Когда в классе новенький...

Лето закончилось быстро и слишком неожиданно. Вроде бы еще вчера светило солнце, а сегодня уже дождь за окном и холодно, а ведь еще только 1 сентября. Черт, надо вставать и тащиться в школу. Так не хочется... - Никита, вставай, - постучала в комнату мама. - Встаю, встаю, - буркнул я, выползая из-под одеяла. Я почапал в ванную, глянув по пути в зеркало. Бесстрастное стекло отразило мою заспанную физиономию, растрепанные светло-русые волосы и мутные со сна серые глаза. Умывшись, я вышел на кухню в состоянии зомби. - Доброе утро, сын, - поздоровалась мама, помешивая в кастрюльке какое-то варево. - Завтрак на сковородке. Я что-то невразумительно пробормотал в ответ, откидывая крышку с допотопной чугунины с ручкой. В нос ударил запах горелой картошки и пережаренного мяса. Обернулся к маме за пояснением, но ее уже и след простыл. С тяжким вздохом я полез в холодильник, вытащил колбасу и сделал пару бутербродов. Через полчаса я, злой и все еще голодный, вывалился из дома и пошел в школу. По дороге я окончательно проснулся и даже взбодрился от утренней прохлады. Зашел в кабинет нашего класса, подошел к своей первой парте и с удивлением обнаружил, что, похоже, больше не сижу один. Какой-то незнакомый мальчик сидел за партой, долгое время бывшей единолично моей. Новичок, видать. Сейчас выясним. Парнишка моих примерно лет, каштановые волосы, карие глаза, приятное лицо. - Привет. Ты что, новенький? - Да, я теперь буду учиться с вами, - без тени волнения ответил незнакомый мальчик. - Извини, я сел на твое место... Внезапно я почувствовал расположение к этому новичку и даже слегка обрадовался тому, что буду сидеть с этим, похоже, милым парнем. - Я Никита, можно Кит или Ник, - представляюсь, - а тебя как зовут? - Станислав... Слава, - торопливо поправился мой новый сосед. Посчитав светские церемонии законченными, я сел на свое место, вытащил из сумки книгу и погрузился в чтение. "А он вроде парень не промах," - запоздало подумалось мне. Класс начал заполняться шумом и соучениками, вскоре прозвенел звонок. Вошла наша классная и завела привычную речь...

* * *

Прошла длинная учебная неделя. Я потихоньку втянулся в школьный круговорот, а Славка укоренился в классе и даже завоевал уважение моих одноклассников. Он остался сидеть за моей партой, наотрез отказался пересесть куда-либо, мотивировав это тем, что с первой парты лучше видно доску. Ну, а что я? Разве я против? Нисколько, так и живем. Я исподтишка приглядывался к Славке, и моя симпатия к нему росла в геометрической прогрессии, и, надо сказать, новичок отвечал мне тем же. Добрый, веселый, отзывчивый паренек, просто ангелочек с растрепанной коричневой шевелюрой. Надо сказать, что Славка временами вел себя как-то слишком странно: я не раз ловил на себе его пристальный взгляд и робко улыбался в ответ, он старался как-то обратить на себя мое внимание. Ну, с кем не бывает? Кстати, он, конечно, общался с ребятами в классе, но как-то слегка сторонился их, предпочитая сидеть на перемене за партой. Со мной, в смысле. А я, от природы слегка аутичный, предпочитал утыкаться в какую-нибудь интересную книгу, например, в "Войну и мир" или любимую "Мастера и Маргариту", а Славка заглядывал через плечо и задавал вопросы по содержанию книги, пытался посмотреть мне в глаза, словом, всячески отвлекал. Я ворчал на него и пытался прогонять парня от себя, но он прилипал, как жвачка к джинсам, и не желал уходить. В итоге мне это надоело, и я, когда начал в n-ный раз перечитывать с начала "Мастера и Маргариту", предложил Славке присоединиться ко мне, чтобы он не отвлекал меня от увлекательного чтения. Он с радостью принял мое предложение, и на всех переменах мы сидели за партой или стояли у окна в коридоре, прижавшись друг к другу, и читали, читали, читали... Книги, книги, мои лучшие друзья! Как их можно не любить, а? Как можно променять это бумажное чудо на какую-то электронную дрянь, неужели бездушная машина заменит живую книгу, в которую автор вкладывал душу? Да, я убежден, что книги живые. Нет, они не оживают по ночам, но я считаю, что у книги есть что-то вроде души и чувств, что им грустно, когда их не читают и оставляют пылиться на полке. Даже, наверное, у книг есть что-то вроде девственности. Новая книга, ты открываешь ее осторожно и нежно, и она приветственно шелестит чистыми белыми страничками, и запах, одуряющий запах типографской краски легко кружит голову. И книга может принять тебя, а может и не сделать этого, с книгой можно поссориться, не понять... как человека. Хотя с книгами намного проще, чем с любым человечишкой... (Автор перечитал "Мертвые души", и его унесло в лирическое отступление, прошу простить. Просто Никита тоже очень любит читать.) Нездоровый интерес к читающим нам проявляли одноклассницы и лучшие подруги Дашка и Лина, две чокнутые яойщицы. При них нельзя было даже не так посмотреть на человека своего пола - сразу будет этот... как его... черт, забываю вечно. Пар... пер... Пейринг, во! Фикрайтер Дашка еще и какой-то фанфик вечно обещает накатать (что это вообще такое, я боялся спросить, дабы не навлечь на себя волну яоя). Глупость какая-то этот их слэш (если я правильно понял, то это почти то же, что яой, но чем-то отличается, а чем - я так и не разобрался). Однополые отношения, бр-р-р! Как нормальный парень может согласиться, чтоб ему в задницу запихивали член? И как вообще можно полюбить другого парня? Зачем тогда вообще девушки нужны? Правильно, для создания семьи, и чтобы они рожали и воспитывали детей, заботились о муже и так далее. Это же правильно, естественно, в конце концов. А против природы не попрешь. Уроки закончились, народ с радостным гомоном повалил в гардероб. Я, как обычно, болтался где-то в конце очереди и не спешил лезть вперед - снесут и не заметят. Внезапно позади меня материализовался Славка. - Никит, а Никит! - Чего тебе? - Что так грубо? Слушай, тут такое дело... - Говори прямо, ненавижу, когда мямлят. - Давай дружить. - А мы что, в состоянии войны находимся? - с усмешкой проговорил я, немало удивленный его вопросом. - Просто... ты мне понравился... как человек, - поспешил поправиться Слава, заметив мой взгляд, не предвещающий ничего хорошего: мое отношение к геям он уже знал, как и любой в классе. Нет,я не гомофоб, просто это как-то... - Так ты не против быть моим другом? - спросил, почему-то робея, Славка. Вроде я не бью его и не кусаюсь, а он боится... - Нет, не против. Он просиял. - Слушай, ты же на соседней улице живешь? - Да, в 10 доме. - А я в 12, соседнем. Давай вместе пойдем. - Давай, - спокойно ответил я. Тут-то, черт побери мои калоши с сапогами, все и началось. Мы не раз гуляли после школы, болтали обо всем подряд, смеялись, собирали каштаны в старом парке, пинали чей-то мяч, гоняли ворон и удирали от бабки Насти, твердо уверенной в том, что все подростки - хулиганье и наркоманы. Вскоре мы со Славкой уже ходили в школу и домой вместе. Каждое утро я со скоростью пули вскакивал, одевался, завтракал и летел вниз по лестнице, чтобы поскорее встретить Славку, заглянуть в его сияющие глаза, пожать его теплую, мягкую руку, улыбнуться в ответ... или просто увидеть его, услышать его добрый голос. Веселый компанейский парень начал постепенно вытаскивать меня из моего одиночества, хотя я и сопротивлялся. У меня действительно не было друзей - просто не о чем было ни с кем даже поговорить - у всех на уме какие-то стрелялки, - не то что дружить. Не хочу общаться с такими людьми. Мне это просто неинтересно. Моей компанией был Слава. Я начал быстренько подсаживать его на мои любимые книги, мягко влиял на него, стараясь сделать его более сдержанным и спокойным. Даже получается, не поверите. Мне стало хватать его общества, он даже стал куда-то вытаскивать меня, например, погулять, или в музей. В одну из этих прогулок я узнал про Славку кое-что очень-очень интересное...