Выхода нет только из гроба

Стены. Они жмут, сдавливают и мешают дышать. Словно в гробу. Это место – ад. Но многие называют его домом. Тут всегда много людей. Толпы. И не всегда эти люди трезвы и адекватны. Посреди всего этого хаоса стоит маленькая Бэнниа, взглядом ища Миву. Почему она опять тут? Она же точно-приточно помнила, что ушла отсюда, с военными. Так почему же она тут? Совсем одна? Железные стены, казалось, стоят еще ближе, чем раньше. Домов куда меньше, чем раньше. Изначально в бункере было больше семи рядов домов, с каждой стороны стен, оставшееся место, по середине, где чаще всего собирался народ, и довольно широкая тропа к выходу, которая обычно была перекрыта огромной железной дверью-стеной, чтоб не сбежали. Открыть эту дверь можно было только изнутри – чтобы попыток выбраться точно не было. Все бункеры изначально были соединены между собой, но часто столпотворение людей устраивали драки и дебоши, поэтому Великий Лидер принял решение отделить каждый сектор бункера и разделить жителей. Так сформировалось двенадцать секторов бункера, в которых жили совершенно разные люди. Тут всегда пахло сыростью, вне зависимости от времени года. А еще тут было просто дьявольски жарко летом, и ужасно холодно зимой. Сейчас же температура в бункере была стабильной и даже комфортной. - Смотри, предательница вернулась. – Где-то в стороне раздаётся голос какого-то мужчины, и Бэнниа, на носках развернувшись, встречается глазами с незнакомым ей человеком. - Предала, оставила тут столько народу, зато забрала с собой своего друга. – Кивает второй, так же смотря на Бэнниа, которая только и может, что смотреть на них с какой-то паникой в глазах. - Проучим её? – Усмехается первый мужчина, занося руку для удара…

*****

- Ха-ах-ха... – Вскочив на кровати, девушка тяжело дышала. Это сон. Это лишь сон, ничего страшного. Отдышавшись, девушка встала с кровати, и подошла к раковине, набрав в стакан, который Сэйбер предусмотрительно тут оставил, воды. – Бэнниа, держи себя в руках. Ты теперь должна быть сильной! Сейчас ты на войне! - Не бубни, милашка, я тут спать пытаюсь. – Раздаётся с дальней кровати голос Сиона, который казался куда мягче, чем днём. Видимо, из-за того, что парень был сонным. - Простите, пожалуйста. – Тихо шепчет в ответ девушка, ополоснув стакан в воде, и ставя обратно на тумбу подле раковины. Вообще, идея поселить всех новичков, и мальчиков, и девочек, вместе казалась абсурдной, особенно если учесть то, что Сион Вол распускал руки. Но при самой Бэнниа Сэйбер явно остудил его пыл, чуть не впечатав парня в стену. Тогда он что-то буквально прошипел Сиону на ухо, а после, отпустив его, поправил халат, и, как ни в чем ни бывало, сообщил о том, что покидать комнату после двенадцати ночи запрещено, а после покинул комнату.

*****

- С-Сэр, прошу Вас! – Буквально захлёбываясь в собственной крови, молила девушка. - Валиссия, ты ведь знаешь – я не хочу этого делать. Но Максимилиан фон Вершуер приказал. Я не могу не подчинится. И ты знаешь, по каким причинам. – Мужчина потёр переносицу, смотря на блондинку с неким сожалением. Она полюбилась ему, как человек, за все это время, и сейчас именно ему приказали убить её. - Хах. Чип совсем тебя подчинил, да? Так вжился в твои клетки, что ты уже не можешь принимать своих решений. Ты становишься не лучше этих зараженных, ты ведь понимаешь!? Нужно хоть немного… - Не успев договорить, девушка харкнула кровью, а как только подняла взгляд на того, кого прежде считала товарищем, раздался громкий выстрел. - Прости, Валиссия. Я не могу не подчинится. – Смотря на то, как тело девушки безвольно опускается на пол, падая в лужу собственной крови. В висках мужчины загудело. – Чертов чип. Знаю я, что правильно всё сделал. Потерев виски, мужчина поморщился и направился к выходу из помещения.