Драбблы по "Дивергент"

Эрик просыпается злой: вчера он лёг далеко за полночь после выматывающего спарринга с выскочкой Фором — а сейчас что-то неприятно колет ему щёку, не давая подремать ещё минут десять. Он шарит рукой, стремясь избавиться от мерзкого ощущения, выбивает что-то и слышит звон разбитого стекла. Чёрт. Всё-таки приходится открыть глаза. На полу возле самой стены лежит комок ярко-красной бумаги, из-под которого набегает лужа. В воздухе плывёт приторный запах ликёра. Эрик пялится на этот подарочек, смаргивает. — `кей. Рождество, вспоминает Эрик. Ёбаный новый год. — `кей... — мучит он в подушку. Три года назад он ещё пытался запугать малолеток, выяснить кто и как проникает в его комнату, когда ухитряется оставить идиотские подарки; а потом бросил. Занятие это бесперспективное и утомительное. Эрик заставляет себя встать. Ноги вместо привычного холода пола чувствуют тепло. Так и есть — новый коврик, наверняка самодельный. Эрик запинывает его под кровать. В ванной его встречает новая зубная щётка с кокетливым красным бантиком и набор для волос в серебристой корзинке со звёздами. И так будет целую неделю — к гадалке не ходи. Во время утренней тренировки кто-нибудь подсунет Эрику в карман горсть конфет, в обед — ещё какую-нибудь херь, после вечерних боёв на кровати будет плюшевый медведь или сладости. Эрика это почти бесит. Он почти ненавидит канун нового года. Он хмурится, сжимает губы и немного ждёт этого каждый год. — `кей, — говорит Эрик и, пока никто не может его увидеть, улыбается.