Случайности не случайны. Я с тобой до конца

— Хедди, давай, очнись, очнись, не умирай Хедер Вереск, не сейчас! Не-е-е-ет, это моя вина, зачем я пошла на это?! — блондинка утопала в собственных слёзах, она рвала на себе волосы, склонившись над телом подруги, — Это невозможно, ведь нет, прошу. Помоги! Но Хедер не подавала признаков жизни, кожа стремительно белела и иссыхалась

Пятью минутами ранее

— Готова? — прозвучал голос Астрид. Девушки сидели в уже всем знакомом полуподвальном помещении, уютным, мягким и усыпанным подушками, верно, в комнате Хедер. — Ты заколебала спрашивать это уже в сотый раз, — раздраженно ответила брюнетка. После этого блондинка резким рывком сняла с себя цепочку с драконом. — Ладно, давай руку, — Хедди дала ей левую руку. Астрид обхватила ладонью запястье подруги, на что та ответила тем же, чем замкнула эту небольшую цепь. Затем немалыми усилиями Астрид надела на это «звено» свою цепочку. — Так, теперь, правыми руками нам нужно взять кулон, но так чтобы мы обе его касались, — продолжала Астрид. С помощью рук девушки образовали вокруг кулона что-то наподобие замка, крепко при этом их сжав. Послышался тихий шепот: «Tertio volo intrare». В комнате начались резкие перебои со светом. Он заплясал разными красками, моргая, наводя ужас и в тоже время необыкновенную лёгкость. Через мгновенье тела девочек упали в бессознательном состоянии. Перед глазами проносились странные картины, секунда, две, падение. Как в страшном сне, перед лицом бриллиантовое небо, оно отдаляется. Никто не спасёт, но им это и не надо. В следующую секунду блондинка ударилась о землю, но не почувствовала боли, лишь лёгкий толчок, как на батуте, она будто вспорхнула и приземлилась на ноги. Но где Хедер? Через секунду она увидела тело своей подруги. Астрид побежала к ней чувствуя лёгкую усталость. Она упала на колени, раздавив упавшие с брюнетки очки. Придя к телу Хедер, девушка увидела ужасное: тонкая струйка крови тянулась от губ и вдоль щеки, глаза её остекленели и покрылись серой пеленой. Она еле дыша. На выдохе она еле слышно простонала слово «Прекрасно» и дыхание её оборвалось. Астрид пыталась её оживить, к глазам подступали слёзы, потерять Хедер, означает потерять жизнь. Искусственное дыхание, массаж сердца, но она упорно не хочет жить. Хофферсон едва не захлебнулась в слезах: — Тогда в больнице ты мне много чего говорила, ты говорила о том, как боялась потерять меня, не словами, слезами, ты мне давно показала, что мы неотъемлемые части жизней друг друга, без тебя и меня не будет существовать, я не ушла, не смей уходить и ты, не смей меня оставлять. Ты мне как сестра, прошу, — её голос дрожал, слёзы всё бежал из глаз, но она и не пыталась их остановить. Она положила голову Хедер к себе на колени.  — Хедди, давай, очнись, очнись, не умирай Хедер Вереск, не сейчас! Не-е-е-ет, это моя вина, зачем я пошла на это?! — блондинка утопала в собственных слёзах, она рвала на себе волосы, склонившись над телом подруги, — Это невозможно, ведь нет, прошу. Помоги! Но Хедер не подавала признаков жизни, кожа стремительно белела и иссыхала. Она хотела закрыть её глаза, как и полагается, но услышала позади чей-то голос, молодой и яростный: «Нет, не смей!» Она обернулась. На девушку бежал какой-то парень, черноволосый и высокий, а позади него летел огромный золотой дракон. Он произнёс очень странные слова, направив руку, на тело Хедер, на секунду его глаза загорелись пламенным светом, но лишь на секунду. Хедер начала подниматься в воздух. — Нет! Над Астрид пронёсся гигантский золотой дракон. — Киллгара! — крикнул юноша, но потом его голос залился жестким басом, — Et cecidit ignis et sanitatem. Дракон открыл огонь по парящей девушке. Астрид думала что это конец, что тело её подруги сгорит, и не будет больше Хедер. Киллгара летел вокруг Хедди, поливая её огнём. Пролетев три круга он приземлился, и тело Хедер вместе с ним. — Боже мой! — Астрид подхватила Хедди в последний момент. Пелена сошла с глаз брюнетки, румянец заметно возвращался на кожу, она немного откашлялась, она жива. Блондинка тут же обняла свою подругу. — Не смей больше умирать, Хедер Вереск, никогда! Обещай мне! — Все мы умрем, — Хедер не изменяла себе. — Ты поняла, о чём я. — Ну конечно.