Lost souls

      — А я уж думала, что меня никто не узнает, и придется выбираться самой, — медленно проговорила Мэг, потирая болящие запястья.       Сила силой, но она не может вечно исцеляться.       Дитон быстро подал ей огромную чашку чая, заваренного всего несколько секунд назад. Только учуяв запах, Скотт неприятно поморщился и отступил на два шага назад.       — Что это? Омела?       Мэг молча сделала пару глотков, чувствуя, как сила трав начала медленно растекаться по ее телу, проникая во все поры кожи, пробирая приятным теплом до самых кончиков пальцев. Девушка отпила еще немного и блаженно закрыла глаза.       — Что, неприятно, да? Это все из-за тьмы, что притаилась глубоко в твоей душе, а омела призвана бороться со злом, — все так же неспеша проговорила Мэг и внимательно посмотрела на оборотня.       — Злом? Но я же…       — Никого не убил? — с легкой усмешкой на губах перебила его девушка. — Не сделал ничего плохого? О, милый мой, а как ты думаешь, откуда в тебе вся эта сила? Откуда берется невероятное обоняние, острый слух, прекрасное зрение, недоступное обычному человеку? Все сверхъестественное — порождение Ада, и не важно, как ты используешь этот… дар. Омела все равно чувствует в тебе зло, которое постепенно уже начало срастаться с твоей душой.       Наступило молчание. Мэг, как ни в чем не бывало, допила свой чай в абсолютной тишине, Скотт, опешивший от такого заявления, стал внимательно всматриваться в лицо девушки. Вроде ничем не отличается от всех остальных, разве что… глаза. Парень никогда не видел такого оттенка. Даже у Питера, который убил немало невинных, радужка была намного темнее и менее насыщенной, чем у нее.       «Убийства дают силу, — тут же вспомнил он слова Дитона, сказанные ему пару лет назад. — Но сила отражается на нашей душе, а значит, и в глазах».       Если верить этому высказыванию, то Мэг была действительно сильным ангелом.       — Ну ладно, я здесь не для того, чтобы читать лекции, — неожиданно заговорила Мэг и подняла глаза на Дитона. — Ты ведь знаешь, зачем меня послали сюда?       Мужчина медленно покачал головой. Могла быть сотня причин, почему ангел попал в Бейкон Хиллс, место скопления всего сверхъестественного, и ни одна из них не предвещала ничего хорошего. Дитон слышал о них всего лишь старые легенды, знал, как можно отличить ангела от демона, даже если у них одинаковый цвет глаз, но предугадать их действия… Это было невозможно.       Девушка устало вздохнула, чувствуя, что ей многое придется рассказать, но время шло, нужно было действовать. Мэг постоянно не хватало времени. Она встала со стула, на котором сидела даже после того, как ее развязали, бросила предостерегающий взгляд на Эллисон и подошла к Дитону.       — Близнецы снова родились. Семнадцать лет назад все должно было пройти по обычному сценарию, как проходило уже не первое тысячелетие, но в этот раз все изменилось. Демоны разлучили детей еще до того, как мы успели приставить к нашему мальчику смотрителя. И как ты думаешь, где сейчас находится один из них?       Она обращалась исключительно к Дитону, словно только они вдвоем сейчас находились в этом подвале. Когда тот услышал о близнецах, лицо мужчины тут же вытянулось, а руки сжались в крепкие кулаки, чтобы сдержать подступающую дрожь.       — Вы же не хотите сказать, что…       Мэг кивнула, и в комнате снова воцарилось молчание. Решив напомнить о своем существовании, Крис громко прочистил горло и сделал шаг вперед.       — Вы можете объяснить нам, что здесь происходит?       Дитон бросил быстрый взгляд на Мэг. Это была не его тайна, да и вообще он всю жизнь считал это всего лишь очередной сказкой, но раз об этом ему рассказал сам ангел… Блондинка снова кивнула ему, мысленно раздражаясь из-за того, что снова придется задерживаться, но промолчала. Эти люди могли быть полезными. Тогда девушка отошла в сторону и начала медленно бродить по большому подвалу, с усиленным вниманием изучая в нем каждую деталь и пытаясь мысленно составить план действий. Но все ее мысли снова и снова возвращались к Лидии, которая должна была повлиять на Стайлза.       — Есть очень древняя легенда о братьях-близнецах, которые рождаются всего лишь раз в столетие и являются избранными носить на своих плечах очень страшную судьбу, — начал рассказывать Дитон, пытаясь припомнить каждую деталь из того рассказа, что когда-то давно слышал от своих родителей. — По сути, они являются простыми людьми. Не оборотни, не кицуне, банши или что-либо из мира сверхъестественного, но внутри этих мальчиков скрыта огромная сила, которая при желании может разрушить целую планету или заново возродить ее. В них живет первозданная сущность Добра и Зла, в них сокрыта вся мощь Ада и Рая. В простых мальчиках, которым уготована ужасная судьба. Добро и зло всегда были чем-то связаны, являлись двумя сторонами одной медали. Они имеют одно начало, одну историю, одно лицо, так как каждый понимает их по-своему, и поэтому на роли сосудов этих сил всегда выбираются братья-близнецы. Такие дети рождаются каждое столетие, и все пророчества твердят о том, что когда-нибудь они примут свою судьбу и развяжут самую кровопролитную и жестокую войну за все время существования Ада и Рая. Но почему это не произошло за целые тысячелетия? Потому что все это время братья росли вместе, в одной семье, и за долгие годы их жизни мальчики влияли друг на друга. Добро подавляло зло, зло подавляло добро, и уже не существовало тех людей, которые могли бы удержать в своих руках власть над огромными армиями. Их энергии смешивались, вследствие чего появлялся хрупкий баланс, но… теперь, видимо, демонам удалось разделить их сразу после рождения.       Наступило молчание. Крис, Эллисон и Скотт усиленно переваривали свалившуюся на них информацию, но время неумолимо двигалось вперед. Мэг не могла больше ждать. Она быстро подошла к остальным, цокая острыми каблуками по бетонному полу подвала, и продолжила вместо Дитона.       — К каждому из мальчиков всегда приставляли смотрителя, который должен был следить за ходом дел и сообщать все начальству. Теперь же, когда близнецов разделили, демоны получили своего предводителя, способного вести за собой армию. Мы не могли этого допустить, поэтому, чтобы хоть как-то следить за ситуацией, к темному мальчику приставили меня, чтобы негласно наблюдать за тем, как он растет и как развиваются его силы, в то время как на другом конце страны смотритель растил нашего, светлого близнеца, который бы понадобился на случай войны. Я делала свою работу, все вроде бы шло нормально, вспышек сил не наблюдалось, но потом… Потом мальчика начало непреодолимо тянуть ко всему сверхъестественному, и тогда его хранитель, демон по имени Селеста, начала выполнять свою работу. И начала она с темного духа лисицы, которого заставила вселиться именно в него, чтобы тот начал раскрывать всю тьму, что была сокрыта в парне.       — Стоп, стоп, стоп! — тут же перебил ее Крис и внимательно посмотрел на недовольное лицо Мэг. — Вы же не хотите сказать, что тем самым мальчиком, способным уничтожить нашу планету, является… Стайлз?       Скотт, полностью сбитый с толку, в надежде посмотрел на блондинку. Нет, этого не может быть. Его лучший друг, который стал ему почти как брат, не мог оказаться самым опасным в мире человеком, он не мог быть сосудом для самой чистой сущности Зла. Это не мог быть Стайлз. Это не мог быть самый честный и бескорыстный человек, которого он только знал.       — Да, я именно это и хочу сказать, — нетерпеливо продолжила Мэг и попыталась успокоиться. — Я не могла вмешиваться в это дело, но когда Селеста совсем распоясалась и начала поочередно нападать на вас, мне уже не оставалось выбора, как выйти из тени. Как вы думаете, почему ни один из вас так и не смог вспомнить подробностей хоть одного нападения? А пепел, который вы постоянно находили где-то поблизости? Это все следы воздействия демона. Потом она даже похитила одного из вас, Айзека, и каждую ночь Селеста призывала к себе Стайлза, пытала на его глазах оборотня, пытаясь зажечь ту искру внутри парня, которая потом переросла бы в целый пожар из зла, хладнокровия и жажды убийства. Но мальчик оказался стойким, и каждый раз Селесте приходилось отпускать его ни с чем, предварительно стирая память. Потом она ради эксперимента поработила волчицу, оборотня-койота, которая стала очередной куклой для исполнения ее прихотей. Я как-то встретила Малию, но у меня нет столько сил, чтобы разорвать их связь. Стайлз держался, всеми силами боролся за все то хорошее, что успели воспитать в нем родители, но потом… — девушка резко обернулась в сторону Скотта и Эллисон. — Потом вы своими же руками разрушили его последнюю защиту, обвинив его в предательстве. Вы, все его друзья и даже отец, отказались от Стайлза, раздавили и морально уничтожили его, чем и воспользовалась Селеста. Но даже после всего этого он все еще продолжал бороться, и тогда демон решил заключить с ним сделку. Селеста полностью излечила Лидию взамен на то, что Стайлз позволит ей открыть его темную, холодную душу. Все так и случилось, а когда я попыталась все исправить, помогая Лидии сбежать, мне пришлось устраивать гонки по всему городу и даже затеять драку, чтобы вы нам не помешали.       — Но мы же тогда ничего не знали! — воскликнула Эллисон, чувствуя, как у нее перехватило дыхание. — И почему ты считаешь, что Лидия может все исправить? Да он убьет ее, как уже убил четверых патрульных!       — Эллисон… — предостерегающе заговорил Крис, положив руку на плечо дочери, но в этот момент взорвалась и Мэг.       — Да вы что все, слепые, что ли?! Неужели вы так и не поняли, что Стайлз любит ее? Действительно любит! Даже в таком состоянии он и пальцем ее не тронет, потому что та, человеческая часть его души, уже давно искалеченная, вымученная и растоптанная, все еще помнит про эту любовь. Во тьме всех тех событий, что ему пришлось пережить, любовь к Лидии была для него словно маяк во время шторма, и хотя бы за это он не убьет ее. И возможно, пока еще прошло не очень много времени, ей удастся вернуть Стайлза обратно, вырвать из той тьмы, что прямо сейчас окутывает его сердце. В данный момент только она способна на это.       От долгой речи у Мэг пересохло в горле. Она с надеждой заглянула в пустую кружку, которая все еще хранила в себе остатки травяного чая, и ее настроение ухудшилось еще больше. Ее уже откровенно бесила вся эта ситуация, да и девушка не привыкла долго рассуждать о том, чего уже нельзя было изменить. Она была воином, любившим то неповторимое чувство опасности, что приходит во время боя, любила действовать, сражаться, находить демонов, делать хоть что-нибудь, только не стоять на месте и молоть языком. Это было не для нее.       — Но если у Лидии ничего не получится? — наконец заговорил Дитон и внимательно посмотрел в глаза Мэг.       — Тогда нам придется ехать за его братом, — поджав губы, ответила девушка и устало прикрыла глаза. Этот разговор одновременно утомлял и действовал ей на нервы.       — Но вы хотя бы знаете, где он сейчас находится? — осторожно вступил в разговор Скотт, но в тот же момент резко дернул головой в сторону двери и прислушался. — Сюда подъехала чья-то машина.       Они быстро вышли на улицу, оказавшись у черного хода ветлечебницы, и увидели, как из небольшой красной иномарки выходили Кира, Лиам и… заплаканная Лидия. Ее одежда была кое-где порвана и помята, волосы растрепаны, на щеках виднелись черные дорожки от туши, а сама девушка витала где-то в своих мыслях, полностью отрешившись от реальности. Она медленно обвела всех отсутствующим взглядом и, не сказав ни слова, быстро вошла в здание.       От одного взгляда на нее что-то внутри у Мэг болезненно сжалось. Ей нравилась эта сильная, стойкая девушка, но сейчас она была полностью раздавлена.       — У нее ничего не получилось, — прошептала блондинка. — Теперь у нас не осталось выбора.