Как Шерлок себя и Джона спасал

Если бы Джон знал, что было в пробирке, то точно ее бы не взял. Шерлок ночью сварил снотворное и дал Уотсону. Через полчаса Холмс вышел из спальни и взглянул на результат вчерашней работы. Джон спал прямо на полу. Шерлок кое-как переложил его на диван и невольно залюбовался прекрасным зрелищем. Спящий Уотсон. Конечно, омега мог с ним сделать все, что угодно, но он не стал. Холмс только провел длинным пальцем по губам Джона и ушел в спальню. Он забрал оттуда все приборы, которые перенес в комнату вчера вечером. Он вымыл пробирки, мензурки и прочие емкости, расставил их по местам, вымыл остальную посуду, сбегал за продуктами. О Уотсоне он не волновался, потому что он проснутся должен нескоро. Снотворное было долгого действия. Джон пробудится только через полторы недели, Шерлок все точно рассчитал. Но чтобы ничего не случилось, альфу нужно было кормить, да? Но как? Вечером Шерлок порылся в интернете, чтобы отыскать ответ на этот вопрос. Но можно ли считать, что Джон в коме? Это нужно было узнать, потому что если да, то его нужно кормить через нос. А если нет, то… То что? Какая путаница! Пока не началась течка, нужно сбегать к врачу и спросить, но это все завтра, потому что сейчас уже поздно. Шерлок посмотрел на диван, не удержался и подошел поближе. Потом встал на колени, прикоснулся губами к губам Джона, провел руками по волосам, щеке и шее, но потом остановился, пожелал спящему альфе спокойной ночи и ушел в спальню. На следующее утро Холмс выяснил у доктора, как кормить Уотсона. — А с ним все в порядке? — врач засомневался в нормальности его собеседника. — Да, он хорошо себя чувствует, — и Шерлок захлопнул дверь до того, как доктор успел задать следующий вопрос.

***

Прошла еще неделя. — Джон, я ве… — начал Холмс, когда пришел домой из магазина и вспомнил, что Уотсон спит. — А! Ты же не… — Шерлок запнулся. — Ладно, тебя кормить нужно. Холмс рассмеялся, представив этот процесс.

***

После «кормления» Шерлок вымыл посуду и уселся в кресло. — Хочешь, я тебе почитаю? — спросил омега спящего соседа. Потом он изменил голос и ответил сам себе. — Конечно, Шерлок, я так люблю, когда ты мне читаешь! Холмс подошел к шкафу. — Так, что тут можно… — он потянулся за книгой на верхней полке. — Вот, эта подойдет. Но как она здесь оказалась? Разве она здесь была? — Шерлок в одной руке держал книгу, а другой чесал затылок. — Может, это не моя, а Джона? Как у меня в библиотеке оказалась детская книжка? — отчеканил Холмс последнюю фразу. Детектив сел обратно, раскрыл книгу «Маленький принц» и начал читать. — «Когда мне было шесть лет, в книге под названием „Правдивые истории“, где рассказывалось про девственные леса, я увидел однажды удивительную картинку. (…) Вот тут-то и появился Лис. — Здравствуй, — сказал он. — Здравствуй, — вежливо ответил Маленький принц и оглянулся, но никого не увидел. — Я здесь, — послышался голос. — Под яблоней… — Кто ты? — спросил Маленький принц. — Какой ты красивый!» И на этом месте Холмс положил книгу рядом с собой и мечтательно закрыл глаза. Щеки его покрылись нежным румянцем. Просидев так пару минут, Шерлок открыл глаза и взглянул на Джона. Нет, он определенно красивее какого-то лиса. Омега подошел к дивану и почувствовал, что штаны стали мокрыми. Течка. — Черт! — и Шерлок направился в душ. Он практически сорвал с себя всю одежду и бросил ее на туалетный столик. Потом он залетел в душ. Его тело омыла прохладная водяная струя. Она ласкала его и пыталась успокоить, но было тщетно: Холмс сел на холодную плитку ванны, подогнул ноги и положил на свои колени голову. Вода стекала по его волосам, рукам и спине и с небольшим шумом разбивалась о пол. Посидев так немножко, омега будто очнулся от долгого сна, поднялся на ноги и выключил воду. Шершавое полотенце неприятно прикоснулось к его нежной коже и скоро отправилось к одежде. На секунду заглянув в спальню и накинув халат, Шерлок вернулся в комнату и сел около дивана. Джон, как всегда, прекрасен. Холмс встал на колени и впился в его губы страстным поцелуем. Он не мог больше терпеть. Он не сдержался. Дальше все было, как в тумане: Шерлок уже не осознавал ничего, ему вскружило голову от этой свободы действий. Ему никто не мог помешать делать все, что хочется. Потом, когда разум к нему вернулся, то Холмс привел себя и Джона в порядок, убрался в комнате, хотя и не был мазохистом и отправился в спальню, а приятный сон обволок его сознание