В память о себе

В полумраке подземелий время летело незаметно. Потрескивал огонь в камине, мерно кипело одно из заказанных из-за границы зелий. Многих пугает идея жить под землей, но Северус всегда чувствовал себя здесь защищенным. Каменные стены не были для него ловушкой, скорее надежной оградой от внешнего мира. Северус не скучал по свежему воздуху и, тем более, по людям, которых при свете дня на поверхности хватало. Словном, ночь и подземелья для его души были просто бальзамом, ведь там он был в совершенном одиночестве. Северус откинулся на спинку стула. Спина болела от долгого сидения за столом, а глаза отказывались видеть четко. Он устало потер их, откладывая перо. — Что, опять не отличают бадьян от тимьяна? Северус резко развернулся. Но в сидящем на его диване молодом человеке Северус узнал Регулуса, а потому расслабился. Ничего удивительного в том, что он миновал все защитные заклинания. У него хватило бы способностей проникнуть в кабинет к Дамблдору, если бы он захотел. По правде говоря, Северус откровенно не понимал, какое родство может быть между Регулусом и тупым неотесанным болваном по имени Сириус. На старшем Блэке явно природа отдохнула. — Как и много лет до этого, — согласился с ним Северус. – Приличные люди стучат, прежде чем зайти. Я мог быть занят. — Например? – Регулус поднял бровь. Он положил голову на руку, опираясь ею о подлокотник дивана. Когда Северус впервые увидел его на посвящении, он был еще совсем подросток, несовершеннолетний, угловатый, с красиво вьющимися волосами и огромными серыми глазами. Он был худым, испуганным, но в его глазах крылась уверенность в своих силах. Теперь он выглядел расслабленным, даже скучающим, а из его движений исчезла вечная напряженность. Раньше он постоянно улыбался, что было странно для Пожирателя, но после того, как он увидел чужую смерть, улыбка оставила его. — Можно было и без оскорблений. Регулус усмехнулся. Он молча смотрел на то, как Северус тяжело встает из-за стола, опираясь на стол. Он просидел слишком долго, и теперь ноги неприятно покалывало. Он убрал перо, тщательно промокнув его кончик от остатков чернил, сложил работы в две стопки и только после этого подошел к дивану. Между ними висел вопрос без ответа, и Северус никак не мог его задать. — Извини, я не хотел, — мягко ответил Регулус. Он откинулся на подушки дивана, не испытывая никакой неловкости от того, что Северус фактически стоит над его душой. Он сам подозвал к себе бутылку с огневиски, отлично зная, где хранит ее Северус. – Люблю в тебе твою страсть к порядку, — вздохнул он. – Никогда не мог даже одежду в шкаф повесить, всегда на стул кидал. — Пойдем в Орден Феникса, — вырвалось вдруг у Северуса. Он поморщился, недовольный своей несдержанностью. – Ты не обязан ничего делать в одиночку. — Ты же знаешь, не могу позволить братцу торжествовать. — Регулус сделал глоток из наполненного секунду назад стакана. Он хмуро оглядел кабинет Северуса. – У тебя уютнее, чем я ожидал. По тебе и не скажешь, профессор. — Он сделал еще глоток. У Северуса мелькнула мысль, что он может напиться и попросту уснуть вместо своего плана. Ведь он здесь, чтобы попрощаться. Северус не готов с ним прощаться. Слишком много в нем возможностей, талантов и знаний, чтобы так беспечно потратить их на чертово спасение мира! Нет, он все же Блэк. — Не ради Сириуса, а потому, что я прошу… — Он не закончил. Регулус рывком поднялся на ноги, и выражение его лица заставило Северуса замолчать. Он с досадой заметил, что это единственный человек, на которого он не может наставить палочку. — Не нужно унижаться ради меня, Северус, — тихо произнес он. Регулус удостоверился, что Северус его услышал, а затем снова опустился на диван. Он был одет во все черное, точно так же, как и сам Северус. Они во многом – кто бы мог подумать – были похожи с одним из Блэков, вот ирония судьбы. Другой Блэк и вовсе пытался его убить. Две стороны одной медали, и эта сторона нужнее Северусу многих иных монет со своими сторонами. В этой чертовой войне он был и там, и там, третьей стороной, и Северус не хотел видеть там никого, кроме Регулуса. Его наблюдательность выходила за грани понимания, а логические цепочки его мыслей складывались в два раза быстрее, чем у самого Северуса. – Ты не спишь третий день, — в подтверждение мыслям Северуса произнес Регулус. Его пальцы постучали по стеклу стакана. – Твое зелье, — кивнул он в сторону кипящего котла, — варится ровно трое суток. Бешеные деньги, да, Северус? — Хватает, — скупо ответил Северус. Ему не хотелось верить, что больше нет надежды разубедить Регулуса. В его глазах застыла мрачная уверенность готового умереть за спасение остальных, он считал свое решение правильным. Северус никогда не забудет тот липкий, отупляющий страх, который накрыл его, когда Регулус нашел его дом. Тогда он сказал, что знает о его шпионской деятельности. — Ты слишком рьяно защищаешь эту семейку, — сказал он тогда Северусу, фактически спасая ему жизнь. – И мало доверяешь тому, на кого на самом деле работаешь. — Северуса захлестнуло подобие паники в тот момент, но Регулус не собирался его сдавать. Он просил о помощи. — Регулус, есть миллион способов решить эту проблему, — попробовал еще раз Северус. Связать его! Обездвижить? Но мозги он ему не прочистит. Регулус считает себя виноватым за свою слепую детскую веру в Волдеморта, а этот смертельный поход – его способ снять бремя. Но Северус не собирался его обвинять, наоборот, он должен был отговорить Регулуса! Они молчали. Время шло. Наконец Регулус вздохнул и поднялся с дивана. — Северус, я не жалею о том, что попросил у тебя помощи. — И, кажется, это была бессильная улыбка, а не усмешка. – Я знаю, что должен сделать именно так. Я хотел только… не знаю, чего я хотел. Сказать тебе спасибо. — Постой. — Северус никогда не ощущал такой беспомощности. Регулус послушно замер. – Плевать, я не хочу, чтобы ты умирал, слышишь меня? – Он сжал кулаки. Что за непроходимая тупость в генах у этих Блэков! — Пока он не знает, пока есть время, я возьму его и уничтожу, — спокойно ответил Регулус. – Может быть, я вернусь живым. — Твоя жертва глупа и бесполезна, никто не оценит ее! У Северуса кончались аргументы. Ему не все равно, может быть, во второй раз за всю жизнь, неужели и этот шанс спасти он упустит? Регулус отвел взгляд. Он развернулся и сделал несколько шагов, чтобы оказаться нос к носу с Северусом. Регулус был всего на пару сантиметров ниже него. — А я ничем не жертвую, — почти прошептал он. Под его прямым взглядом Северус вдруг почувствовал себя неуютно. – Хочешь, я оставлю что-нибудь в память о себе? — Себя, — хрипло ответил Северус. – Оставь в память о себе себя. Регулус рассмеялся. — В этой войне наши жизни нам не принадлежат. В другом мире, в другое время… — Он не закончил фразу. Его руки скользнули под воротник рубашки, расстегивая что-то. В неверном свете свечей Северусу показалось, что это миниатюрный медальон. Регулус придвинулся еще ближе, совсем ненамного. Его руки вдруг оказались по обе стороны от головы Северуса. Теплая цепочка коснулась шеи Северуса. — Я никогда не думал, что в этом есть смысл: оставлять кому-то свои вещи. Но мне кажется, будто это правильно сейчас. — Его слова раздавались над самым ухом Северуса. В это невозможно было поверить, иррационально, он такой живой, такой настоящий, как он может отправиться туда, где есть все шансы умереть? Его руки застегнули крошечный замок, и почти невесомый медальон упал на ткань рубашки Северуса. – У меня было не так много друзей, о, всего один. Странно, правда? – Он еще раз улыбнулся, но как-то рассеянно. — Регулус, — совсем бессильно пробормотал Северус. – Какого черта… — Уж лучше бы сдох его чертов брат! Кто угодно! Может, все же связать? — Можно я не буду пафосно говорить «прощай»? – Он застегнул мантию. – Вот тебе еще один повод ненавидеть Блэков. Мы упрямы, правда? — Правда, — эхом отозвался Северус. – Невыносимы, — добавил он. — Я всегда восхищался твоим самоконтролем. Пожалуйста, не разочаровывай меня сейчас. Он наконец отвернулся и направился к выходу. Северус ничего не мог сделать, чтобы остановить его. Физически – да, но ментально никакие силы всего мира не могли отменить решение Регулуса Блэка достать крестраж и уничтожить его. Ему оставалось только считать секунды. Было ли хоть что-нибудь, что он мог сказать, чтобы задержать его? Нет. В его голове была абсолютная пустота. — Если вдруг я не успею его уничтожить, мой домовик принесет его тебе, — как-то буднично произнес Регулус уже у самой двери. Его дорогая дорожная мантия была застегнута на плече. – Наверное, мне пора. Дверь за ним аккуратно закрылась. Несколькими часами позже домовик протягивал Северусу медальон. Массивный, он напоминал магическую черную дыру, которая забирала у Северуса все силы. Все внутри него болело от утраты, которую потребовала эта чертова вещь. Утраты, которую Волдеморт потребовал у него. Утраты, которую потребовал Дамблдор. «Останься, потому что ты нужен мне». Северус в ярости запустил медальон в ближайшую стену. Он даже не треснул. В отличие от того хваленого самоконтроля, который так ценил в нем Регулус. Он справится с тем, что его больше нет. Но не справится с тем, что он все же когда-то был.