Это конец

Это была не просто эпидемия, а самая настоящая чума. Она вырезала мирное население Москвы, заражая всех и каждого, кто как-то контактировал с больными. Лучшем способом спастись было не показываться на улице и забаррикадировать все входы и выходы. А если запас еды исчерпан, то вам не повезло. Ведь только вам приспичило сунуться на, казалось бы, пустынные улицы, как толпа голодных, обезумевших мертвяков кинется на вас. Да, они чуют свежую еще живую плоть. Ах, вы для них наверняка окажетесь деликатесом. Еще тепленькие, с горячей кровью, что перекачивает ваше сочное сердце. Уже слюнки потекли. Но умереть голодной смертью в стенах собственного дома - не самая приятная перспектива для еще одного главного героя нашего рассказа. Молодой студент двадцати трех лет Кирилл Грешнев. Но в отличие от тех лохов, что решили сунуться на опасные улицы и были растерзаны в первые несколько секунд, Кирилл был подготовлен на ура. Из-за угла послышался душераздирающий крик и в туже секунду выбежала женщина, а скорее то, что от нее осталось. У нее не было руки, и лишь небольшой кусок мяса болтался на голой кости. Несмотря на сгнившие и явно переломанные ноги, зомбячка на удивление быстро бежала по направлению к парню, иногда опираясь на целую руку. Это существо, которое передвигалось почти на четвереньках, раздирая горло, вопила как подбитый зверь, загнанный в угол. Хотя по ее белым глаза, которые со звериной яростью смотрели на Грешнева, казалось, что именно она здесь охотник, а он жертва. «Это еще посмотрим, кто здесь жертва» промелькнуло в голове у шатена и он, выплюнув за землю догорающую сигарету, направил на мяртвячку обрезанное охотничье ружье. Щелчок - и ломая кость, пуля пролетает насквозь, заставляя остатки мозгов забрызгать асфальт. Но эта тварь еще не мертва, хоть и дергается в предсмертных конвульсиях. Подойдя ближе, Кирилл ткнул носом кроссовка в зомби, заставляя перевернутся ее на спину. У мертвяка был наипрелестнейший видок. Черная жидкость, заменяющая кровь, большими струями лилась из отверстия в голове, заливая белые глаза, стекая крупными струями и пачкая обувь парня. - Увидимся в аду, сучка, – довольно скалясь, сказал Кирилл слегка хрипловатым голосом и выстрелил контрольный в голову. Последнее, что было – это неприятный вопль, как будто бы взяли гвоздь и с силой стали водить им по стеклу. Жертва скребла асфальт, оставляя на нем части ободранных ногтей, пока ее слепые глаза не закатились. И тишина… *** Бежать. Это была первая мысль Леси, да и Оли, которые решили наведаться за припасами. Девушки сломя голову неслись через пустынные улицы, а за ними, как назло, неслись пара-тройка ходячих трупов. Из-за объявленного чрезвычайного положения воду с электропитанием отключили почти во всем городе. И им не оставалось ничего больше, кроме как последовать в безопасные зоны. Радио на телефоне все продолжало неразборчиво бормотать, описывая координаты бункеров, где прячутся все уцелевшие. Но до них же надо еще добраться, ведь так? «Объявлено чрезвычайное положение, всех выживших просим капитулироваться в безопасные зоны. Настоятельно рекомендуется удостовериться, что ваши родные и близкие не были укушены заражёнными. Повторяем, настоятельно рекомендуется убедиться, что вы или ваши близкие не были инфицированы» - продолжал взволнованным голосом передавать диктор. Но его почти не слушали. Леся, панически оглядываясь, с облегчением замечала, что зомби уже не преследуют их. Но рано было расслабляться, ведь они все еще на улице, стоят посреди открытой местности - подходи и ешь. Девушка лишь достала телефон из кармана и стала прислушиваться, когда диктор еще раз повторит, где располагаются безопасные зоны. «Еще раз повторяем, безопасные зоны находятся…» - в это мгновение за кадром вперемешку со звуком раздались посторонние помехи, будто недовольное шипение кошки, - «Что это за хрень?.. Нет!.. Уберите это от меня! ... Тварии…» - и голос диктора утопает в белом шуме. - Нет, нет, нет… - начинает причитать Оля, вырывает из рук Леси телефон и начиная тыкать в него, как будто это что-либо даст. – Где чертово спасение… Где эти блядские безопасные зоны?!! Бакрылова завопила на всю улицу, будто пытаясь докричатся до спасения. Но его не будет. - Оля, твою мать, захлопни варежку, - нервы были натянуты до придела у обоих. А как же, когда за один скучный день на твою голову вываливается столько всего. Еще и осознание собственной беспомощности, когда ты стоишь посреди улицы, как мишень для зомби, и еще твоя явно поехавшая подруга орет, привлекая их всех сюда. – Ты хочешь, чтобы эти монстры тебя услышали? Учти, я не буду спасать твою задницу. Алеся начала активно трясти девушку за плечо, стараясь привести в себя. Не обошлось и без пары звонких пощечин. Оля отскочила почти на метр от подруги, и держась за покрасневшую щеку, стала бормотать какие-то неразборчивые проклятья. Она проклинала все: от зомби, что свалились на ее голову, до всей ее жизни, которая, по ее словам, могла сложится лучше, если бы и т.д., и т.п. Ух, знала бы как сейчас Алеся все ненавидит и проклинает. А ведь по мнению нашей героини эта сучка, что до недавнего времени была ее лучшей подругой, могла бы и утешить ее. Ведь, если кто не помнит, наша героиня сбежала из дома и в данный момент с ее семьей могло быть все что угодно, но почему-то в голову черноволосой закрадывались только плохие мысли. И наши героини продолжили истерить, размазывая косметику по своему лицу и давясь горькими слезами, если бы не одно но. Вновь раздался вопль, в точности как сирена - зомби оповещали о своем присутствии. И в этот раз их было не трое… Ох, еб твою мать, их было ни фига не трое. Это была целая толпа с хуевой тучей этих мерзких, прогнивших насквозь зомбарей. Сквозь расплывающиеся слезы девушки видели силуэты мертвецов, что неслись на них. И вновь адреналин плеснул в кровь, заставляя сердечки наших героинь забиться в сто раз быстрее. Кидая телефон на асфальт, Бакрылова решила спасать свою душонку. Леся хотела последовать ее примеру, но оступилась и грохнулась, целуя твердую землю своим лицом. Протирая каждый гравий на тротуаре, слыша мерзкий хруст и чувствуя адскую боль в переносице. Оторвав голову от земли, девушка увидела, как ее "подруга" уже сверкала пятками. «Гребанная предательница» - пронеслось у Леси в голове наряду со всеми матерными словами, которые она знала. Но что уже поделать. Девушка, придя в отчаяние и слыша рыки и стоны за своей спиной, опустила голову на землю, укладываясь поудобнее. Она уже приготовилась к смерти: в полной мере готова была ощутить ее, и… И она услышала, как над ее головой засвистели пули. А после кто-то схватил ее за плечо, рывком поднимая с земли и толкая вперед, заставляя бежать. Это было настолько неожиданно, что наша героиня даже решилась дара речи и ее мозг отказывался соображать, она просто побежала туда, куда ее направили грубые мужские руки. Сознание стало возвращаться, когда они забежали на заброшенный склад. Из-за переизбытка эмоций Леся вновь стала захлебываться слезами, и поэтому для устроения шума Кирилл, а это был именно он, зажал рот девушки своими руками, прижимая ее к себе. Удивительно, но брюнетка испытала некое облегчение, когда парень прижал ее к себе. И хотя это было лишь с целью ее успокоить, но все же он держал ее на удивление бережно, а руки парня пропахли табаком: резким, но в тоже время отвлекающим. Отвлекающим от толпы ходячих, что рыскали за ржавыми, железными дверьми буквально в десяти метрах от наших героев. Можно было даже услышать их хриплое дыхание. Когда же все миновало и можно было прекратить трястись, как банный лист, Кирилл отпустил Алесю из своих объятий, отчего девушка немного печально выдохнула. Но не прошло и минуты, как парень вновь схватил ее. В этот раз он больно сдавил ее плечи, не давая вырваться и приблизился, почти касаясь своим носом ее. - Говори, сука, тебя кусали? – прошипел он, заставляя девушку вжать голову в плечи, чтобы не слышать и не видеть его. Когда же ответа не последовало, парень с силой оттолкнул девушку, да так, что Алеся больно приземлилась на деревянный пол. После он достал ружье и направил его в лоб брюнетки. – Повторяю еще раз: они, блять, кусали тебя или нет? Леся испугалась, за свою жизнь. Если не зомби ее убьют, тогда этот сумасшедший с ружьем. От страха у девушки брызнули слезы и она нервно отрицательно затрясла головой, боясь что он может нажать на курок. - Ну что же, - ехидно произнес Грешнев, убирая ствол и доставая пачку сигарет. – Че ревёшь то, он все равно был на предохранилке, или сучка испугалась? – под конец парень прыснул и обхватил фильтр сигареты тонкими бледными губами, а после и поджег ее, с расслаблением выпуская дым из ноздрей. Алеся было хотела послать его куда подальше, но резкая сухость в горле помешала ей это сделать, и она закашлялась. Заметив это, Кирилл свистнул, привлекая ее внимания и, достав из рюкзака, что был у него за спиной, флягу с водой, кинул пострадавшей. На удивление ловко перехватив бутыль, девушка присосалась к горлышку, жадно глотая воду. - Эй, мелкая, звать то тебя как? – снова подал голос Грешнев, присаживаясь на какой-то ржавый станок и начиная вертеть в руках свое ружье. - Я Алеся, и я не мелкая, мне уже восемнадцать, – обижено проговорила наша героиня. - Лады, мелкая. А ты одна бродишь или всех твоих друзей уже съели и не подавились? – не поднимая взгляда, продолжал расспрос шатен. Да, именно шатен, не блондинчик, не рыжик, а суровый шатен с карими глазами. Вообще Кирилл был парнем суровым, мало общительным и, по его мнению, до фига крутым. И этот крутой парень не снизошёл бы до общения с какой-то малявкой, но это был другой случай. У этой черноволосой пискли такое смешное лицо, когда она лила слезы, что хотелось смотреть в ее заплаканные грустные глаза еще и еще. Внутренний садист Киры ликовал. А что? Не он такой – жизнь такая. - Со мной еще Олька была, - от воспоминания об этой предательнице начинали чесаться кулаки. Ох, как бы она со всей благодарностью врезала бы этой твари, что оставила ее на растерзание зомби. – Но, правда, она меня брос… Договорить ей не дал резкий удар о железные двери. Бах. Потом еще и еще один. Кто-то нещадно колотил в двери, пытаясь попасть вовнутрь. Кирилл уже потянулся за ружьем, как раздался жалобный крик. - Кто-нибудь, впустите! - Оля? – удивленно вскрикнула Леся, узнав хоть и хриплый, сорванный, но все же крик ее подруги. - Та самая, что ли Оля? – вопросительно поглядел на нее парень, указывая ружьем на дверь. – Впустить? Алеся прибывала в минутном раздумии, но все же, взвесив все за и против, утвердительно закивала. Тяжелая железная дверь звякнула и открылась, впуская запыхавшуюся девушку внутрь, а также и стаю зомби. Увидев это, Кирилл и Алеся с перепуганными глазами навалились на тяжелую дверь, пытаясь ее закрыть сразу после того, как Оля была внутри. И им это удалось: с громким скрежетом она захлопнулась, преграждая путь зомби к обеду. Тяжело дыша, они подперли дверь спиной и присели на пол, переводя взгляд на перемазанную в грязи Бакрылову. - Господи, спасибо вам! Еще чуть-чуть, и меня бы съели, – начала благодарить девушка, прислоняясь к подозрительно дряхлой, деревянной стенке склада. Она начала скрипеть, но не проломилась под весом крашеной брюнетки. С минуту после того, как Оля перестала тараторить, была тишина. И она была бы и дальше, если бы… Если бы из той самой стены, где стояла Бакрылова, не появились серые, явно принадлежащие не человеку, руки. Она разнесли тонкую стену в щепки, оставляя на ее месте зияющею дыру, ведущею в пустоту. Гнилые, с язвами и весящей кожей, руки вцепились в девушку, буквально разрывая ее одежду и вырывая волосы со скальпам. И, хоть она и отбрыкивалась, но ее попытки освободится, были четны. Вот ее ноги уже поднялись над полом, а макушка скрылась во тьме. Еще минута - и из дыры были видно только ноги бедной девушки. Весь это ужас сопровождался диким криком, который эхом разносился по складу, возвращаясь обратно и впиваясь в уши, в прямом смысле чуть ли не вызывая кровоизлияние. Но вопли продолжались не долго. Через короткий промежуток времени раздался ужасный хруст ломающихся костей, а после него Оля безжизненно повисла, переставая брыкаться. И наступила полная тишина. В эту могильной тишине ноги девушки скрылись в черной дыре. Кажется, чудовище насытилось и ушло. А до глубины души шокированные и поражённые этой сценой Кирилл и Алеся остались стоять и смотреть на дыру, где минуту назад была Оля. Вот так просто - была и нету. От осознания того, что никого больше там нет, Леся вновь ударилась в слезы. Ей хотелось орать, рвать и метать. Она не могла поверить, как просто не стало человека, с кем она буквально была знакома с пеленок. Но вместо этого она просто уткнула свое зареванное лицо Кириллу в грудь. А Кирилл, на удивление девушки и свое, несвойственно нежно обнял ее и успокаивающе начал гладить по спине. От этого Леся не выдержала и, стараясь громко не всхлипывать, заревела. Кроме всхлипов не было слышно ничего. Вновь наступила могильная тишина. И только редкие крики воронов разбавляли ее.