Орнамент

— Чёрт, это так… Одновременно тупо и волнительно. Серьёзно. — Кевин до сих пор рассматривал свою руку, на которой очень быстро мелькали и сдвигались на другие места всяческие завитушки, кружочки и прочие части орнамента поиска. Ратайцак столько всего читал об этом, и ему безумно не нравилась такая несправедливость. Он встречался с Паскалем уже года два, он считал его самым лучшим человеком для себя и сам Шилло считал также, но ни его, ни орнамент самого Кевина не двигались, когда они виделись или что-то ещё, это означало, что они не истинные. Жизнь вообще не волновало, кто они такие, и что они хотят быть вместе. Орнамент начинает двигаться ровно в начале того дня, когда ты должен будешь встретить свою судьбу. И есть даже подсказка ещё сильнее, он замедляется, когда этот человек рядом. И полностью останавливается, если вы касаетесь друг друга или стоите очень близко. При окончательной остановке, он закрепляется и именно так у каждой пары формируется свой уникальный рисунок. К слову, находится он на предплечье, во всю длину и с лицевой стороны, чтобы уж точно было видно. Редки, но бывают исключения, когда человек рождается с орнаментом на другой части тела. С детства у каждого человека орнамент одинаковый и может остаться таковым до конца жизни, если ему не повезёт встретить в жизни «своего», потому что каждый человек в мире имеет только одну истинную пару. Но чаще всего, так получается, что истинные пары очень слабо чувствуют друг друга и сами двигаются в нужном направлении. — У тебя есть какие-то предположения вообще? — Паскаль хотел по началу руку Кевину отрезать, чтобы тот был с ним и забыл вообще, что есть какой-то, так называемый, чёртов истинный человек. Кевин даже соглашался с ним, но опытным путём было выяснено, что орнамент не удалится и просто появится позже на другой части тела. Нет-нет, учёными было выяснено, не самими парнями. — На основании чего? — спросил Кевин, наблюдая за рисунком и почти не отрываясь. Ему не нравилось это. Орнамент до сих пор двигался очень быстро, а это значит, что этого человека даже в универе нет. Даже в городе, может быть, нет, потому что скорость была безумная, — ты просто волнуешься и не знаешь, как ещё разрядить обстановку? — Паскаль передёрнул плечами, нахмурившись. — Можно я закрою тебя в подвале на весь сегодняшний день? — Давай, — Кевин усмехнулся. Ему в какой-то степени нравилось, когда Паскаль говорил что-то подобное, потому что Ратайцак таким образом видел, что он действительно нужен ему и Кевин уже был уверен, даже встретив своего истинного, он точно продолжит встречаться с Шилло. Потому что во всю эту чушь он не верил, сколько бы он не искал информации и не читал про то, что только со своим истинным можно обрести счастье. Бред. Он уже его обрёл. — А может быть, она сломалась? — парень прыснул, заходя в аудиторию. Тихий гул не мешал нормально разговаривать, и Паскаль уже мог не говорить громче своего обычного голоса, чтобы Кевин услышал его. — Ты же знаешь, что это невозможно, — тихо сказал парень, — он замедлился, нет? Мне показалось? — Паскаль взял руку Кевина, внимательно рассматривая движущиеся частички. — Вроде бы, но очень… Чуть-чуть, — Кевин весело фыркнул. — Очень чуть-чуть. В цитатник занести надо, — Паскаль улыбнулся. Хоть и не очень хотелось. Шилло, в отличие от своего парня верил во всю эту чушь с истинной любовью, он даже жалел об этом и понимал, что Кевина он сегодня отчасти потеряет. Хотя где-то совсем уж глубоко в душе, Паскалю было интересно, кто встанет на его место в жизни Кевина. Что это за человек вообще? И где-то там же, Шилло желал Кевину счастья с этим человеком. Но где-то очень глубоко, на самых задворках сознания. Уронив голову на сложенные на столе руки, Паскаль выдохнул, думая, что ему делать, когда Кевин начнёт забывать о нём, как о важном человеке в своей жизни. Орнамент Шилло в жизни ни на миллиметр не двигался и в принципе, ему было всё равно, ведь у него был Кевин. И Паскаль боялся того дня, когда у кого-то из них оно всё-таки начнётся. Вот, началось. И парню очень хреново это осознавать. Хотелось обнять Ратайцака и не отпускать его до конца жизни. Кевин подсел рядом и аккуратно обнял совсем уж приунывшего парня, дыша ему в шею. — Паскаль, я не уйду от тебя, хватит убиваться. Мне вообще не нравится тебя таким видеть, — Кевин почувствовал, что Паскаль вздрогнул — не беси меня, Шилло, — парень вздохнул, поднимая голову и с грустной улыбкой смотря на Кевина, — ты так смотришь как будто я умираю сегодня, чёрт подери, — скептично произнёс Ратайцак, и Паскаль весело фыркнул. — Давай прогуляем все пары вместе? — тихо предложил Паскаль, а Кевин в ответ слабо помотал головой и улыбнулся. — Ты же знаешь, что нас потом анально покарают за это, да? — Паскаль хмыкнул и вдруг, дал Кевину подзатыльник, тут же слыша тихое шипение от него. Резко вскочив, Шилло схватил сумку и выбежал из аудитории: — Догоняй! — Кевин с наигранной со злостью поднялся и гораздо медленнее своего парня вышел в коридор. Остановившись у проёма, он посмотрел по сторонам и с довольным вздохом пошёл к выходу, понимая, что прогуливать они будут на улице. Про орнамент Кевин благополучно забыл, вообще прикрыв его толстовкой, ведь это сейчас не важно. Человека он найдёт, если что, ему это не особенно надо.

***

— Он двигается медленнее, — Кевин на секунду глянул на орнамент, опять спрятав его под толстовкой. Паскаль протяжно вздохнул. Всё это волнение, оно крутилось в голове вихрем. И даже несмотря на то, что вроде как, на очень короткое время они забыли об этом, то теперь тяжёлые мысли снова заполнили голову. Парни бездумно гуляли где-то в центре, уже намотав здесь сотни кругов всевозможными способами. У каждого из них складывалось ощущение, как будто это их последний день и кто-то сегодня не пару себе истинную найдёт, а умрет, — а ты не помнишь, мы не пытались тереть её ластиком? — предложил уж очень глупую идею Кевин, сам смеясь после этого. — Кстати, по-моему мы и это пробовали. Только ты тогда уже пьяненький был, — Паскаль усмехнулся. Вдруг, Шилло заметил, что к ним быстро подошёл незнакомый парень. Вид у него был потрепанный, сам он очень взволнованный и даже чуточку злой, это было заметно. — Здесь не пробегал такой мелкий пиздюк? — он отмерил в воздухе где-то метр рукой, смотря то на Паскаля, то на Кевина. Второй тихо прыснул, отчего получил укоризненный взгляд от своего парня. — Нет, ты потерял кого-то? Мы можем помочь? — Паскаль со своей любезностью, как обычно. Парень вздохнул. — Я брата своего потерял, если коротко, — голос у него был какой-то хриплый, а его интонация не очень-то и взволнованная, скорее, пофигистичная немного, — мне так-то похуй, я не очень детей люблю, но мне шею свернут дома. — Согласен. Дети – зло, — Кевин весело фыркнул и получил не слабый такой тычок в бок от Шилло, что-то пробурчавшего ему после этого. — Где ты видел его вообще в последний раз? В итоге, они опять кружили в центре, но теперь с новым попутчиком, с которого Кевин безумно умилялся, хотя бы потому, что тот был его на полторы головы ниже и на его подколы всегда отвечал чем-то подобным, из-за чего они моментально сдружились. А Паскаль лишь что-то иногда бормотал себе под нос. Ему сейчас казалось, что он единственный тут озабочен вообще поиском ребёнка. Они ходили по всем улицам, главным и не главным, залезли, по-моему вообще во все дворы, которые были здесь, в центре. Бегали от сторожевой собаки, даже, потому что забрели куда-то не туда. Паскаль понимал, что он единственный так волнуется, но даже несмотря на это, он тоже принимал участие в активных разговорах уже успевших подружиться парней. Солнце уже заходило, когда они шли по прилично опустевшей улице, недалеко от площади и когда Шилло заметил какое-то маленькое чудо, сидящее на земле у стены одного из домов и уткнувшее голову в колени. — Хей, а он не рыжий случайно? — Паскаль не услышал ответа, парень обогнал его, подбегая к мальчику. Кевин удивлённо и впервые за этот день увидел, что их попутчик всё-таки немного был в этом заинтересован, судя по лёгкому волнению, но потом… Начались воспитательные меры, с которых Паскалю самому стало немного больно, а Кевин стоял рядом и нового знакомого поддерживал. — Суши, мне кажется, ты слишком жестокий, — Паскаль немного вообще выпал в осадок, пока Кевин довольно отбивал пятюлю тому же человеку. — Пффф, я уже говорил тебе, что детей я не переношу так что отвянь, — Шилло покачал головой с лёгкой улыбкой, сдвигаясь с места и идя в сторону другой улицы. Парни пошли за ним. — Кевин, куда вы сейчас? — Паскаль, куда мы сейчас? — Суши тихо заржал. — Кевин, ты несамостоятельное чмо, ты знаешь об этом? — с милой улыбочкой сказал Суши, смотря на Кевина сверху вниз. — А ты гномик, как думаешь, что хуже? — с такой же интонацией и улыбкой парировал Ратайцак, из-за чего получил лёгкий удар в руку и ржущего ещё и Паскаля. — Суши, — ребёнок аккуратно дёрнул своего няня за рукав, — Суши, — позвал он уже громче и только тогда он отозвался. — Чего? — А что с твоим рисунком на руке? Мама сказала, что он должен был остановиться, он остановился? — Суши вдруг встал на месте, нахмурившись. Паскаль тоже резко затормозил, разворачиваясь, и встревожено переглядываясь с Кевином. — Я забыл десять раз про этот орнамент грёбанный, — Бислер, закатал рукав толстовки и ребёнок тут же с любопытством сунулся рассматривать и правда уже застывший рисунок, — ну зашибись, чё. Проеб… Упустил я свою судьбу, похоже, — быстро исправился Суши, фыркнув и садясь на корточки, чтобы дитё разглядело свой будущее получше. Ребёнок построгал рисунок рукой и что-то спросил, но Кевин с Паскалем этого уже не услышали, тихо начав говорить. — Я сейчас просто молюсь, чтобы он не был твоим истинным, — с переигранной надеждой в голосе произнёс Паскаль, прикладывая руку к сердцу и с улыбкой смотря на Кевина. Тот усмехнулся. — Я как-то забыл вообще про этот орнамент тоже, — Ратайцак вздохнул и тоже оголил руку, садясь на корточки перед что-то объясняющему ребёнку Суши, сравнивая орнаменты. — Они одинаковые, да? — удивлённо сказал мальчик. — Прости, Паскаль, — Кевин на секунду глянул на него, со странной усмешкой в голосе, а потом на Суши, который вообще не сразу понял, что к чему. Он ещё немного посмотрел то на ту, то на другую руку. — Ты серьёзно, Кевин? — Суши с прищуром и лёгкой улыбкой посмотрел на Ратайцака, медленно пожавшего плечами. — Счастья вам, дети мои, — со вздохом произнёс Паскаль. — Я думал вы…? — Суши перевёл свой взгляд на Шилло, покачавшего головой. — Все так думают, кстати, но нет, — Паскаль передёрнул плечами и вздохнул, — это бы всё равно когда-нибудь произошло, — Шилло посмотрел на парней, и стало немного грустно. Снова. Естественно, когда Паскаль говорил, что надеется на то, что Суши не истинный Кевина, он шутил, никак не догадываясь, что так и выйдет на самом деле. — Ну, я думаю, трагедию из этого делать не надо, — Суши поднялся с корточек, дёрнув себя за рукав толстовки, немного дрожащей рукой. Как-никак, а всё-таки это было реально внезапно. Даже слишком. Суши, хоть и готовился к этому полжизни, сейчас вообще растерялся, и в то время как лишь немного занервничал, Кевин вообще внутри уже с катушек съехал, хотя с виду оставался спокоен, как айсберг, - да, Паскаль? Не надо? — Себастьян уже заметил, что тот моментально поник, — я не собираюсь, если что, вставать между вами, как бы своего истинного не ждал, — Шилло медленно поднял голову с каким-то слепым отчаянием смотря на совершенно спокойного Суши, — поэтому, — он посмотрел на Кевина, всё ещё пытающегося осознать всё, — у тебя есть мой номер, чувак, если что, звони. А потом он просто развернулся и быстро пошёл в противоположную сторону, одну руку засунув в карман, а другой притягивая к себе семенящего ногами мальчика, еле поспевающего за ним. Даже не попрощавшись. Кевин смотрел ему вслед ещё минуты две, а Паскаль, чьё сердце готово было утонуть в чём-то странном, заполняющем его душу и мысли не смел пока что-либо говорить. Он слишком был потрясён и удивлён поступком Суши, его даже немного пробивало на слёзы, почему-то. Он бы в жизни так не смог.