечности?

Спустя 6 лет

— Отличная работа, Стайлс. На сегодня ты свободен. — Хорошо, мистер Эванс. — И, прежде чем уйти он вспомнил, что хотел спросить ещё кое-что. — Подождите. Можно мне взять завтра выходной? — Зачем? Гарри молчал. Это были его личные проблемы. — Я слушаю твои объяснения, Стайлс. — Мужчина выжидающе посмотрел на парня, который растерялся, не зная, что ответить. — Дела. Неотложные дела. — Хорошо. Но не лезь куда не надо, в этот раз, я не буду рисковать и вытягивать тебя. Ясно? Гарри победно улыбнулся и скрылся за дверью офиса, в котором работал уже три года. Сев за руль своего автомобиля он поехал домой. В свой дом, где проводил большую часть свободного времени. Работа его находилась недалеко от дома, поэтому ему не приходилось стоять в пробках или просто долго ехать. Всего десять минут на машине. Добравшись до дома, он поставил машину в гараж, и, открыв дверь, наконец попал домой. Чёрный цвет, вот что он любил. Поэтому весь его дом внутри был тёмным и мрачным, хотя в тоже время все это выглядело величественно и роскошно. Он упал на диван и включил телевизор, лениво перелистывая каналы один за другим, и думая о завтрашнем дне. На днях ему позвонили и сообщили, что его отчий дом собираются сносить и заниматься какой-то новой постройкой. Гарри очень огорчило это заявление, ведь привязанность к этому дому с годами не улетучилась, и он все так же посещал его временами, чтобы вспомнить. Вспомнить то, что он старался забыть. И завтра он в самый последний раз пойдёт в этот дом, с которым связаны лишь плохие воспоминания.

Flashback

Серые стены, несколько игрушек, разбросанных по полу, и маленькие кудрявый мальчик, лет десяти, который запрятался от пьяного и разгневанного отца в углу комнаты за шкафом. Он боялся, что отец его найдёт и тогда будет очень больно и плохо. Тихо всхлипывая, он сидел в своём укрытии больше часа и уже хотел выходить, думая, что отец пришёл в себя, но услышал знакомый крик за дверью и невольно зажмурился и подтянул колени ближе к груди. — Ты маленький засранец! Гарри, ты же знаешь, если я тебя найду, то тебе будет хуже! — Мальчик практически не разбирал его пьяных слов, а только сидел как можно тише. Дверь в комнату открылась и туда вошёл, то есть ввалился пьяный в стельку Дес, биологический отец Гарри. В глазах у него все было мутно, он едва мог разглядеть куда идёт, но он точно знал, где прячется мальчишка, и каково было его удивление, когда он не нашёл Гарри в шкафу. Дес уже было хотел уйти искать его в другую комнату, но мальчик выдал себя тихим всхлипом. Тогда мужчина повернулся на источник звука и увидел сидящего мальчика, его сына, который так похож на него внешне. Каштановые кудрявые волосы, зелёные глаза, в которые нельзя не влюбиться, и ямочка на правой щеке. Ямочка, в которую он ни разу не ткнул пальцем. Он никогда не думал, насколько его сын был прекрасным, и какая жестокая у него была судьба. И сейчас, стоя перед ним, он понимает, что все это время был чудовищем для него. Дес тихо сел рядом с ним на корточки и потянул руку, чтобы дотронуться до щеки сына, но Гарри резко отвернулся и заплакал. — Не надо. Папа, пожалуйста, не надо. — А ведь он всегда называл его папой. — Я не буду, сынок, не буду, — алкоголь вмиг растворился и он больше не чувствовал себя пьяным. В этот вечер Гарри впервые за несколько лет по-настоящему смеялся. В этот вечер все было хорошо, и мальчик думал, что так будет теперь всегда. В этот вечер, он сказал папе, что любит его и не хочет, чтобы он больше пил, и Дес пообещал впредь не делать этого. Они даже заснули вместе. Почти весь день они провели вместе. Отец и сын. На вечер Дес ушёл, сказав, что идёт искать работу, но он соврал, он снова пошёл в бар и снова напился. И, прийдя ночью домой, все повторилось снова. Он снова начал бить Гарри, одновременно с этим разбивая ему сердце.

End Flashback

Этот вечер Гарри запомнил на всю жизнь. Единственный вечер, когда отец был добр с ним за все время. Он зажмурил глаза, не давая воспоминаниям захлеснуть его. Если бы только сейчас он встретил этого подонка, который разрушил его жизнь, то за себя бы он не ручался, слишком велика рана осталась. Гарри выбил бы из своего "отца" всю его дурь, так как раньше этого сделать было некому. Но утешает лишь одно: он может быть уже мёртв. Гарри дотронулся до своей щеки, где должна быть ямочка, но её там нет уже очень долго, ведь он больше не смеялся. А ведь в тот вечер отец впервые ткнул туда пальцем, что заставило его сильно смеяться. Гарри больше не мог удержать слез. Он заплакал, вытирая их, но истерика настигла его, парень начал всхлипывать, закрыв лицо руками. В этот момент он вспомнил о Луи Томлинсоне. О, как же он хотел его сейчас увидеть, просто посмотреть в его голубые глаза и улыбнуться. Но именно Гарри оттолкнул Луи от себя, и пути назад нет. Он уже забывает, как выглядит шатен. Гарри уж почти забыл его улыбку, а ведь он так был в него влюблён, и со временем это чувство не исчезло. Гарри вспомнил все обещания Луи, которые он так и не осуществил. А собрался ли? Возможно, это были лишь пустые слова. Гарри вспомнил о том поцелуе под звёздами. Он не знает, что подтолкнуло его сделать это. Но Луи был близко, и это случилось так быстро, что он и не понял, когда, в какой момент, прикоснулся к губам голубоглазого. Вряд ли, когда-нибудь Гарри сможет забыть этот поцелуй. Прошло ужели шесть лет, но он до сих пор может чувствовать горячее дыхание Луи на своей коже, и от этих воспоминаний мурашки пробегают по коже. Гарри вспомнил их последний разговор, ведь тогда Луи признался ему в своих чувствах. Если бы Гарри мог вернуть тот день, то утро, когда ему на телефон пришла СМС, тогда все было бы по-другому. Но ничего изменить нельзя. Совершая ошибки, мы не думаем о том, что в будущем нам будет вдвойне больнее, чем сейчас. Время ничего не сможет изменить, раны останутся, мы не сможем их замаскировать. Даже если мы думаем, что забыли все, рано или поздно это даст о себе знать, все вернётся, самыми болезненными воспоминаниями. И с этими мыслями Гарри засыпает, не зная, что завтра его ждёт очень тяжёлый день.

***

Дорога тянется, как назло, очень долго. И волнения становится все больше и больше, но это последний раз, когда Гарри едет в этот дом, поэтому нужно пересилить себя. После долгой поездки, он завернул в знакомый переулок и остановился возле старого, уже почти разрушенного, дома. Вокруг постройки везде были высокие сорняки, потому что здесь никто не живёт, и не убирается. Видимо поэтому его и собиоаются сносить. Этот дом только мешает и портит всю "картину". Гарри, поставил машину на сигнализацию, вошёл во двор дома. Раньше, он часто проводил время на качелях, но сейчас это больше похоже но ржавую трубу. Ещё Гарри вспомнил, как залез на дерево и упал с него, сломав ногу. Тогда отец даже с начала не хотел вести его в больницу. Только после многочисленных просьб, он все же повел сына туда, и был удивлён, когда ему сказали, что там перелом, ибо он был уверен, что Гарри притворялся. Тогда гипс он носил полтора месяца. Было очень неудобно ходить, и он много лежал, ничем не занимаясь, от чего получал постоянные упреки отца, ибо некому было убираться. Воспоминания о прошлом — самое худшее из всего, что может быть в жизни человека. Отрыв скрипучую дверь, которая уже давно должна была отлететь с петель, Гарри вошёл внутрь. Запах пыли, сырости и плесени — все, что почувствовал парень. Вещи стояли там, где стояли всегда. Толстый слой пыли был виден даже невооруженным взглядом. Гарри провел рукой по тумбочке, и там у него остался чёрный след. Разве можно так любить и ненавидеть одновременно? С этим местом у него не связано ничего хорошего, но он все же не хочет расставаться с ним. Разве он сможет все вот так вот отпустить? Ему хватит сил? Хотя это ведь даже не его выбор. Никто его даже не спросит об этом. Люди просто снесут дом, как делают это каждый день. Но вместе с домом, они разрушат и память кудрявого парня. Он зашёл в комнату, которая раньше называлась "кухня". Он, наверное, помнит и по сей день, как бабушка пекла ему пирожки, и как он любил блинчики с джемом, то, как воровал их прямо с тарелки и бежал в свою комнату, чтобы побыстрее их съесть. Они были такими вкусными, таяли во рту. Кухня — чудесное место, со светлыми обоями, всегда до блеска чистой плиткой, фиолетовыми, цвета сирени, тюлями, постоянно переливающимися на солнце. Как же Гарри любил это место, любил сидеть здесь с бабулей, за кружкой тёплого какао и забавными историями, которые она так охотно ему рассказывала. Но сейчас. Сейчас все по-другому. Почерневшие обои, которых уже почти не осталось на стенах, грязные полы и мебель, и любимой тюли Гарри не осталось. Все хорошее, что было в этой комнате превратилось в чёрное месиво, в принципе, в остальных комнатах не лучше. Последний раз он посмотрел кухню и вышел из неё. В этот раз, навсегда. Ближе всего к кухне была его комната, в которую он и пошёл дальше. Она никогда ему не нравилась, он хотел другую, но отец не разрешил ему перейти в комнату для гостей, которая была намного лучше его собственной. Гарри помнит каждую деталь. Каждую царапину на стене. Он слишком часто проводил время в своей комнате, читая книги, которые приносила ему бабушка. Все полки, которые раньше были забиты книгами, сейчас пустовали. Гарри сел на скрипую кровать, не беспокоясь о том, что его чёрные джинсы могут запачкаться пылью. Он часто думал о другой жизни. А что, если бы все было по-другому? Как у всех. Лучше. Что, если бы отец его был хорошим, нет пил, не приводил в дом женщин. Что, если бы мать была жива. Как бы изменилась жизнь Гарри? Однозначно, она была бы лучше. Без этих вечных депрессий. Без слез. Она была бы обычной, а лучшего и желать не хочется. Гарри хотелось бы самой обычной жизни, просто, чтобы все было, как у всех. Он много хочет? Видимо, да. И снова его мысли возвращаются к Луи. Ведь у него была идеальная семья. У него было все, что он хочет, но Луи постоянно что-то не нравилось. Он просто не понимал, что счастлив тогда, когда у Гарри не было для этого и малейшего повода. Парень встал и подошёл к окну, вид с которого он так любил. Плаксивые ветви липы закрывали почти все окно, стекла у которого уже почти не осталось. Остальное место занимал соседний дом, большой, красивый, совершенно не похож на их. Развернувшись, он вышел со своей комнаты. На первом этаже больше нет комнат, кроме большой гостиной, в которой не любил находится долго, потому что там постоянно шёл телевизор, который он не смотрел. Дальше он поднялся на второй этаж в родительскую комнату. Сколько раз он был там, можно пересчитать на пальцах. Ему не разрешали туда заходить. Даже, когда дома никого не было. Поэтому он и не любит эту комнату. С ней не связано никаких воспоминаний, кроме тех пары раз когда отец был его за то, что он случайно туда зашёл, когда его папа занимался сексом со своей очередной подружкой. Большой деревянный шкаф и двуспальная кровать, занимали почти все место. Но что здесь было красиво — маленький балкончик. Гарри подошёл к нему, но, к сожалению, он был закрыт. Он подергал ручку двери, но она никак не не поддавалась. Тогда он вышел с этой комнаты. Напоследок он оставил ванную комнату, где, по рассказам бабушки, и умерла его мать. Белая краска на двери уже вся слезла и ручка была сломана. Он аккуратно отворил дверь, будто там кто-то может быть, и зашёл внутрь. Все как обычно. Голубая плитка, уже кое-где отвалилась, ванна, стоящая сбоку у стенки поржавела, а умывальник еле висит. Туалетное зеркало уже давно упало, разбившись, и осколки его до сих пор украшают пол. Гарри сел на край ванной. Значит, его мать умерла именно так? В этой вонючей дыре. Больше находится здесь он не мог и просто выбежал на первых этаж. Но остановится посередине гостиной. Чердака в этом доме не было, то есть, он был, но его заколотили. Гарри не знал зачем. Но здесь есь подвал, в который садил его отец, за того, что Гарри не слушался его. Было это всего несколько раз, но запомнились они ему навсегда. Найдя дверь в подвал, он включил фонарик на телефоне и вошёл туда. Небольшая лестница вниз. И вот он! Несколько коробок лежало на полу — все, что там было. Гарри подошёл к ним и открыл первую, там были какие-то газеты и журналы и, прочитай несколько заглавий, они понял, что нет здесь ничего интересного. Открыв следующую коробку, он обомлел. Там лежало несколько его старых игрушек. Кто их сюда положил? Зачем? Однозначно, Гарри заберёт эту коробку. Положив её отдельно от всех, он принялся за следующую. Открыв её, он чуть не упал в обморок. Там лежало всего три вещи, две из которых он так хорошо помнит. Шелковая ткань, поверх которой лежала цепочка — вещи его матери. Он так хорошо помнит эти вещи. Но там лежало ещё что-то. Отодвинув шарф, он взял в руки книжечку и, стерев пыль рукой, он прочитал надпись:

Энн Стайлс (18 октября 1964 — 28 марта 1998 гг)