Прятки

Причудливые матово-черные конструкции были разбросаны по всей округе совершенно хаотично, образуя настоящий лабиринт — к моему счастью. Потому что на открытой местности даже ночью шансов на выживание у меня бы не осталось. Но я все равно старался идти медленно и осторожно. И обязательно смотреть, куда наступаю: под ноги то и дело подворачивались крупные камни и непонятые штуки, похожие на титанические сооружения над головой, только намного меньше и более угловатые. От бледного звездного света не было почти никакого толку, поэтому приходилось полагаться на визор с режимом ночного зрения. И не спешить: в этом забытом всеми богами месте «торопливый» означало «мертвый». Я как раз добрался до очередного «перекрестка» — дальше начинался небольшой отрезок открытого пространства, где торчали только три тонкие металлические колонны — когда почувствовал, что левое плечо сжали. Правильно поняв намек, я мгновенно прильнул как можно ближе к одной из конструкций и замер. Вовремя. В тот же момент из-за другого сооружения появились две фигуры, отдаленно напоминающие человеческие, — тарки. Один из них схватил другого за шею и с силой впечатал его голову в колонну. Послышался тихий хруст. Второй тарк задергался, но следующий удар успокоил его навсегда. Что будет происходить дальше, я уже хорошо знал, однако смотреть на это приятнее не становилось. Увы, ни отвернуться, ни позволить себе закрыть глаза я не мог. Тарк бросил тело только что убитого сородича на землю всего в нескольких метрах от меня, сел рядом с ним и вытащил заточенный кусок арматуры. Размахнувшись, он вонзил самодельное лезвие в грудь мертвеца и с видимым усилием начал разрезать грудную клетку. Когда разрез стал достаточно большим, он отложил арматуру, запустил обе руки внутрь и потянул в разные стороны, раздирая плоть и ломая ребра. Услышав чавкающий треск, я невольно поморщился и ненадолго задержал дыхание — приступ тошноты сейчас был бы совсем некстати. Через фильтр визора все цвета казались блеклыми, и сейчас это меня радовало: вокруг трупа быстро расползалось темное пятно, которое рассматривать не хотелось. Там временем тарк рывком вытащил измазанную почти до плеча руку, в кулаке он сжимал темный мокрый комок. Сердце. С довольным урчанием тарк сразу откусил почти половину. Потом встал, подхватил свободной рукой труп за ногу и направился дальше, к видневшимся в стороне перекрученным спиралевидным конструкциям. За ним тянулся прерывистый темный след. Хорошо, что мне надо в другую сторону. Мое плечо снова сжали, теперь дважды — путь свободен. Я повернул голову и встретился взглядом с ксором. В этой смертельно опасной дыре из него получился идеальный напарник: молчаливый, умный, с превосходным зрением и слухом. Последнее оказалось особенно ценно, потому что вблизи странных сооружений — памятников инопланетной цивилизации или же наследия очень давних эпох — начинало глючить любую сложную технику. Если респиратор и визор с горем пополам еще работали, то навигатор со сканером сдохли сразу, и мне очень повезло, что у меня нашлась «замена». Ради этого стоило даже посадить ксора себе на плечи, благо ткань летного костюма выдерживала «дружеское» пожатие его когтей, а разъесться на печенье до совсем уж неподъемного веса он не успел. Я погладил Эльфа по морде, беззвучно произнес: «Спасибо», — и осторожно двинулся вперед. До корабля оставалось еще два километра. Игра в прятки продолжалась.