Призрак

       Катенкова заперлась в кабинете и устало опустилась в кресло. Только здесь она смогла позволить себе расплакаться. Вот уже неделю её мучает известие о смерти Риты.        В детстве они были лучшими подругами... Сёстрами. Обе тёмненькие, сероглазые, все время вместе, да еще и обе Риты... Их часто путали. После школы девочки вместе поступили в медицинский, мечтали стать хорошими врачами и спасать людей. Да только Катенкова там не долго проучилась. Влюбилась и сбежала за ним, не сказав Кошкиной ничего... Хотя у них друг от друга не было секретов. Она слышала, что подруга её искала, да не нашла. А сама девушка совсем позабыла о названой сестре. Вернувшись через 12 лет домой офицером военной прокуратуры, брошенная всеми, от матери Катенкова узнала, что Рита врачом так и не стала. Проработала несколько лет в дельфинарии, а потом уехала и... с концами.        Если бы я знала, каким будет это дело... В дверь настойчиво стучал Алфёров. Да пошёл ты... что тебе опять нужно?! Девушка так и осталась сидеть на месте.        А ещё этот Иван... Не верила Катенкова, что он потерял всего лишь боевого товарища. Хотя... Говорят, боевые товарищи порой семьёй становятся. Маргарита это где-то слышала, но не могла поверить, что до такой степени. Она уткнулась лицом в спинку кресла и крепко зажала ладонями уши, чтобы не слышать требований начальника. Девушка пыталась осмыслить слова Булатова.       Мне была поставлена задача любым способом добиться, чтобы противник взял одного из моих бойцов, - какой жестокий и пугающий голос у этого человека...       - От кого вы получили такой приказ? - в горле пересохло, оно совершенно не хочет произносить ни звука в присутствии каперанга.       - Он был "спущен сверху"       - Мы не нашли подтверждения данной версии. Никакого приказа, как вы выражаетесь, "сверху" не было спущено, - неужели офицер с таким опытом может позволить себе такую наивную и странную ложь?..       - Но я его получил, - ни в голосе, ни в лице ничего не изменилось. Твердая, безразличная уверенность в своих словах обезоруживала.       - Хорошо. Поставим вопрос по-другому. Кто уведомил Вас о данном приказе?       - Я не имею права отвечать, - выкрутился...       - Не имеете права отвечать? Забавно... Значит, Вам нечего ответить, - попытка сделать голос холодным, но он чуть было не срывается от давивших слёз и злости. Какая же редкостная дрянь этот человек, командир Риты... "Надо же, какие мысли посещали меня в начале допроса... Если б знала, что скажет дальше..."        Измученный всхлип неожиданно громко вырвался у девушки и проложил дорогу рыданию в голос. Маргарита закрыла лицо руками, притянула колени к груди и сжалась в комочек, будто прячась от всего, что её окружало. За дверью притихли. Алексей Алфёров - полковник военной прокуратуры - прижался ухом к резному дереву, положив руку на ручку, и напряжённо и молча вслушивался.        Наконец мужчина не выдержал. Услышав скрежет ключа, Рита сжалась еще сильнее и изо всех сил старалась приглушить свой голос. По кабинету прошуршали тихие тяжелые шаги, и девушка оказалась в широких объятьях. Алексей положил руки на её горячие и мокрые щеки и аккуратно повернул голову подчинённой к себе. Ладони у него были прохладные и большие, и, не смотря на то, что Маргарита не хотела впускать Алфёрова, отстраняться от него она теперь тоже не хотела. Девушка тесно и уютно прижалась к начальнику, все-таки убрав лицо из рук и уткнувшись Алексею в грудь. Его китель постепенно тоже становился горячим и мокрым, как её щёки.        - Жемчужинка, ты чего? - он осторожно убирал липшие к её личику влажные волосы и заправлял их ей за ушко, - Что случилось, моя хорошая?       Ласка полковника была очень редкой и потому непривычной. Он гладил Риту по голове, как ребёнка, шептал что-то успокаивающее, поддерживал, чтоб не упала... А девушка только мотала головой и крепче жалась, все прячась от гибели подруги и воспоминании о капитане I ранга Булатове, и от всего этого дела. Начальник вскоре прекратил безответный монолог и, поцеловав в макушку, просто прижался к своей Жемчужинке щекой, согревая девушку тёплым дыханием.

POV Батя

      Опять отвели в камеру. Да и не особо меня интересует уже, где я - хоть дома, хоть в этом каменном мешке с решётками. Какая к чёрту разница, если везде морозит и пусто?! И такая муть внутри, знаешь, Ритка...       Хоть бы подольше не трогали меня, пусть сажают, обвиняют, тащат на суд, что угодно, только пусть быстрее закончат и оставят меня в покое. Надоели уже в конец, всё лезут и лезут со своими допросами, дознаниями, а тебя нет. Нигде. Они забрали меня не от тебя и вернусь я, если вернусь, не к тебе.       Мне за ребят боязно. Хотя, кто там от группы-то остался?.. Кот и Бизон, но всё равно. Хорошо, если Борю командиром сделают, а то еще, не дай Боже, пришлют какого-нибудь... Не знаю даже, кого, а он и загубит Тайфун. Честно сказать, я сам уже всё загубил. Но ведь у Бизона с Васькой получится подобрать ребят и создать группу заново. Точно. Я надеюсь... Даже интересно, как они справятся.        И тебе тоже, наверное... Да, Багир?..       Пригов с Соловьёвым, наверное, там стараются, хлопочут за меня... А мне уже всё равно, да и не получится ничего у них. Себя только, чего доброго, под горячую руку подставят. Приказ-то Соловьёв отдавал. И нельзя говорить, кто приказал ему. Никак нельзя. И ты, Рит, не знаешь. Даже не помню, с каких пор у меня появились секреты от ребят, от тебя... И теперь есть время об этом подумать. Много времени... Батя со вздохом прислонился к стене и сполз по ней на пол. Стянув одеяло с койки, Иван закрылся его кусочком от раздражающего света, жгущего глаза сквозь маленькую решёточку в углу стены у потолка. Каперанг устало прикрыл глаза и поймал себя на странном мысленном разговоре с пустотой.